Судебная практика ГК РФ

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций в части, суд округа руководствовался положениями статей 20.3, 20.4, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", а также разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" и исходил из того, что судами не дана правовая оценка всем приведенным конкурсным кредитором доводам, а также установлены не все юридически значимые для правильного разрешения спора обстоятельства. При таких условиях для исправления допущенных нарушений суд округа направил обособленный спор на новое рассмотрение.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 395, 1102, 1107, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что при расчетах с истцом (заказчик) за услуги по передаче электрической энергии в отношении точек поставки его потребителя вычет ставки для целей определения расходов на оплату потерь электрической энергии в электрических сетях не производился.

Суды исследовали представленные доказательства наличия заемного обязательства и признали их не отвечающими критериям статей 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для установления основанного на них требования в реестре должника.

Вопросы доказывания и оценки доказательств, на которых построены доводы жалобы, не создают оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 309, п. 3 ст. 395, п. 1 ст. 779, ст. 783 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) Истец просил взыскать с Ответчика излишне уплаченные денежные средства, составляющие разницу между первоначальной и фактической ценой по Договору, проценты за пользование чужими денежными средствами по день уплаты этих средств в соответствии со ст. 395 ГК РФ, регистрационный и арбитражный сборы, уплаченные Истцом при подаче иска.

Суды исследовали поведение должника в ситуациях образования и погашения задолженности и признали его влекущим применение правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для освобождения от исполнения обязательств.

Иная оценка кредитором действий должника противоречит установленным обстоятельствам и не создает основания для кассационного пересмотра судебных актов.

Разрешая спор, суд первой инстанции, сославшись на положения статей 61.10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), согласился с доводами конкурсного управляющего, признав, что в результате скоординированных действий контролирующих лиц и получения от должника денежных средств в заем, приобретения земельных участков и их последующей возмездной реализации в пользу иного лица без возврата суммы займа должнику, общество "ПрофИнвест" стало выгодоприобретателем совместных действий, причинивших ущерб кредиторам должника, получив от последнего существенный актив по сделке. Такая совокупность сделок привела к банкротству должника и отсутствию у него возможности исполнения обязательств перед независимыми кредиторами.

Разрешая спор, суды трех инстанций руководствовались статьями 307, 309, 310, 329, 330, 395, 382, 383, 384, 386, 388, 389, 401, 410, 412 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), разъяснениями, приведенными в пунктах 23, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - постановление Пленума N 54), правовой позицией, изложенной в пункте 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации".

Отменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", исходил из наличия оснований для выдачи исполнительного листа на взыскание денежных средств ранее включенных в реестр требований и не погашенных к моменту прекращения производства по делу о банкротстве.

Признавая платежи недействительными, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд округа, руководствовался положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил, в частности, из совершения спорных перечислений в пользу аффилированного лица в счет выплаты действительной стоимости доли в период наличия у должника неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, впоследствии включенными в реестр требований, что говорит о пребывании должника в состоянии имущественного кризиса, о котором не могла не знать Молдаванова С.А. в силу занимаемой ею должности.

По результатам торгов с единственным участником - Ленским пароходством, заключен договор купли-продажи от 20.10.2020 на основании пункта 17 статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

Янское пароходство в лице конкурсного управляющего Захарова А.А. и Ленское пароходство 20.10.2020 подписали акт, согласно которому продавец передал покупателю кран КС-8165.

В дальнейшем Федеральным законом от 21.07.2014 N 250-ФЗ "О внесении изменений в статьи 74 и 81 Лесного кодекса Российской Федерации" статья 74 Лесного кодекса была дополнена частью 2.1, которая предусматривала, что договор аренды лесного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, заключенный по результатам аукциона, может быть изменен по решению суда в случае существенного изменения количественных и качественных характеристик такого лесного участка.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды, руководствуясь положениями статей 157, 451 - 452, 702, 709, 720 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", исходили из наличия у истца права требования увеличения цены договора и взыскания задолженности по оплате выполненных работ ввиду наступления предусмотренного договором отлагательного условия, влекущего обязанность по изменению стоимости работ.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 15, 393, 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из непредставления истцом доказательств, подтверждающих, что в результате выбытия из его владения вагона по вине ответчика (перевозчик) он упустил возможность получить доход от его использования.