Судебная практика ГК РФ

Удовлетворяя заявление управляющего, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и констатировали заключение соглашения в период подозрительности и с нарушением очередности удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем обществу "Профнефтьресурс" было оказано предпочтение. При этом судами с учетом фактических обстоятельств спора указано на осведомленность ответчика о финансовом состоянии должника. Доводы о совершении сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности должника отклонены судами.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из отсутствия доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между объективным банкротством должника и действиями (бездействием) указанных конкурсным управляющим в заявлении физических и юридических лиц.

Суды установили отсутствие вменяемых должником нарушений для констатации незаконности действий (бездействия) финансового управляющего, поэтому отклонили заявление в соответствии со статьями 20.3, 60, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и их судебным толкованием.

Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации

Разрешая спор и удовлетворяя иск, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых впоследствии согласился суд округа, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 158, 162 - 163, 165, 395, 432, 434, 438, 779, 1102 - 1103, 1105, 1107, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, данными в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", правовой позицией, изложенной в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, пришли к выводу о том, что ответчик не подтвердил достаточными и допустимыми доказательствами факт оказания услуг на полученную им сумму.

части 3 об определении размера возмещения вреда, причиненного лесам как экологической системе, исходя из присущих лесам природных свойств в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды";

части 4, согласно которой особенности возмещения вреда, включая таксы и методики определения размера возмещения такого вреда, утверждаются Правительством Российской Федерации.

Р.Ф. Карачина оспаривает конституционность статьи 13 "Выплата возмещения гражданам" Федерального закона от 29 июля 2017 года N 218-ФЗ "О публично-правовой компании "Фонд развития территорий" и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также пунктов 3 и 4 Правил выплаты публично-правовой компанией "Фонд развития территорий" возмещения гражданам - участникам строительства, имеющим требования о передаче жилых помещений, машино-мест и нежилых помещений, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 7 октября 2017 года N 1233 (далее - Правила).

Суд первой инстанции установил повлекшую предпочтение ответчику (покупателю) регистрацию перехода права собственности по договору купли-продажи квартиры после возбуждения дела о банкротстве должника без согласия финансового управляющего и в обход включения требования в денежном выражении в реестр в качестве условий для недействительности договора в силу статей 61.3, пунктов 5, 7 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

При таких обстоятельствах суды правомерно руководствовались результатом рассмотрения дела об исполнении договора поставки, в котором с основного должника взыскана задолженность и решение по которому кредиторами не обжаловалось, и признали основанное на поручительстве должника требование отвечающим статьям 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для включения в реестр.

Рассматривая спор, возникший между обществом (исполнитель) и компанией (заказчик) по поводу исполнения обязательств в рамках договору оказания услуг от 14.11.2017 N 31705685136, суды, исследовав и оценив представленные доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 721, 783, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что аванс, полученный исполнителем по договору, подлежит возврату заказчику, поскольку надлежащее встречное предоставление не произведено; оснований для взыскания задолженности по договору в пользу исполнителя не имеется.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 167, 1017 Гражданского кодекса Российской Федерации и пришли к выводу о том, что иск был подан ненадлежащим истцом, в связи с чем отказали в удовлетворении исковых требований.

Доводы, которые бы свидетельствовали о наличии в обжалуемых судебных актах существенных нарушений норм права, повлиявших на исход дела, не приведены, в связи с чем основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании отсутствуют.

Разрешая спор, суды, оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствовались положениями статей 10, 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью, пункта 1 статьи 67, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что договор аренды, заключенный обществом и его исполнительным органом следует признать недействительным, поскольку он является экономически невыгодным для общества и влечет для последнего убытки. Поскольку ответчик при выполнении функций исполнительного органа в личных интересах нарушил обязанность не причинять вред обществу, суды пришли к выводу о наличии оснований для его исключения из общества.

Суды исследовали поведение должника в ситуациях образования и погашения задолженности и признали его создающим условия для применения правила пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Иная оценка кредитором действий должника противоречит установленным обстоятельствам и не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Суды исследовали поведение должника в ситуациях образования и погашения задолженности и признали его создающим условия для применения правила пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Иная оценка кредитором действий должника противоречит установленным обстоятельствам и не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", поскольку вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) должностных лиц государственных органов, органов местного самоуправления, возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования (ст. 1069, 1070, 1071 ГК РФ), то по уголовным делам (например, о преступлениях, предусмотренных статьями 285, 286 УК РФ) к участию в судебном разбирательстве привлекаются представители финансового органа, выступающего от имени казны, либо главные распорядители бюджетных средств по ведомственной принадлежности (ст. 1071 ГК РФ).

По мнению заявителя, оспариваемые положения не соответствуют статьям 8, 19 и 35 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают заключение третьими лицами от имени граждан кредитных договоров в электронной форме (минуя требования статьи 820 ГК Российской Федерации), а также осуществление перевода денежных средств граждан без добровольного их согласия, что причиняет им ущерб.