Судебная практика ГК РФ

Апелляционный суд, руководствуясь статьями 14, 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", признал не отвечающим критериям разумности и добросовестности бездействие финансового управляющего в вопросе проведения по требованию кредитора в установленный срок собрания кредиторов.

Иная оценка управляющим обязанности проведения собрания и поведения кредитора не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Удовлетворяя требования истца (субсубподрядчик) о взыскании с ответчика (субподрядчик) задолженности по оплате выполненных работ, суды, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, учитывая обстоятельства, установленные судебными актами по делу N А56-83194/2019, руководствуясь положениями статей 309, 702 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из того, что факт выполнения спорного объема работ в рамках договоров субподряда доказан; оплата надлежащим образом ответчиком не произведена; расчет иска произведен с учетом стоимости оказанных ответчиком генподрядных услуг, частичной оплаты ответчиком выполненных работ, а также произведенного сторонами зачета встречных (взаимных) обязательств по договорам субподряда и договору поставки.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", установили завершение всех мероприятий в процедуре реализации имущества гражданина и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного и противоправного поведения, направленного на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, а также признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 130, 133.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 373, 374, 375, 376, 379, 380, 381 Налогового кодекса Российской Федерации, Закона Ростовской области от 10.05.2012 N 843-ЗС "О налоге на имущество организаций в Ростовской области", Положением по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, утвержденным приказом Министерства финансов Российской Федерации от 30.03.2001 N 26н, правовой позицией Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 38 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", принимая во внимание обстоятельства, установленные по результатам рассмотрения дела N А53-22059/2020, суды пришли к выводу о законности оспариваемого решения инспекции.

Рассматривая спор, суды, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение проведенной судебной экспертизы, учитывая переписку и поведение сторон, руководствуясь положениями статей 309, 310, 330, 708, 709, 711, 720, 740, 746, 753, 763 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в пункте 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 50, 61 - 65 ГК РФ, статей 7, 16, 35 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", положениями Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", учитывая разъяснения, изложенные в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходил из отсутствия правовых оснований для ликвидации предприятия в судебном порядке. При этом суд сослался на, что процедура банкротства прекращена, доказательств наличия препятствий к добровольной ликвидации не представлено; в отсутствие у учредителей средств для оплаты процедуры ликвидации решение о ликвидации может принять регистрирующий орган (пункт 6 статьи 62 ГК РФ); действия инспекции не признаны незаконными в судебном порядке.

Суд кассационной инстанции при этом также в обоснование своей позиции указал на то, что собственник земельного участка в спорной ситуации, когда объект недвижимости возведен в отсутствие разрешения на строительство, даже передав земельный участок арендодателю, не утрачивает владение, поскольку его имущество находится у незаконного владельца. Когда имущество находится у законного владельца, оно из владения собственника также не выбывает, так как собственник сохраняет контроль над ним и имеет возможность получить обратно без обращения в суд. Аналогичный подход, по мнению суда, содержится в пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.2013 N 153 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения" (далее - информационное письмо N 153), поддерживается практикой Верховного Суда Российской Федерации.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из того, что оспариваемая сделка совершена в период подозрительности при наличии у должника признаков неплатежеспособности, что дает основание квалифицировать такую сделку как направленную на причинение вреда имущественным правам кредиторов в ситуации реализации спорного имущества по существенно заниженной стоимости.

25 апреля 2010 г. Рунову Е.В. назначена трудовая пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации".

14 мая 2010 г. Рунов Е.В. обратился в Управление социальной защиты населения Бутырского района города Москвы Северо-Восточного административного округа с заявлением о назначении (перерасчете) ежемесячной компенсационной выплаты, осуществляемой за счет средств городского бюджета.

Признавая требование общества "МИСК" необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьей 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности заявителем наличия у должника перед ним неисполненных обязательств, вытекающих из договоров строительного подряда.

Признавая заявленное кредитором требование обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов третьей очереди, суды руководствовались положениями статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 16, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из наличия вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего обоснованность заявленного требования.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьей 167, 409 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.1, пунктом 2 статьи 61.2, статьей 61.6, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из того, что совершение должником действий по отчуждению единственного ликвидного актива (в данный момент должнику принадлежит лишь жилое помещение, подпадающее под исполнительский иммунитет) в период рассмотрения судом спора о взыскании с него в пользу кредитной организации - банкрота убытков в значительном размере, при наличии риска наложения ареста на его имущество, свидетельствует о направленности таких действий на ущемление интересов кредиторов.

Рассматривая спор, суды, руководствуясь статьей 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 8, 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", пришли к выводу о том, что право участника на получение информации об обществе нарушено, обязали общество представить Михайленко С.В. документы о деятельности общества. При этом участнику отказано в предоставлении тех документов, которые им были получены ранее (дело N А41-19526/2019) и тех документов, факт составления которых не доказан.

Отказывая в удовлетворении требований, апелляционный суд, руководствуюсь положениями статей 20.3, 20.4, 24.1 и 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из отсутствия оснований для удовлетворения требований по заявленным основаниям, недоказанность противоправного поведения Сухорукова И.В.

Суд округа поддержал выводы апелляционного суда.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд округа руководствовался статьями 10, 166, 170, 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из того, что вступившим в законную силу судебным актом установлены факты передачи кредитором денежных средств должнику, а также направления последнему требования о возврате долга.

Отменяя определение апелляционного суда, суд округа, руководствуясь положениями статей 117 и 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 61.15 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", позицией, изложенной в постановлении от 16.11.2021 N 49-П "По делу о проверке конституционности статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 34 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в связи с жалобой гражданина Н.Е. Акимова", признал ошибочность выводов об отсутствии оснований для восстановления пропущенного процессуального срока и преждевременности отказа в удовлетворении ходатайства о его восстановлении.

Отменяя определение апелляционного суда, суд округа, руководствуясь положениями статей 117 и 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 61.15 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", позицией, изложенной в постановлении от 16.11.2021 N 49-П "По делу о проверке конституционности статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 34 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в связи с жалобой гражданина Н.Е. Акимова", признал ошибочность выводов об отсутствии оснований для восстановления пропущенного процессуального срока и преждевременности отказа в удовлетворении ходатайства о его восстановлении.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения Сикерина Ю.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды руководствовались положениями статей 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) и исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения упомянутого лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом в отсутствие состояния объективной неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредиторами, предусмотренных абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". В частности, судами установлено недобросовестное поведение должника, выразившееся в превышении предельного лимита расходования денежных средств и отсутствии доказательств возмещения должником причиненных убытков, открытие должником в процедуре реструктуризации долгов новых счетов без уведомления финансового управляющего.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", установили завершение всех мероприятий в процедуре реализации имущества гражданина и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного поведения, умышленного уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами, не установив признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.