Судебная практика ГК РФ

Установив все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела об административном правонарушении, на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, которые были оценены в их совокупности и взаимосвязи, руководствуясь положениями статей 1, 7, 40, 42, 85 Земельного кодекса Российской Федерации, статей 30, 36, 37 Градостроительного кодекса Российской Федерации, статьи 8 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", принимая во внимание Правила землепользования и застройки территории городского округа город-курорт Сочи, утвержденные решением Городского собрания Сочи от 29.12.2009 N 202, суды признали неправомерным оспариваемое постановление административного органа и удовлетворили заявление общества.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 20.4, 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из фактических обстоятельств спора, в их совокупности и взаимосвязи.

Доводы, которые бы свидетельствовали о наличии в обжалуемых судебных актах существенных нарушений норм права, повлиявших на исход дела, не приведены, в связи с чем основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании отсутствуют.

Разрешая спор, суды, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями пунктов 1, 2 статьи 61.2, статьями 61.6, 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из доказанности заявителем наличия совокупности обстоятельств, необходимой для признания спорной сделки недействительной как совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, установив, что оспариваемая сделка совершена заинтересованными лицами, в период неплатежеспособности должника, по заниженной цене, с целью вывода спорного имущества и предотвращения возможного обращения на него взыскания, транспортное средство не выбыло из пользования должника и членов его семьи.

Признавая жалобу на действия (бездействие) финансового управляющего необоснованной, суды руководствовались положениями статей 20.3, 20.4, 60, 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из отсутствия доказательств, подтверждающих неисполнение или ненадлежащее исполнение финансовым управляющим возложенных на него Законом о банкротстве обязанностей, свидетельствующих о нарушении прав должника и кредиторов, не усмотрев также оснований для его отстранения от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Установив, что оспариваемый переход права собственности на недвижимое имущество с 22.10.2019 по 31.08.2020 произошел после признания должника несостоятельным (банкротом), введения процедуры реализации имущества должника, в отсутствие согласия финансового управляющего, суды сделали вывод о ничтожности сделок применительно к абзацу 3 пункта 5 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и статье 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", указали на соответствие спорных распространенных сведений действительности.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из доказанности наличия совокупности условий, необходимой для признания оспариваемой сделки недействительной, установив, что сделка совершена в период неплатежеспособности должника, безвозмездно, в отношении заинтересованного лица, в целях вывода ликвидного имущества, в отсутствие какого-либо встречного предоставления, в результате чего уменьшился размер имущества должника, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьей 197 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 94 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", исходили из того, что оснований для введения процедуры банкротства в отношении субъекта естественной монополии не имеется, приняв во внимание систематическое погашение задолженности перед банком по установленным в судебном порядке обязательствам и недоказанность невозможности погашения требований заявителя путем обращения взыскания на имущество должника.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 19, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что безвозмездная сделка совершена в период неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, с заинтересованным лицом, с целью уменьшения конкурсной массы должника и причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

При принятии судебных актов суды апелляционной и кассационной инстанций исходили из того, что необходимость истребования имущества обусловлена исполнением финансовым управляющим возложенных на него статьями 20.3, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" обязанностей, признав спорный автомобиль общим имуществом супругов Гумировых.

Рассматривая спор, руководствуясь положениями Федерального закона от 29.11.2010 N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" (далее - Закон N 326-ФЗ), приняв во внимание, что факт оказания медицинской организацией медицинских услуг по территориальной программе ОМС на спорную сумму с надлежащим качеством и в спорном размере страховая медицинская организация и фонд не опровергли, суды пришли к выводу о том, что оказанные медицинской организацией услуги сверх установленного объема медицинской помощи по территориальной программе ОМС относятся к страховым случаям и подлежат оплате в заявленном размере. Поскольку страховая медицинская организация произвела оплату суммы основного долга только 30.08.2021 с нарушением срока, суды, ссылаясь на положения части 7 статьи 39 Закона N 326-ФЗ и пункт 7.1 договора, признали обоснованными требования медицинской организации о взыскании неустойки в сумме 645 894 рублей, и удовлетворили требования в указанном размере.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, сославшись на статьи 395, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статьи 1, 39.7, 39.9, 65 Земельного кодекса, статью 3 Федерального закона от 25.10.2001 N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" (далее - Закон N 137-ФЗ), Положение о порядке определения размера арендной платы, порядке, условиях и сроках внесения арендной платы за использование земельных участков, находящихся в собственности Воронежской области, и земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, утвержденное постановлением администрации Воронежской области от 25.04.2008 N 349, правовую позицию, приведенную в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.03.2018, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска Управления.

Разрешая спор в обжалуемой части, апелляционный суд, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 20.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", правовой позицией, изложенной в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, пунктах 1, 3 и 3.2 Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, исходил из наличия оснований для субординации требований Бондаренко Н.В.и необходимости утверждения арбитражного управляющего из числа лиц, чья независимость не вызывает у суда сомнений.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, руководствуясь положениями Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Федерального закона от 20.08.2004 N 117-ФЗ "О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих", постановлением Правительства Российской Федерации от 15.05.2008 N 370 "О порядке ипотечного кредитования участников накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", суды признали обоснованной сумму задолженности по целевому жилищному займу. Понижая очередность удовлетворения требования, суды руководствовались положениями статей 142, 213.4 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из обращения кредитора с заявленным требованием после закрытия реестра требований кредиторов должника и отсутствия оснований для восстановления срока. Отказывая в удовлетворении требования в части признания за задолженностью залогового статуса, суды руководствовались пунктом 5 статьи 18.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", подпунктом 4 пункта 1 статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из прекращения права залога ввиду реализации спорного имущества в ходе процедуры банкротства должника.

В кассационной жалобе общество "НПК", ссылаясь на часть 6 статьи 62 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации" (далее - УЖТ РФ) и на пункт 14 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2017 (далее - Обзор судебной практики от 20.12.2017), настаивает на том, что право оператора подвижного состава, как владельца вагона, на взыскание законной неустойки (штрафа) с грузоотправителя, задержавшего вагон под погрузкой, не зависит от наличия у владельца вагона договорных отношений с таким грузоотправителем.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 19, 20.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом сложившейся судебной практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с утверждением конкурсных управляющих, и исходил из установленных по делу обстоятельств, констатировав отсутствие оснований для отнесения кандидатуры Борисовой Н.В. к числу аффилированных (заинтересованных) лиц по отношению к должнику или его кредиторам. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о необоснованности определения конкурсного управляющего методом случайного выбора, в связи с чем признав кандидатуру Борисовой Н.В. (представленную саморегулируемой организацией, членом которой являлся освобожденный арбитражный управляющий) соответствующей требованиям закона, утвердил ее конкурсным управляющим должником.

Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" (в редакции, действовавшей на день подачи Резановой А.В. заявления о принятии на учет, далее - Федеральный закон "О статусе военнослужащих") государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных названным федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Рассматривая спор, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав и оценив представленные доказательства, в том числе заключения повторной и дополнительной судебных экспертиз и пояснения эксперта суду, по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь положениями статей 309, 702, 711, 721, 746, 753 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о том, что оснований для удовлетворения требований подрядчика не имеется, а требования заказчика, напротив, подлежат удовлетворению. При этом суд исходил из того, что договор подряда расторгнут, результат работ не достигнут, частично выполненные работы, с учетом предмета договора, не имеют потребительской ценности для заказчика, оснований для удержания аванса у подрядчика не имеется, требования о взыскании договорной неустойки являются обоснованными, учитывая нарушение подрядчиком срока выполнения работ. Суд заключил, что срок исковой давности по встречным требованиям не пропущен.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьей 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 110 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности заявителем нарушения организатором торгов установленной законодательством о банкротстве процедуры их проведения.

Выводы судов соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Нарушений норм материального права, а также норм процессуального права, влекущих за собой безусловную отмену указанных судебных актов, судами не допущено.