Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор в обжалуемой части и накладывая арест на имущество заявителя, не относящегося к защищенному исполнительским иммунитетом, суды, руководствуясь статьями 90 - 92 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 46, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что заявленные обеспечительные меры являются ускоренным и предварительным средством защиты, непосредственно связаны с предметом требования о привлечении заявителя и иных соответчиков к субсидиарной ответственности и соразмерны ему, направлены на предотвращение возможного нарушения прав и имущественных интересов кредиторов, служат гарантией исполнимости еще не принятого по делу судебного акта и обеспечивают баланс интересов сторон.

Суды исследовали поведение должника в ситуациях образования и погашения задолженности и признали его создающим условия для применения правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для освобождения от исполнения обязательств.

Иная оценка кредитором действий должника противоречит установленным обстоятельствам и не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Признавая иск частично необоснованным, суды руководствовались статьей 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и сочли требование банка об обращении взыскания на заложенное имущество не подлежащим удовлетворению в период действия моратория, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 213.25, 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из выполнения финансовым управляющим всех мероприятий в рамках дела о банкротстве, нецелесообразности дальнейшего проведения процедуры реализации, отсутствия у должника иного имущества и препятствий к освобождению ее от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Признавая жалобу кредитора необоснованной, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 20.3, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности заявителем факта ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим должником возложенных на него обязанностей по включению в реестр требования кредитора, подтвержденного вступившим в законную силу судебным актом.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредитором, предусмотренных абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, установив, что задолженность перед уполномоченным органом возникла у должника вследствие недобросовестных и противоправных действий, направленных на незаконное уклонение от уплаты налогов.

В рассматриваемом случае, исследовав и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 110, 111, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 448, 449 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из установленных им обстоятельств дела, свидетельствующих об указании в объявлении о торгах недостоверных сведений относительно характеристик имущества, что могло ввести в заблуждение потенциальных покупателей и отрицательно сказаться на цене продажи.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Руководствуясь статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 393, 723, 724, 740, 755 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды отказали в удовлетворении заявления общества ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих факт наличия недостатков в выполненных должником (субподрядчиком) работах.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 61.10, 61.11, 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности наличия оснований для привлечения Панкова О.Л. к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требования кредитора.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьями 110, 139, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из соответствия положения в редакции финансового управляющего имуществом должника упомянутым нормам права. Проведенная финансовым управляющим оценка имущества заинтересованными лицами не оспорена.

Удовлетворяя иск, суды оценили представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 Кодекса и, руководствуясь пунктом 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", исходили из доказанности оснований, необходимых для привлечения контролировавших лиц должника к субсидиарной ответственности по обязательствам последнего (вывод денежных средств должника, повлекший за собой невозможность исполнения обязательств перед кредитором). Суды установили необоснованное обналичивание денежных средств должника через ответчиков, не доказавших факт их расходования на цели хозяйственной деятельности, осуществляемой должником. Выбытие денежных средств фактически осуществлялось без оформления соответствующих документов и предоставления встречного исполнения. Возврат денежных средств в кассу должника не подтвержден. При этом при наличии у должника денежных средств, необходимых и достаточных для погашения перед истцом задолженности, присужденной решением суда по делу N А73-4542/2018, соответствующие меры к ее погашению ответчиками не предпринимались. Учитывая эти обстоятельства, а также недобросовестное поведение ответчиков, предшествующее исключению должника из Единого государственного реестра юридических лиц, в том числе создание ответчиками видимости инициирования добровольной ликвидации и банкротства должника, суды пришли к выводу о наличии в деле достаточных свидетельств об уклонении контролировавших лиц должника от исполнения последним обязательств перед истцом, повлекшее утрату возможность взыскания денежных средств с хозяйственного общества, ввиду его исключения из Единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 2 статьи 61.2, статьей 61.6 Закона о банкротстве, статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Между тем изучение принятых по делу судебных актов показало, что правовые выводы арбитражных судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика, контролировавшего хозяйственное общество, которое было исключено из единого государственного реестра юридических лиц, по его неисполненным обязательствам, основаны на фактических обстоятельствах дела, нормах Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3 статьи 64.2), Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (пункт 3.1 статьи 3), соответствуют практике применения указанных правовых норм и не противоречат судебным актам Конституционного Суда Российской Федерации.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 329, 330, 332 Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для освобождения первого ответчика (потребитель) от ответственности за просрочку оплаты поставленной истцом (гарантирующий поставщик) электроэнергии.

Судебные акты соответствуют договору возмездного оказания услуг от 11.02.2020, обстоятельствам его исполнения и положениям статей 309, 310, 330, 421, 431, 779 - 783.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Иное видение заявителем обстоятельств исполнения договора возмездного оказания услуг от 11.02.2020 и представленных по делу доказательств, к которому сводятся доводы жалобы, не составляет оснований для кассационного пересмотра судебных актов. Основания для передачи жалобы на рассмотрение в судебном заседании отсутствуют.

Повторно исследовав и оценив представленные материалы в порядке статьи 71 АПК РФ, руководствуясь положениями статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период совершения вмененных ответчикам действий), Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности", Федерального закона от 25.02.1999 N 40-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций", с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения Черныша С.И., Степанова К.С., Савина А.Г. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и неподтвержденности таковых в отношении остальных ответчиков, указанных в спорном заявлении агентства.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, основываясь на оценке представленных в дело доказательств и результатах судебной технической экспертизы в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 61.11, 126, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", не установили совокупности условий, необходимой для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его бывшего руководителя Чапутина Е.А., подтвердившего обстоятельства передачи бухгалтерской и иной документации должника следующему руководителю и совершения вменяемых сделок, заключенных в рамках обычной хозяйственной деятельности и вне периода подозрительности.