Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 314, 395, 422, 424, 544, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Основами ценообразования в сфере водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13 мая 2013 г. N 406, Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29 июля 2013 г. N 644, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты оказанных ему услуг водоснабжения и водоотведения.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 71, 100 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из наличия в материалах спора достаточной совокупности доказательств, подтверждающей требование, отклонив при этом доводы об аффилированности как противоречащие материалам дела.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанции руководствовался статьей 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из отсутствия доказательств отчуждения спорного транспортного средства на нерыночных условиях, учитывая, что сделка по отчуждению автомобиля осуществлена при равноценном встречном предоставлении, заинтересованность сторон не установлена, перепродажа автомобиля состоялась спустя значительный промежуток времени.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 197, 199, 200, 202, пунктом 3 статьи 797 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 39, 42 Федерального закона от 8 ноября 2007 г. N 259-ФЗ "Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", пунктами 31, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 г. N 26 "О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции" и пришли к выводу о пропуске истцом сокращенного срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из недобросовестного поведения должника при получении кредитов, выразившегося в умышленном предоставлении недостоверных сведений о своем доходе и принятии на себя заведомо неисполнимых кредитных обязательств.

Кулешов М.А., ссылаясь на положения статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также на то, что вследствие незаконного привлечения его к административной ответственности он понес убытки в виде оплаты юридических услуг, судебных расходов, связанных с подготовкой искового заявления, уплатой государственной пошлины и почтовыми расходами по пересылке заявления в суд и участникам процесса, обратился в суд с настоящим иском.

В силу положений части 5.1 статьи 19 Федерального закона от 13 марта 2006 года N 38-ФЗ "О рекламе" заключение договора на установку и эксплуатацию рекламной конструкции на земельном участке, здании или ином недвижимом имуществе, находящемся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на основе торгов (в форме аукциона или конкурса), проводимых органами государственной власти, органами местного самоуправления или уполномоченными ими организациями в соответствии с законодательством Российской Федерации. Форма проведения торгов (аукцион или конкурс) устанавливается органами государственной власти или представительными органами муниципальных образований. Торги на право заключения договора на установку и эксплуатацию рекламной конструкции на земельном участке, который находится в государственной собственности, муниципальной собственности или государственная собственность на который не разграничена, а также на здании или ином недвижимом имуществе, находящихся в собственности субъектов Российской Федерации или муниципальной собственности, после утверждения в соответствии с частью 5.8 настоящей статьи схем размещения рекламных конструкций проводятся органом государственной власти, органом местного самоуправления муниципального района или органом местного самоуправления городского округа либо уполномоченной ими организацией только в отношении рекламных конструкций, указанных в данных схемах.

Соглашаясь с общим выводом суда первой инстанции, но исключая из определения выводы о недействительности оспариваемых сделок, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил, в частности, из недоказанности цели причинения вреда кредиторам и осведомленности компании о наличии у должника признаков неплатежеспособности. При этом суд апелляционной инстанции согласился с выводом о пропуске специального срока исковой давности при обращении в суд с требованием о признании уведомлений недействительными, исходя из наличия у первого управляющего должником сведений о состоявшейся сделке с апреля 2019 г.

Выводы судов сделаны при надлежащей оценке обстоятельств и соответствуют требованиям статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации,

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 8, 307, 309, 310, 319, 319.1, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. N 354, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2012 г. N 124, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика как исполнителя коммунальных услуг от оплаты фактически поставленного ресурса.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявлений управляющего в полном объеме, суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 9, 61.10 - 61.12, 61.20 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", поддержал выводы суда первой инстанции о недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также исходя из конкретных, установленных им обстоятельств спора, пришел к выводу о недоказанности совокупности всех условий, необходимых для возмещения убытков.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 10, 309, 310, 395, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861, Правилами государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2011 г. N 1178, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (сетевая организация) от внесения платы за использование принадлежащих истцу объектов.

Отказывая в признании требования обоснованным, суды руководствовались положениями пункта 3 статьи 335 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 11 марта 1997 г. N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе", разъяснениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 7 информационного письма от 21 января 2002 г. N 67 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с применением норм о договоре о залоге и иных обеспечительных сделках с ценными бумагами", и учитывая, что выдача собственного простого векселя должником кредитору по основному обязательству не может осуществляться на основании договора о залоге, отсутствуют доказательства реального встречного предоставления со стороны кредитора, пришли к выводу об отсутствии у основного должника и его поручителя обязанности по внесению платежей, предусмотренных договором подряда.

Разрешая спор в указанной части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и пришли к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать должника добросовестным и освободить его от исполнения обязательств перед кредиторами.

Отказывая в иске, суды руководствовались положениями статей 181, 309, 310, 330, 410, 702, 711, 720, 725, 740, 746, 753, 756 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 12, 13, 14, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 г. N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств", в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 декабря 2001 г. N 65 "Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований".

Установив, что все мероприятия процедуры реализации имущества должника выполнены, финансовым управляющим приняты меры по поиску и выявлению имущества должника, установив недостаточность активов для погашения обязательств, не выявив возможности восстановления платежеспособности должника-гражданина, признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, неразумного и недобросовестного поведения должника, руководствуясь положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды завершили процедуру банкротства в отношении должника, освободив его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Разрешая спор, суды, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", положениями абзаца 10 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для исключения спорного транспортного средства из конкурсной массы должника.