Судебная практика ГК РФ

статьи 8 "Условия назначения страховой пенсии по старости" Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (в редакции, действовавшей по состоянию на 31 декабря 2018 года), а также частей 1 и 2 статьи 35 "Переходные положения" названного Федерального закона;

1. Гражданин С.А. Фирсин оспаривает конституционность пункта 1 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", согласно которому страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 - мужчинам по достижении возраста 50 лет и женщинам по достижении возраста 45 лет, если они проработали соответственно не менее 10 лет и 7 лет 6 месяцев на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и имеют страховой стаж соответственно не менее 20 лет и 15 лет; в случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного выше срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждый полный год такой работы - мужчинам и женщинам.

Действуя в рамках предоставленных ему полномочий, законодатель в статьях 3 и 11 - 14 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" определил понятие страхового стажа, периоды, которые подлежат включению в страховой стаж, и порядок его подсчета.

Акционерное общество "Группа РСЛ", являющееся конкурсным кредитором должника, оспаривает конституционность пунктов 5 и 6 статьи 132 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 8 (часть 2), 35 (часть 3) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации в той части, в какой они по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, позволяют передавать соответствующим муниципальным образованиям жилищный фонд социального использования без выплаты должникам - собственникам имущества справедливой компенсации, обеспечивающей баланс между публичными и частными интересами.

1. Решением суда общей юрисдикции были частично удовлетворены исковые требования гражданки В.С. Заниной к банку; указанная коммерческая организация обязана выплатить заявительнице в счет списанных с банковских счетов денежных средств сумму в размере 191 214,68 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами. Апелляционным определением указанное решение суда изменено, размер взысканной суммы снижен до 31 184,92 руб., также снижен размер процентов за пользование чужими денежными средствами. При этом суд апелляционной инстанции, руководствуясь в том числе подпунктом 4 пункта 12 и пунктом 12.1 статьи 189.49 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 1 мая 2017 года N 84-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") и установив, что В.С. Занина занимала должность главного бухгалтера филиала этого банка, пришел к выводу о правомерности списания части денежных средств заявительницы со счета, открытого в данном банке, в силу указанных норм Федерального закона, предусматривающих прекращение обязательств банка перед лицами, занимающими, в частности, должность главного бухгалтера филиала банка, в связи с осуществлением мер по предупреждению банкротства банка. Определением кассационного суда общей юрисдикции указанные судебные акты оставлены без изменения.

Заявитель оспаривает конституционность пункта 2 статьи 4 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в части, предусматривающей, что для определения наличия признаков банкротства должника учитывается размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности за переданные товары, выполненные работы и оказанные услуги, суммы займа с учетом процентов, подлежащих уплате должником, размер задолженности, возникшей вследствие неосновательного обогащения, и размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов, за исключением обязательств перед гражданами, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, обязательств по выплате компенсации сверх возмещения вреда, обязательств по выплате вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также обязательств перед учредителями (участниками) должника, вытекающих из такого участия.

пункта 2 (в жалобе ошибочно назван частью 2) статьи 14 "Продовольственное и вещевое обеспечение военнослужащих" и статьи 26 "Общие обязанности" Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" во взаимосвязи с пунктом 16 статьи 34 Положения о порядке прохождения военной службы (утверждено Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года N 1237 "Вопросы прохождения военной службы"), предусматривающего, что военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением; до проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

1. Гражданин В.А. Гамаля, которому отказано в удовлетворении требований о признании недействительным условия договора участия в долевом строительстве, компенсации морального вреда, оспаривает конституционность статей 4, 5, 15.4 и 15.5 Федерального закона от 30 декабря 2004 года N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" во взаимосвязи со статьями 16 и 16.1 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей".