Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 10, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" и признал доказанным наличие оснований для привлечения Гафурова Р.К., Зинатуллина А.М. и Новоселова К.А. к субсидиарной ответственности.

Разрешая спор, суды исходили из отсутствия предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", частью 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для исключения доходов супруга должника из конкурсной массы в связи с отсутствием доказательств включения в конкурсную массу спорных сумм денежных средств, равно как и доказательств наличия у супруга должника доходов в размере, заявленном к исключению.

определением Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2023 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.07.2023, требование признано обоснованным и включено в третью очередь реестра с учетом правила пункта 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия спорного договора лизинга, правильно применив нормы гражданского законодательства, разъяснения, приведенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", правовую позицию, изложенную в Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, проверив методики представленных сторонами расчетов сальдо встречных обязательств по договору лизинга, определяющего завершающую обязанность сторон в отношении друг друга после прекращения договора лизинга и возврата его предмета лизингодателю, установили, что сальдо встречных обязательств складывается в пользу лизингодателя, поэтому с Общества (лизингополучателя) подлежит взысканию рассчитанная сумма сложившегося сальдо и неустойка, начисленная на сумму долга с учетом введенного государственными органами моратория.

Устанавливая проценты по вознаграждению финансового управляющего в заявленном размере, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 20.6, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, в деле о банкротстве реализовано имущество должника, получена выручка от реализации имущества, сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего составляет 7% от суммы реализации.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 539, 541, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 N 491, Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, Правилами, обязательными при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 N 124, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что давление в системе холодного водоснабжения на вводе в дом не соответствует строительным нормам и правилам (напор в водопроводной сети недостаточен для водоснабжения многоквартирного высотного дома) и исходили из обязанности ответчика по обеспечению дома водой надлежащего качества.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для начисления неустойки за период действия моратория.

Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались положениями статей 196, 199, 200, 203, 206, 797 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 20, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", и исходили из пропуска истцом срока исковой давности.

Признавая должника несостоятельной (банкротом) и вводя в отношении нее процедуру реализации имущества, суд первой инстанции руководствовался статьями 213.6, 213.17, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". При этом, изучив представленный должником план реструктуризации долгов, суд пришел к выводу о недоказанности того, что исполнение данного плана приведет к более полному и быстрому удовлетворению требований кредиторов, чем можно достичь при реализации имущества должника и распределении между кредиторами причитающихся должнику денежных средств. Кроме того, руководствуясь статьей 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции сделал вывод об отсутствии оснований для приостановления судебного разбирательства.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности финансовым управляющим наличия совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделки недействительной, учитывая, что отчуждение должником имеющегося у него ликвидного имущества, безвозмездно, в пользу заинтересованного лица, при наличии у должника задолженности по обязательствам, по существу направлено на сокрытие этого имущества от кредиторов, что указывает на наличие в действиях должника признаков злоупотребления правом.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 333, 404, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, Правилами организации коммерческого учета воды, сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.09.2013 N 776, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о несанкционированном вмешательстве ответчика в работу узла учета водоснабжения, отсутствии оснований для освобождения его от оплаты стоимости безучетно потребленного объема ресурса и оказанных услуг по водоотведению.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) умершего Мищенко В.В., рассматриваемого с применением правил параграфа 4 главы Х Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в Арбитражный суд Кемеровской области обратился кредитор Степанов А.В. с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего Жаровой К.С., выразившиеся в несвоевременном предоставлении информации о проведении описи, оценки и реализации имущества должника, затягивании процедуры банкротства и принятии стороны должника.

Уведомлением от 27 апреля 2021 г. государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав на указанный объект недвижимости приостановлена по основанию, предусмотренному пунктом 19 части 1 статьи 26 Федерального закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", поскольку заявленный к регистрации объект не является объектом недвижимости, государственный кадастровый учет которого и (или) государственная регистрация прав на который осуществляются в соответствии с названным федеральным законом.

Апелляционный суд при применении к представленным в обоснование передачи денежных средств доказательствам критериев статей 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" признал их не подтверждающими возникновения обязательства должника.

Суды установили отсутствие вменяемых нарушений для констатации незаконности действий (бездействия) финансового управляющего, поэтому отклонили жалобу в соответствии со статьями 20.3, 60, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и их судебного толкования.

Иная оценка действий управляющего не создает оснований для пересмотра судебных актов в кассационном порядке.

Оценив представленные доказательства, учитывая, что оспариваемый договор был признан судом общей юрисдикции недействительным и управлением Росреестра в правоустанавливающие документы были внесены соответствующие изменения, оспаривание сделки в рамках настоящего спора направлено на преодоление вступившего в законную силу судебного акта, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания договора купли-продажи недействительным как по основаниям, предусмотренным главой III.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", так и по основаниям, указанным в статьях 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К.К. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением о признании недействующими подпунктов "а", "б" пункта 29, подпунктов "а", "б", "в" пункта 30 Правил, ссылаясь на их противоречие части 1 статьи 9 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ "О персональных данных" (далее также - Закон о персональных данных), статье 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" (далее также - Закон о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма), пункту 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Полагает, что оспариваемые положения нормативного правового акта в нарушение части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации необоснованно ограничивают его право на беспрепятственную отправку почтовой корреспонденции и право не предоставлять персональные данные третьим лицам в случаях, не предусмотренных законом, а также препятствуют реализации процессуальных прав и обязанностей как практикующего юриста при представлении интересов физических и юридических лиц. По мнению административного истца, оспариваемые нормы не соотносятся с содержанием статьи 64 Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ "О связи" (далее также - Закон о связи), а также правовым регулированием смежных правоотношений в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем.