Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 15, 299, 333, 438, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты долга за поставленную тепловую энергию, стоимости сверхнормативных потерь теплоносителя, возникших в тепловых сетях, переданных ему муниципальным образованием по акту приема-передачи.

По результатам оценки представленных по делу доказательств, с учетом положений статей 61 - 64.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды пришли к выводу о том, что бездействие ликвидатора общества "Техцентр" - Тихоненкова А.А. является незаконным, а требование истца (кредитор) об обязании ликвидатора обратиться в суд с заявлением о банкротстве указанного общества (должник) - направленным на восстановление нарушенного права истца. При этом суды исходили из того, что определением суда производство по заявлению истца по делу N А56-45681/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества "Техцентр" прекращено ввиду погашения должником основного долга; иные кредиторы отсутствуют; самим обществом в последующем принято решение о добровольной ликвидации (запись в реестре датирована 19.10.2015), которая не завершена. При этом на протяжении всего периода общество не исполняет решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.06.2019 по делу N А56-129113/2018 о взыскании с должника в пользу кредитора 1 227 295 рублей 41 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами, процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на основании пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 11.10.2018 по дату фактического исполнения обязательства, на невозвращенную обществом "Техцентр" сумму долга, взысканного в пользу унитарного предприятия на основании постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2017 по делу N А56-24449/2014, а также 16 668 рублей в возмещение расходов на оплату государственной пошлины (дело N А56-129113/2018). При таких обстоятельствах ликвидатору надлежало обратиться с заявлением должника о собственном банкротстве.

При рассмотрении спора суды руководствовались положениями статей 199, 200, 395, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и исходили из того, что при оплате в спорный период работ ответчиком не учтен индекс-дефлятор, подлежащий применению при определении текущей стоимости строительно-монтажных работ, что повлекло возникновение на стороне генподрядчика неосновательного обогащения; расчет процентов за пользование чужими денежными средствами проверен и признан верным. Суды посчитали, что ответчик намеренно умолчал о технической ошибке при составлении документов на оплату работ. Суды отклонили заявление ответчика о применении срока исковой давности, указав на то, что о наличии ошибки в расчетах стало известно только при проведении ревизии акционером истца - обществом с ограниченной ответственностью "Селена" актов о приемке выполненных работ по форме КС-2 в 2015 - 2017 годах и справок о стоимости выполненных работ по форме КС-3 за тот же период по спорному договору.

Утверждая мировое соглашение, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 150 и 159 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пришел к выводу о соответствии предложенной редакции требованиям закона.

Оставляя в силе определение суда первой инстанции, суд округа, не усмотрел оснований для отмены обжалуемого определения по заявленным основаниям.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 393, 532, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды при рассмотрении настоящего дела исходили из установленных фактических обстоятельств, связанных, в том числе, с формированием у общества материально-правового требования в виде заявленного им в виде упущенной выгоды (часть из которого вытекала из внутригрупповых отношений истца и поставщика кабельно-проводниковой продукции, подконтрольных одному лицу, о существовании которых не мог не знать приостановивший выдачу финансирования банк); приняли во внимание результаты рассмотрении дел N А40-263375/2020 и N А40-28002/2021 и принятые по ним судебные акты, которыми не опровергнут факт наличия на стороне общества неисполненных имущественных обязательств перед компанией. При таких условиях суды пришли к правильным выводам о недоказанности наличия причинно-следственной связи между заявленной обществом в качестве упущенной выгоды суммой денежных средств и действиями компании, ее вины и злоупотребления правом, отказав в удовлетворении исковых требований.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 15 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из наличия оснований для удовлетворения требований, признав доказанным причинно-следственную связь между убытками на стороне должника в указанном размере и противоправными действиями контролировавшего должника лица - Смирнова Д.А., направленными на совершение налогового правонарушения.

Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались статьями 309, 310, 329, 330, 539, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (абонент) от внесения платы за сброс загрязняющих веществ в составе сточных вод сверх установленных нормативов состава сточных вод, а также платы за негативное воздействие на работу централизованной системы водоотведения.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 25 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной.

Руководствуясь статьями 123.22, 298, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 158, 161, 239, 241, 242.3, 242.3 Бюджетного кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", Закона Российской Федерации от 21.07.1993 N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды отказали в удовлетворении иска.

Принимая судебные акты в обжалуемой заявителем части, суды руководствовались положениями гражданского законодательства, регулирующими спорные правоотношения, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", и исходили из наличия оснований для взыскания с ответчика перечисленного истцом обеспечительного платежа, являющегося для общества неосновательным обогащением в отсутствие доказательств исполнения им обязательства по оказанию услуг, определенных в соглашении о сотрудничестве, расторгнутом в связи с односторонним отказом предпринимателя от договора.

Разрешая спор, суды, руководствуясь положениями статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 25 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной.

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 15, 393, 720, 779, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 36, 161, 162 Жилищного кодекса Российской Федерации и, отказывая в иске, исходил из отсутствия совокупности условий, необходимых для возложения на ответчика (подрядчик) обязанности по возмещению убытков ввиду недоказанности истцом (заказчик) наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением у истца убытков.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 539, 544, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Правилами поставки газа в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 05.02.1998 N 162, Правилами учета газа, утвержденными приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 30.12.2013 N 961, и, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности иска с учетом обязанности истца (покупатель) самостоятельно контролировать работоспособность вычислителя количества газа и своевременно выявлять изменение параметров узла учета газа.

Действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества пропорционально размеру его доли (статья 14 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах). В пункте 6.1 статьи 23 Закона об обществах определено, что в случае выхода участника из общества его доля переходит к обществу; общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 309, 310, 330, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации N 442 от 04.05.2012, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что потери электрической энергии, возникающие в спорной подстанции, используемой истцом для оказания услуг по передаче электрической энергии, оплачиваются конечными потребителями, чьи энергопринимающие устройства присоединены к названной подстанции.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из того, что реституционное требование общества подтверждено вступившим в законную силу судебным актом.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 8, 9, 11, 309, 310, 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для применения к ответчику (заказчик) меры ответственности в виде неустойки за нарушение сроков внесения платы за технологическое присоединение

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, руководствуясь статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, учитывая разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", придя к выводу о недоказанности наличия у истца убытков в виде расходов на оборудование систем энергопотребления, предусмотренных перепрофилированием объекта, а также совершения ответчиком незаконных действий по демонтажу сетей водоснабжения и водоотведения, системы вентиляции, суды отказали в удовлетворении требований общества "Швейная палитра" о возмещении расходов, понесенных на восстановление указанных систем.

Отменяя судебные акты и направляя спор повторно на новое рассмотрение, суд округа, руководствуясь пунктами 1 - 3, 13 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", исходил из того, что изложенные в них выводы сделаны при неполном выяснении имеющих существенное значение для дела фактических обстоятельств, неполной оценке доказательств и приводимых единственным участником должника доводов.