Судебная практика ГК РФ

Изучив представленные в материалы дела доказательства, в том числе переписку сторон, суды, руководствуясь положениями статей 307, 309, 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон N 40-ФЗ), разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", отказали в удовлетворении иска.

Как следует из судебных актов, арбитражный управляющий привлечен к административной ответственности в связи с нарушениями требований пункта 4 статьи 20.3, пункта 8 статьи 213.9, пункта 4 статьи 213.24, пункта 2 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в ходе осуществления процедуры банкротства в отношении Даниловой Людмилы Александровны. Административным органом установлено несоблюдение арбитражным управляющим срока направления кредиторам отчета финансового управляющего, а также срока включения сведений о получении требований кредитора в реестр сведений о банкротстве.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь 10, 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", исходили из доказанности всей совокупности условий для привлечения к субсидиарной ответственности заявителя, не исполнившего обязанность по передаче в полном объеме относящейся к периоду его руководства документации должника, что воспрепятствовало формированию конкурсной массы, выявлению и оспаривании сделок, истребованию имущества, проведению расчетов с кредиторами.

Как следует из судебных актов, решением антимонопольного органа от 26.12.2019 N 012/01/13-529/2019 установлен факт нарушения предприятием пункта 5 части 1 статьи 13 Федерального закона от 28.12.2009 N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" при заключении и исполнении (реализации) агентских договоров с поставщиками продовольственных товаров для осуществления торговой деятельности в 2017 - 2018 годах.

Суды первой и апелляционной инстанций, сославшись на статьи 610, 615, 617, 623, 650, 651 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), судебные акты по делам Арбитражного суда города Москвы N А40-28400/2015 и А40-37474/2001, решение суда общей юрисдикции по делу N 2-1347/2013, которыми установлено право Фирмы сдавать помещения в арендованном федеральном здании в субаренду, пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с Учреждения "УИСП" испрашиваемой Обществом переплаты по договору аренды от 10.10.1995, поскольку исходя из представленного в материалы дела соглашения от 27.02.2014 на стороне арендатора имеется переплата, право требования которой Фирма уступила субарендатору здания - Обществу.

При названных обстоятельствах, указывая на отсутствие оснований для освобождения корпорации от уплаты лизинговых платежей за заявленный в иске период, руководствуясь статьями 309, 330, 331, 410, 614, 665 ГК РФ, положениями Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее - Закон о лизинге), скорректировав расчет зачтенной лизингополучателем в счет задолженности неустойки за нарушение срока передачи имущества исходя из даты его фактической передачи корпорации и стоимости предмета лизинга, указанной в договоре купли-продажи, суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, частично удовлетворил иск.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 60, 110, 111, 129, 130, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности заявителем факта ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, а также незаконности его действий.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 20.6, 60, 142, 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", пунктах 12.1, 13.1, 13.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", и не усмотрели оснований для признания оспариваемых действий конкурсного управляющего незаконными. При таких условиях суды отказали в удовлетворении заявленных требований, с чем впоследствии согласился суд округа.

Суд округа согласился с выводами суда первой инстанции, дополнительно указав на отсутствие залога, ничтожность договора об ипотеке на основании статьи 339.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 10, 19 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (далее - Закон об ипотеке) ввиду отсутствия регистрации договора об ипотеке, самого обременения в российском реестре недвижимости.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статьи 58 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования", статей 248, 251, 346.15 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 14 Федерального закона от 29.12.2006 N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством", суды отказали в удовлетворении заявленных требований, признав, что обществом не соблюдены условия о доле доходов от реализации оказанных услуг по основному виду экономической деятельности, а также установив, что общество предоставило недостоверные сведения о заработной плате работника, что привело к неправильному расчету размера его среднего дневного заработка, необходимого для исчисления пособий.

Учитывая применяемые при банкротстве критерии к подлежащим установлению требованиям суды в соответствии со статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" признали подтвержденными в целях включения в реестр требования, установленные решением суда общей юрисдикции.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 19, 61.2, 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что спорные сделки заключены между аффилированными по отношению друг к другу лицами (входят в одну группу лиц), совершены с целью освободить ответчика от существующих денежных обязательств по договору подряда, трансформируя задолженность в заемное обязательство, стороны имели намерение прекратить обязательство ответчика перед должником, установив новое обязательство на более выгодных для ответчика условиях, данные действия указывают о направленности сторон на причинение вреда имущественным правам кредиторов. При этом суды указали, что стороны действовали недобросовестно, устанавливая для подрядчика условия, не соответствующие предмету данных правоотношений, так как подрядчик принял на себя дополнительные, очевидно невыполнимые обязательства, что позволило заказчику за относительно короткий период времени начислить неустойку подрядчику на сумму сравнимую со стоимостью неоплаченных работ и предъявить ее ко включению в реестр требований кредиторов. В сложившейся ситуации, определение судом сальдо взаимных обязательств, приведет к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника, а также необоснованной выгоде ответчика.