Судебная практика ГК РФ

В числе прочих доводов заявитель жалобы указывает, что суды нарушили статьи 10, 15, 307, 393, 397, пункт 1 статьи 404, статью 723 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункт 3 статьи 9, пункт 2 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), что повлекло за собой необоснованное возложение исключительно на ответчика всей ответственности за инцидент на скважине, а также возложение ответственности в сумме, доказательства которой отсутствуют в материалах дела; приняли недостоверное доказательство (заключение дополнительной экспертизы от 14 июля 2023 г.); не исследовали вопрос о размере убытков; не учли, что качество работ оценивалось без участия ответчика; не применили пункт 7.3 договора и пункт 1 статьи 15 ГК РФ; не приняли во внимание, что ответчик был лишен возможности самостоятельно устранить недостатки выполненных работ; не проверили доводы о злоупотреблении правом со стороны истца и необоснованности ликвидации скважины и бурения новой; приняли дополнительные недостоверные доказательства.

Суды руководствовались положениями статей 235, 239.2, 279, 352, 353 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 25, 26, 38, 41 Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", пунктом 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. N 26-П.

Суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исследовав и оценив по правилам статей 9, 65, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание обстоятельства, установленные в рамках дела N А40-57985/2023, руководствуясь статьями 8, 12, 309 - 310, 330, 333, 401, 702, 716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив факт нарушения ответчиком сроков выполнения работ, проверив и признав правильным расчет неустойки, не найдя оснований для ее снижения, отклонив доводы ответчика о наличии вины истца в нарушении срока выполнения работ, удовлетворили иск.

Суды руководствовались статьями 16, 32 Закона о банкротстве, статьями 15, 48, 65, 71, 123, 223 АПК РФ, статьей 325, 361, 363, 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, указанными в пунктах 12, 19, 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 N 26 "Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве", пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 61.17, 61.20 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды исходили из того, что по своей правовой природе взысканные с Коломийцева С.В. убытки не являются корпоративными. Несмотря на то, что совершенные Коломийцевым С.В. действия по выводу денежных средств не явились самостоятельной причиной объективного банкротства должника, они имели место в период, предшествующий имущественному кризису должника, следствием которого явилось неисполнение обязательств по заработной плате и уплате обязательных платежей, что свидетельствует о причинении вреда кредиторам.

Отменяя постановление апелляционного суда и оставляя в силе определение суда первой инстанции, суд округа основывался на оценке представленных в дело доказательств и результатах проведенной по делу судебной экспертизы в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 34 и 46 Семейного кодекса российской Федерации и исходил из недоказанности причинения оспариваемыми сделками вреда имущественным правам конкурсных кредиторов должника.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 4 статьи 35 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", суды отказали в удовлетворении требований, поскольку Котляр З.В., как участник Общества, вправе самостоятельно созвать общее собрание участников. При этом Котляр З.В. не указал обстоятельства и не представил доказательства препятствования ему самостоятельно созвать общее собрание.

Отказывая в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего, суд округа руководствовался положениями статьи 126 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что материалами дела не подтверждено действительное наличие в распоряжении ответчика требуемых конкурсным управляющим документов и имущества, их удержание либо уклонение от передачи последнему.

Принятые судебный акты не соответствуют положениям части 1 статьи 14, части 1 статьи 18 Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и статьям 9, 15 Бюджетного кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор и прекращая производство по делу о банкротстве должника, суды, руководствуясь статьями 57, 113, 116, 125, 142, 148 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из достижения целей конкурсного производства и удовлетворения всех требований кредиторов, включенных с реестр.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 314, 401, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались положениями статей 19, 71, 100, 142 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" и исходили из недоказанности наличия у должника задолженности перед обществом.

Суд округа поддержал выводы суда апелляционной инстанции в части заключенности договора поставки, вместе с тем отметил, что при разрешении спора судом апелляционной инстанции не учтены положения пункта 2.2 договора, статей 140, 317 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, изложенные в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", а также то обстоятельство, что в спецификации N 3 стоимость товара согласована сторонами в российских рублях, а не в валюте.

Прекращая производство заявлению, суды руководствовались положениями статей 5, 33, 48 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из того, что возможность взыскания денежных средств в пользу заявителя не утрачена, поскольку должник не имеет признаков неплатежеспособности и погашает задолженность перед кредиторами без злоупотребления правом.

При разрешении спора в обжалуемой части суды, исследовав и оценив представленные доказательства, руководствуясь пунктом 2 статьи 5 Закона о банкротстве, разъяснениями, данными в пунктах 7, 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", с учетом того, что настоящее дело о банкротстве возбуждено в течение трех месяцев с даты окончания моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497, констатировали, что спорное требование в части включения в реестр 15 291 284,59 руб. процентов с 01.10.2022 по 08.08.2023 включению в реестр не подлежит.

Согласно требованиям пункта 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - Правила дорожного движения, Правила), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования данных Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Прекращая производство заявлению, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 57 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2009 года N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве" и исходил из отсутствия у должника имущества, достаточного для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, а также несогласия заявителя финансировать процедуры банкротства должника.