Судебная практика ГК РФ

Суды, оценивая возражения должника и проверив обоснованность требования, установили, что размер задолженности подтвержден, а подлежащие уплате проценты за пользование кредитом не относятся к числу уменьшаемых в силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации платежей, поэтому удовлетворили заявление банка в силу статей 71, 100, 213.8 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Суды признали заявленные к включению в реестр требования обоснованными в силу подтвержденности их решением суда общей юрисдикции и соответствия критериям статей 71, 100, 137 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьям 16, 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды, оценив сведения о финансовом управляющем Волике Ю.Г., признали его кандидатуру отвечающей критериям статей 20, 20.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для исполнения обязанностей в деле о банкротстве должника.

Окружной суд мотивированно указал на ошибочную оценку обозначенной должником связи в качестве аффилированности (в том числе фактической) финансового управляющего с кредитором.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статей 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признав доказанным факт оказания услуг и отсутствие доказательств их оплаты в полном объеме, руководствуясь положениями статей 309, 310, 329, 330, 753, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об обоснованности первоначального иска. Оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судами не установлено.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 10, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и, приняв во внимание обстоятельства, установленные вступившими законную силу судебными актами, исходили из наличия оснований для привлечения ответчиков, непосредственно участвующих в совершении недействительных сделок с имуществом должника и (или) являвшихся конечными выгодоприобретателями при распределении прибыли от таких сделок, к субсидиарной ответственности ввиду доведения контролируемого ими общества до банкротства.

Руководствуясь статьями 2, 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", принимая во внимание сведения, содержавшиеся в материалах уголовных дел, в приговоре Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 02.10.2020 по делу N 1-161/20, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив наличие причинно-следственной связи между действиями Тумина И.Г., Шувалова А.В., Елисеева А.А., Каменской Ю.В., Гольцевой Е.Б. и банкротством должника, суды удовлетворили заявление конкурсного управляющего в части привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 61.11, 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и исходили из того, что ответчик не исполнил обязанность по передаче конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов должника; данные обстоятельства не позволили конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника; доказательств, опровергающих презумпцию наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и бездействием ответчика, последним не представлено.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 20.3, 60, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", применительно к фактическим обстоятельствам дела, обусловленным фактом неисполнения Парамоновой О.Г. как контролирующим должника лицом своей обязанности по передаче первичной документации, отсутствия поручений кредиторов на оспаривание сделок, не установили недобросовестного поведения арбитражных и конкурсного управляющих, незаконности бездействия, нарушения прав и законных интересов должника, заявителя и иных кредиторов.

Разрешая спор и отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа руководствовался положениями статей 19, 61.1 - 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 170, 181, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что суды не проверили доводы конкурсного управляющего об аффилированности обществ "Стойленский" и "Агрооптторг", о фиктивном характере совокупности сделок, а также о неликвидности векселя, выданного обществом "Лидер", что имело существенное значение для правильного рассмотрения настоящего дела.

Разрешая спор и отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа руководствовался положениями статей 5, 16, 60, 100, 189.85 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и указал на то, что что для квалификации требования о выплате по банковской гарантии на предмет его статуса как текущего либо реестрового необходимо исходить из момента выдачи такой гарантии кредитору.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 20.3, 20.4, 60, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктами 30, 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 3.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что действия Яременко А.А. в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего должником соответствовали требованиям законодательства о банкротстве, отвечали принципам разумности и добросовестности, не нарушили прав и законных интересов заявителя, должника и кредиторов, в связи оставили жалобу без удовлетворения.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", суды пришли к выводу о недействительности договора купли-продажи земельного участка, совершенного при злоупотреблении правом, с заинтересованным лицом, без намерения создать правовые последствия, свойственные правоотношениям по отчуждению недвижимого имущества, реальной целью сделки была направленность на отчуждение имущества должника без равноценного встречного предоставления, при наличии у должника на дату совершения спорного договора неисполненных обязательств перед кредиторами.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", установили завершение всех мероприятий в процедуре реализации имущества гражданина и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного и противоправного поведения, направленного на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредитором, а также признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 61.2 и 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что оспариваемая сделка совершена в пределах периода подозрительности при наличии у должника признаков неплатежеспособности и при фактическом отсутствии встречного предоставления.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 28, 60, 110, 131, 139 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из доказанности наличия в соответствующем бездействии конкурсного управляющего вменяемых ему нарушений норм Закона о банкротстве, а также прав и законных интересов должника и его кредиторов, с чем впоследствии согласился суд округа.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая заключение судебной экспертизы, установив, что исходя из буквального толкования условий договоров объем услуг и порядок их оказания не согласован, заказчиком не доказано завышение исполнителем объема фактически оказанных услуг и наличие на стороне исполнителя неосновательного обогащения вследствие переплаты за оказанные услуги, руководствуясь положениями статей 309, 310, 330, 401, 410, 431, 779, 781, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования ООО "НефтеСпецТранс".

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 9, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", применительно к установленным по делу фактическим обстоятельствам пришли к выводу о недоказанности совокупности условий, необходимой для привлечения членов правления кооператива к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 20.3, 60, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из правомерности действий конкурсного управляющего; недоказанности нарушения каких-либо прав и законных интересов кредиторов, должника и заявителя оспариваемыми торгами, проведенными с соблюдением установленных законом порядка и процедуры на основании утвержденного неотмененными решениями собрания кредиторов Положения о порядке, сроках реализации имущества должника.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности наличия совокупности условий, необходимой для признания оспариваемой сделки недействительной, установив, что сделка является мнимой, совершена со злоупотреблением правом, в отсутствие встречного предоставления, между аффилированными лицами, в целях причинения имущественного вреда кредиторам.