Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 407, 424, 453, 709, 719, 726, 746, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации и исходили из условий договора генерального подряда и дополнительных соглашений к нему, которыми стороны неоднократно изменяли объем, стоимость и сроки работ, в том числе уже частично выполненных подрядчиком, а также учли взаимоотношения и поведение сторон при исполнении договора до момента его расторжения подрядчиком.

Признавая оспариваемую сделку по акцепту переводного векселя недействительной, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", учли фактические установленными ими обстоятельства спора и, по сути, исходили из совершения акцепта после возбуждения дела о банкротстве должника в целях обхода правил об очередности удовлетворения требований кредиторов.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовался статьями 382, 384, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 48, 117, 321, 323 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" и исходили из отсутствия уважительных причин пропуска срока предъявления исполнительного листа.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 15, 209, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", суды удовлетворили в полном объеме требование о взыскании убытков, признав подтвержденным факт причинения вреда имуществу истца вследствие ненадлежащей эксплуатации другого нежилого помещения в этом же здании, принадлежащего ответчику.

Рассматривая спор, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 309, 702, 720, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что подлежат удовлетворению требования компании (заказчик) о взыскании с правопреемников реорганизованного форме разделения общества с ограниченной ответственностью "Тендер Групп" (подрядчик) неосновательного обогащения, а также процентов за пользование чужими денежными средствами, поскольку стоимость выполненных работ меньше полученных по договору денежных средств. Неустойка за просрочку выполнения обязательств взыскана согласно произведенному судом перерасчету. Во взыскании убытков отказано, поскольку истцом не доказано наличие оснований для привлечения ответчиков к данной форме ответственности, учитывая, что замещающий договор, на который ссылается компания, был заключен при не расторгнутом договоре с подрядчиком.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд округа, руководствовался статьями 15, 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Основами ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22.10.2012 N 1075, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии оснований для возложения на регулирующий орган последствий несения теплоснабжающей организацией расходов в размере, превышающем размеры определенных судебными актами экономически обоснованных тарифов для теплоснабжающей организации.

Удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 309, 310, 330, 421, 929, 947, 961, 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее - Закон об организации страхового дела), разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" и от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пришел к выводу о том, что уплаченная обществом за счет собственных средств стоимость аварийно-восстановительного ремонта относится к расходам выгодоприобретателя и по условиям договора страхования подлежит возмещению страховщиком в полном объеме.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался в том числе положениями статей 309, 310, 929 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) и исходил из того, что страховщиком не оспаривается наступление страхового случая, общество с соблюдением условий договора страхования имущества обратилось с заявлением о страховом возмещении, приложив к нему все необходимые документы, подтверждающие стоимость аварийно-восстановительного ремонта (работ), представитель АО "СОГАЗ" присутствовал при осмотре поврежденного двигателя непосредственно после аварии, с его участием составлены акт осмотра от 20.12.2019 N 01 и дефектная ведомость, в которой сторонами подтверждены выявленные повреждения и определен способ устранения повреждений.

Правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств, в целях защиты прав и законных интересов физических лиц установлены Федеральным законом от 3 июля 2016 г. N 230-ФЗ "О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон "О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях" (далее - Закон N 230-ФЗ).

Отказывая в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, руководствуясь положениями статей 10, 94 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", учитывая судебные акты по делам N А35-655/2015, N А35-4089/2016, А35-10000/2016, N А35-5002/2016, N А35-3159/2018, исходил из того, что исковые требования общества "Ле'мур" не имеют правовых оснований.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей пункта 2 статьи 4, статей 33, 42, 48, 137 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и исходили из того, что предъявленное кредитором денежное обязательство не вытекает из участия в уставном капитале должника и не имеет корпоративной природы, поскольку основанием его возникновения является гражданско-правовая сделка - договор от 10.11.2020, в рамках которого должнику было передано имущество общества "Р-Провайдер" вместе с обязательствами перед Тукбаевым А.Э. и ИП Турлановым Р.О.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался в том числе положениями статей 309, 310, 421, 929 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) и исходил из того, что страховщиком не оспаривается наступление страхового случая, общество с соблюдением условий договора страхования имущества обратилось к страховщику с заявлением о страховом возмещении, приложив к нему все необходимые документы, подтверждающие стоимость аварийно-восстановительного ремонта (работ), представитель АО "СОГАЗ" присутствовал при осмотре поврежденного двигателя непосредственно после аварии, с его участием составлены акт осмотра от 20.12.2020 N 01 и дефектная ведомость, в которой сторонами подтверждены выявленные повреждения и определен способ устранения повреждений.

Разрешая спор и принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований Антоновой И.А. о возложении на ответчиков обязанности предоставить ей в собственность квартиру либо выплатить компенсацию стоимости квартиры, о взыскании компенсации морального вреда, суд первой инстанции сослался на положения статей 15, 16, 56, 57, 72, 164, 348.2, 348.10 Трудового кодекса Российской Федерации, пункты 4, 6, 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 ноября 2015 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего труд спортсменов и тренеров", статьи 298, 322, 432, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, статью 2 Федерального закона от 3 ноября 2006 г. N 174-ФЗ "Об автономных учреждениях" и указал на то, что при заключении дополнительного соглашения к трудовому договору об обеспечении работодателем работника жилым помещением с последующим предоставлением его в собственность работника сторонами не было достигнуто соглашение о существенных условиях договора (о параметрах жилого помещения, предоставляемого работнику), при этом Антонова И.А. с требованиями о внесении изменений в трудовой договор к работодателю не обращалась.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 421, 422, 426, 445, 446 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 6 Федерального закона от 07.07.2003 N 126-ФЗ "О связи" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Кодекса, в том числе заключение судебной экспертизы, проанализировав условия спорных пунктов договора, утвердили их в редакции, соответствующей закону, принципу соразмерности платы и не нарушающей прав сторон, баланс их интересов.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 539, 544, 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, Правилами организации коммерческого учета воды, сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.09.2013 N 776, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты стоимости потребленной воды с применением метода учета пропускной способности устройств и сооружений в связи с выявленным самовольным пользованием централизованной системой холодного водоснабжения.

Законодательством о банкротстве не установлен тотальный запрет на проведение зачета в процедуре конкурсного производства. Согласно абзацу третьему пункта 8 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) зачет требования банкрота, в отношении которого открыта процедура конкурсного производства, против встречного требования к нему другого лица допускается, если при этом не нарушаются предусмотренные законодательством о несостоятельности принципы очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов банкрота.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Правилами оптового рынка электрической энергии и мощности, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2010 N 1172, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из того, что сторонами не согласована величина заявленной мощности по спорным точкам поставки.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 32, 40, 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и исходили из того, что в данном споре действует презумпция нахождения спорных документов по месту нахождения общества. Указанное обстоятельство истцом не опровергнуто, относимых, допустимых и достоверных доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что спорные документы в обществе отсутствуют, не представлено. При этом суды учли, что ответчик при рассматриваемому спора занимал активную позицию, им даны объяснения об условиях хранения документов, обстоятельствах прекращения полномочий руководителя, временной нетрудоспособности, нахождения в отпуске по беременности и родам, по уходу за ребенком. Суды также приняли во внимание, что длительное время после прекращения полномочий ответчика в качестве руководителя общество не предъявляло требований о передаче документов и продолжало вести свою хозяйственную деятельность, в том числе обладало рядом документов, фиксирующих обычную хозяйственную жизнь общества, представленных арбитражному суду в рамках другого спора.