Судебная практика ГК РФ

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", действовавшего на момент рассмотрения спора судами, исковая давность по спорам, вытекающим из договоров обязательного страхования риска гражданской ответственности, в соответствии с пунктом 2 статьи 966 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года и исчисляется со дня, когда потерпевший (выгодоприобретатель) узнал или должен был узнать: об отказе страховщика в осуществлении страхового возмещения или прямом возмещении убытков путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания или выдачи суммы страховой выплаты либо об осуществлении страхового возмещения или прямого возмещения убытков не в полном объеме.

Судом также установлено, что 18 декабря 2016 г. в адрес истца направлено уведомление, в котором содержится просьба о заключении договора о техническом обслуживании ВДГО, что согласуется с положениями, изложенными в постановлении Правительства Российской Федерации от 21 июля 2008 г. N 549 "О порядке поставки газа для обеспечения коммунально-бытовых нужд граждан".

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и пришли к выводу о безденежном характере оспариваемых договоров займа, их совершении (составлении) без намерения создать соответствующие им правовые последствия и причинении в результате их совершения вреда имущественным правам кредиторов, так как действия сторон сделок повлекли необоснованное увеличение размера имущественных требований к должнику.

Между тем изучение принятых по делу судебных актов показало, что правовые выводы арбитражных судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчика, контролировавшего предприятие, которое было исключено из Единого государственного реестра юридических лиц, по неисполненным обязательствам общества перед обществом, основаны на конкретных фактических обстоятельствах дела, нормах Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3 статьи 64.2), Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (пункт 3.1 статьи 3), соответствуют практике применения указанных правовых норм.

Повторно разрешая спор, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 61.11, 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 17, 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", исходили из установленных по делу обстоятельств перевода контролирующими лицами бизнеса и активов должника на общество "РТО" (учредителем которого является Тиик Л.А.), что привело к появлению у последнего признаков объективного банкротства.

Освобождая должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия обстоятельств, свидетельствующих о противоправности действий должника, направленных на умышленное причинение ущерба кредиторам, уклонение от исполнения своих обязательств, сокрытие своего имущества и доходов, воспрепятствование деятельности финансового управляющего, недобросовестном поведении и признаках преднамеренного или фиктивного банкротства.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 9, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" ввиду установленных фактических обстоятельств дела, обусловленных, в том числе, спецификой осуществляемой должником хозяйственной деятельности, недоказанностью причинно-следственной связи между действиями (бездействием) субсидиарных ответчиков и появлением у должника признаков объективного банкротства, отказали в удовлетворении заявления.

Рассматривая спор, суд первой инстанций, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь статьями 309, 330, 453, 702, 715, 716, 719, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводам о том, что требования общества (заказчик) о взыскании с компании (подрядчик) неосновательного обогащения являются обоснованными, поскольку договор подряда расторгнут, работы не выполнены, аванс в полном объеме заказчику не возвращен, оснований для удержания каких-либо сумм у подрядчика не возникло; проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму неосновательного обогащения, подлежат взысканию со следующего за расторжением договора дня; заказчик имеет право на взыскание договорной неустойки за просрочку выполнения работ, которая взыскана согласно произведенному судом расчету, а также на взыскание штрафа за отказ от исполнения договора; в остальной части требования о применении к подрядчику санкций признаны необоснованными.

Разрешая спор в обжалуемой части, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 15, 328, 723, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 20.3, 20.6, 20.7, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из документально подтвержденного факта ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим своих обязанностей, выразившихся в необоснованном несении расходов на процедуру банкротства, снизив размер причитающегося заявителю вознаграждения и учтя его при определении итогового размера убытков, причиненных конкурсным кредиторам.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суды, руководствуясь положениями статей 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая правовую позицию, изложенную в пункте 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", заключение судебной экспертизы, исходили из того, что земельный участок предоставлен обществу в бессрочное (постоянное) пользование для жилищного строительства, Распоряжением администрации Прикубанского административного округа города Краснодара от 04.08.1994 N 381.26 "О строительстве жилых домов" обществу разрешено строительство жилых домов, спорный объект незавершенного строительства Правила землепользования и застройки муниципального образования город Краснодар не нарушает, соответствует техническим и строительным нормам и правилам, в том числе требованиям о пожарной безопасности, санитарным и эпидемиологическим нормам, нормам в части обеспечения сейсмобезопасности и расположения относительно соседних объектов недвижимости, не создает угрозу жизни и здоровью граждан, фактически, согласно представленным в дело доказательствам, является незавершенным строительством жилым домом.