Судебная практика ГК РФ

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также исходя из фактических обстоятельств по делу, не подтверждающих неправомерное поведение ответчиков, а следовательно, недоказанность истцом оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам общества. Суд кассационной инстанции обоснованно при этом указал, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению, не является достаточным основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии с приведенными нормами.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 309, 310, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, Правилами пользования системами коммунального водоснабжения и канализации в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 12.02.1999 N 167, суды исходили из отсутствия оснований для применения к спорным правоотношениям постановления Псковской городской Думы от 31.10.2003 N 169 "Об утверждении условий приема загрязняющих веществ в сточных водах, отводимых абонентами в систему хозяйственно-бытовой канализации города Пскова" (далее - постановление N 169), признанного решением Псковского областного суда от 02.10.2020 N 3а-41/2020 недействующим как не соответствующего нормативному правовому акту большей юридической силы. Суды признали, что нормы платы за сверхнормативный сброс сточных вод и загрязняющих веществ, установленные федеральным законодательством, ответчиком не превышены.

Удовлетворяя иск, суды первой и апелляционной инстанций исследовали и оценили по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствовались статьями 309, 310, 395, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 30, 154 Жилищного кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 24.06.1998 N 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления", статьей 23 Федерального закона от 29.12.2014 N 458-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об отходах производства и потребления", Правилами обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 12.11.2016 N 1156, Нормативами накопления твердых коммунальных отходов на территории Ставропольского края, утвержденными приказами Министерства жилищно-коммунального хозяйства Ставропольского края от 26.12.2017 N 347 и от 29.08.2018 N 237, и исходили из следующего: представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что истец, являясь региональным оператором в регионе по месту нахождения объектов предпринимательской деятельности ответчика, оказал ему в спорный период услуги по обращению с ТКО; отсутствие договоров между сторонами на оказание услуг не является основанием как для освобождения регионального оператора от оказания названных услуг в соответствии с типовым договором, так и для освобождения Общества от оплаты данных услуг; ответчик должен оплатить фактически оказанные истцом услуги в размере, рассчитанном в соответствии с тарифами, установленными нормативными правовыми актами публичного образования.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, руководствуясь положениями статей 845, 858 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее - Федеральный закон N 115-ФЗ), признав необоснованным ограничение пользования услугой дистанционного банковского обслуживания при недоказанности отнесения спорной операции истца к сомнительной и подпадающей под регулирование Федерального закона N 115-ФЗ, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Изменяя принятые по делу судебные акты в указанной части, суд округа, руководствуясь положениями статей 165, 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статьи 52 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации", разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 N 15 "О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе", пришел к выводу, что судебные расходы общества по уплате государственной пошлины за подачу заявления в суд по настоящему делу подлежали взысканию не с прокуратуры, а с Российской Федерации в лице министерства за счет казны Российской Федерации.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора, руководствуясь статьями 421, 431, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, исходя из того, что затраты общества на содержание или аренду вагона-дома подлежат возмещению компанией только при наличии доказательств их фактического несения истцом, однако таких доказательств в материалах дела не имеется.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, установив факт передачи компанией денежных средств обществу в качестве займа, отсутствие доказательств их возврата и уплаты процентов за пользование займом в предусмотренные договором сроки, руководствуясь статьями 330, 331, 807, 808, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований с учетом снижения размера взыскиваемой неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая настоящий спор и делая вывод о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и исходил из совершения и одобрения привлекаемыми лицами ряда сделок, повлекших за собой существенное ухудшение финансового положения должника, невозможность погашения требований кредиторов и причинение им вреда.

Отказывая в удовлетворении требования о взыскании расходов по оплате услуг оценщика и неустойки, суды руководствовались положениями Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон N 40-ФЗ), статьями 10, 330, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из следующего: до направления в адрес компании заявления о страховой выплате Паршев А.И. 19.04.2017 самостоятельно организовал проведение независимой экспертизы по оценке причиненного ущерба автомобилю, заключив с обществом "Респект" договоры на проведение автоэкспертных работ. Заявление о выплате страхового возмещения подано Паршевым А.И. 24.04.2017. У Паршева А.И. не имелось необходимости для самостоятельного обращения за технической экспертизой (оценкой) к сторонней организации. На момент заключения договоров на проведение автоэкспертных работ (19.04.2017) Паршев А.И. не заявлял ответчику о выплате страхового возмещения, экспертное заключение ООО "Респект" не было положено в основу судебных актов. Доказательств того, что понесенные расходы по оплате услуг оценщика обусловлены неправомерными действиями страховщика, не представлено, требование о взыскании неустойки предъявлено не в целях защиты нарушенных прав потерпевшего или прав истца, не являвшегося участником ДТП, а только в целях обогащения. Истец не вправе претендовать на взыскание неустойки до момента уплаты суммы страхового возмещения, поскольку размер неустойки за период с 17.05.2017 по 11.11.2020 превышает размер страховой суммы по виду причиненного вреда, установленный Законом N 40-ФЗ.

Удовлетворяя исковые требования, суды, руководствуясь статьями 309, 310, 330, 506 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 29.12.2012 N 275-ФЗ "О государственном оборонном заказе", Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", исходили из факта просрочки исполнения ответчиком принятых на себя обязательств по поставке пожарных автоцистерн согласно заключенному в рамках государственного оборонного заказа государственному контракту от 11.04.2018 N 0173100003418000027.2018.125950, отклонив возражения ответчика об отсутствии вины и наличии предусмотренных статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для освобождения от ответственности за нарушение срока исполнения обязательства.

Повторно разрешая спор, суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что спорные сделки являются мнимыми, они заключены лишь для вида в целях создания фиктивной кредиторской задолженности.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 383, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", суды в иске отказали, в том числе, с учетом условий договора цессии и правовой позиции, изложенной в пунктах 70 и 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

Условиями данного контракта предусмотрена ответственность за нарушение сроков исполнения поставщиком обязательств в виде неустойки (пени), которая начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства в размерах, определяемых в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2013 N 1063, за каждый факт просрочки, но не менее законной неустойки.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались Федеральным законом от 06.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что новое технологическое присоединение энергопринимающих устройств на участках, принадлежащим лицам, ведущим хозяйство на территории ответчика, не приведет к перегрузке установленного электросетевого оборудования и ущемлению интересов и нужд ранее присоединенных потребителей.