Судебная практика ГК РФ

Статья 1064 ГК Российской Федерации закрепляет материально-правовые гарантии полного возмещения вреда, причиненного участникам гражданских отношений, и служит обеспечению принципа охраны права частной собственности законом (статья 35, часть 1, Конституции Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (Постановления от 15 июля 2009 года N 13-П, от 7 апреля 2015 года N 7-П др.).

Положения статьи 1148 ГК Российской Федерации, определяющие круг наследников по закону, в который входят нетрудоспособные иждивенцы наследодателя, и условия наследования ими, применяются с учетом разъяснений, данных в подпункте "в" пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" о том, что находившимся на иждивении наследодателя может быть признано лицо, получавшее от умершего в период не менее года до его смерти - вне зависимости от родственных отношений - полное содержание или такую систематическую помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию, независимо от получения им собственного заработка, пенсии, стипендии и других выплат, причем при оценке доказательств, представленных в подтверждение нахождения на иждивении, следует оценивать соотношение оказываемой наследодателем помощи и других доходов нетрудоспособного.

ПРАВ СТАТЬЯМИ 244 И 1041 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

А.В. Вандаева оспаривает конституционность частей 16 и 17 статьи 16 Федерального закона от 27 июня 2019 года N 151-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" и отдельные законодательные акты Российской Федерации". По мнению заявительницы, данные законоположения противоречат статьям 8, 34, 40 и 55 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они допускают применение закона с обратной силой к правоотношениям между юридическим лицом и физическим лицом, приобретающим право требования на получение жилого помещения по договору уступки права требования.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 1 июля 2014 года N 20-П указал, что при осуществлении правового регулирования общественных отношений с участием инвалидов государству необходимо учитывать их интересы и потребности как лиц, нуждающихся в повышенной социальной защите и особых условиях, что предполагает создание специальных правовых механизмов, имеющих целью предоставление инвалидам дополнительных преимуществ и гарантирующих им право на равные с другими гражданами возможности при реализации конституционных прав. Сказанное, как отмечено в Определении от 16 мая 2024 года N 1119-О, предполагает социальную интеграцию граждан-инвалидов без какой-либо дискриминации, создание доступной среды для инвалидов и улучшение качества их жизни (статья 114, пункт "в.2" части 1, Конституции Российской Федерации).

1. Гражданка В.В. Васильева оспаривает конституционность части 9.2 статьи 156 "Размер платы за жилое помещение" Жилищного кодекса Российской Федерации и пункта 44 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 года N 354 (далее - Правила).

1. Гражданин В.В. Литвинов оспаривает конституционность пунктов 3 - 5 статьи 100 "Установление размера требований кредиторов" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29 мая 2024 года N 107-ФЗ).

1. Гражданин С.П. Ванюков оспаривает конституционность части 5 статьи 54 Федерального закона от 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации", согласно которой организация, осуществляющая образовательную деятельность, вправе снизить стоимость платных образовательных услуг по договору об оказании платных образовательных услуг с учетом покрытия недостающей стоимости платных образовательных услуг за счет собственных средств этой организации, в том числе средств, полученных от приносящей доход деятельности, добровольных пожертвований и целевых взносов физических и (или) юридических лиц; основания и порядок снижения стоимости платных образовательных услуг устанавливаются локальным нормативным актом и доводятся до сведения обучающихся.

1. Гражданка Л.В. Чухрай оспаривает конституционность главы III "Уставный капитал общества. Имущество общества" Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" как имеющей приоритет перед положениями Семейного кодекса Российской Федерации. Заявительница указывает, что применением норм права в деле с ее участием нарушены ее права, гарантированные статьями 17 и 19 Конституции Российской Федерации.

1. Общество с ограниченной ответственностью "Формула безопасности транспорта" (далее также - общество) оспаривает конституционность части 4 статьи 167 "Принятие решения" АПК Российской Федерации, а также следующих положений Федерального закона от 5 апреля 2013 года N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд":

Д.П. Антипьева, являющаяся кредитором должника, оспаривает конституционность абзаца первого пункта 11 статьи 61.11, абзаца шестого пункта 2.1 статьи 126 и пункта 3 статьи 137 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявительницы, данные законоположения противоречат статьям 2, 17 (часть 3), 19 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той части, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют судам не включать мораторные проценты, начисленные в процедуре банкротства, в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица.

Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей";

Заявитель также просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации пункт 19 статьи 29 "Статус членов комиссий" Федерального закона от 12 июня 2002 года N 67-ФЗ "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" и часть 1 статьи 106 "Исполнение содержащегося в исполнительном документе требования о восстановлении на работе и последствия его неисполнения" Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".

Кроме того, заявителем оспаривается конституционность части 15 статьи 22.1 Федерального закона от 3 июля 2016 года N 237-ФЗ "О государственной кадастровой оценке", согласно которой решение бюджетного учреждения в отношении заявления об установлении рыночной стоимости может быть оспорено в суде в порядке административного судопроизводства; одновременно с оспариванием решения бюджетного учреждения в суд может быть также заявлено требование об установлении кадастровой стоимости объекта недвижимости в размере его рыночной стоимости.

1. Гражданин Е.А. Кольцов оспаривает конституционность части 8 статьи 5 "Жилищное законодательство" Жилищного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями статьи 157 "Размер платы за коммунальные услуги" того же Кодекса, статей 7 "Общие правила осуществления горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и водоотведения", 14 "Договор водоотведения", 18 "Подключение (технологическое присоединение) объектов капитального строительства к централизованным системам холодного водоснабжения и водоотведения" и части 2 статьи 20 "Организация коммерческого учета" Федерального закона от 7 декабря 2011 года N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", подпункта "е" пункта 35 и пункта 62 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 года N 354), а также пунктов 1, 3 и 22 - 24 Правил организации коммерческого учета воды, сточных вод (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 4 сентября 2013 года N 776).

1. Гражданка С.Е. Ковылова оспаривает конституционность части 2 статьи 69 "Основания освобождения от доказывания" АПК Российской Федерации и пункта 4 статьи 213.28 "Завершение расчетов с кредиторами и освобождение гражданина от обязательств" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 1 июля 2014 года N 20-П указал, что при осуществлении правового регулирования общественных отношений с участием инвалидов государству необходимо учитывать их интересы и потребности как лиц, нуждающихся в повышенной социальной защите и особых условиях, что предполагает создание специальных правовых механизмов, имеющих целью предоставление инвалидам дополнительных преимуществ и гарантирующих им право на равные с другими гражданами возможности при реализации конституционных прав. Сказанное, как отмечено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 мая 2024 года N 1119-О, предполагает социальную интеграцию граждан-инвалидов без какой-либо дискриминации, создание доступной среды для инвалидов и улучшение качества их жизни (статья 114, пункт "в.2" части 1, Конституции Российской Федерации).

1. Гражданин А.М. Саламатов оспаривает конституционность следующих норм Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (с 1 января 2015 года не применяющегося, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" в части, не противоречащей данному Федеральному закону):

В Постановлении от 15 июля 2020 года N 36-П Конституционный Суд Российской Федерации признал статьи 15, 16, 1069 и 1070 ГК Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку они по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не позволяют отказывать в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП Российской Федерации (ввиду недоказанности обстоятельств, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) или наличия вины должностных лиц.

Частью третьей статьи 136 УПК Российской Федерации и частью первой статьи 35 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года N 2124-1 "О средствах массовой информации" предусмотрена обязанность средства массовой информации сделать сообщение о реабилитации, которая возлагается на его редакцию, опубликовав вступившее в законную силу решение суда, содержащее требование об опубликовании такого решения через данное средство массовой информации. Вместе с тем, по смыслу указанных норм, эта обязанность возникает лишь в той части, в которой сведения о примененных к реабилитированному незаконных действиях были опубликованы в печати, распространены по радио, телевидению или в иных средствах массовой информации. Такое регулирование направлено на защиту прав реабилитированного лица и не может расцениваться как нарушающее права заявителя обозначенным им образом.