Судебная практика ГК РФ

Рассмотрев ходатайство заявителя о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации, суд не усматривает предусмотренных статьей 101 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации", частью 3 статьи 13 АПК РФ оснований для его удовлетворения.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанций руководствовался положениями статей 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исходя из установленных им фактических обстоятельств спора, указал, что кредитная сделка, положенная в основу требования, является мнимой и совершена банком путем осуществления транзитных операций внутри корпоративной группы с целью перевода активов на подконтрольное лицо с сохранением над ними контроля.

Пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в абзаце третьем п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой части Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Отменяя постановление суда апелляционной инстанции и оставляя в силе определение суда первой инстанции в части очередности удовлетворения требования, суд округа, руководствуясь положениями статей 71, 100 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3.3, 3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного суда Российской Федерации 29 января 2020 года, пришел к выводу об отсутствии оснований для понижения заявленных требований, поддержав выводы суда первой инстанции.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 43) разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

25 апреля 2022 г. ООО "ТНП" направлена претензия, содержащая требование о выплате страхового возмещения на условиях неполного имущественного страхования (ст. 949 Гражданского кодекса Российской Федерации) в размере 1 394 168 руб. 19 коп.

В обоснование своих требований заявителем приложено консультационное заключение ООО "Эксперт-инвест" от 1 апреля 2022 г., в соответствии с которым рыночная стоимость поврежденного транспортного средства на дату заключения договора страхования составляла 3 990 000 руб. Поэтому страховщик, по мнению заявителя, обязан возместить выгодоприобретателю часть понесенных последним убытков пропорционально отношению страховой суммы к страховой стоимости в размере 1 394 168 руб. 19 коп.

После внесения записи об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ в соответствии со статьей 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон N 129-ФЗ) такое юридическое лицо больше не может иметь гражданских прав, соответствующих целям деятельности, которые были предусмотрены в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности, в том числе не может являться стороной по обязательству (статья 307 ГК РФ).

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 36 постановления от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делами о наследовании", под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В соответствии с пунктом 24 части 1 статьи 16 Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" к вопросам местного значения муниципального, городского округа относится участие в организации деятельности по накоплению (в том числе раздельному накоплению), сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, захоронению ТКО.

По мнению Стрелковой И.А., такое решение уполномоченного органа является незаконным, поскольку, по смыслу статей 47, 60, 61, 80 Семейного кодекса Российской Федерации, пункта 5 статьи 2 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", несовершеннолетние дети признаются членами семьи военнослужащего независимо от факта их совместного проживания, о чем, как полагала Стрелкова И.А., свидетельствует то обстоятельство, что после гибели Стрелкова В.В. в пользу его несовершеннолетней дочери Стрелковой А.В. было выплачено недополученное им денежное довольствие и материальная помощь.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 15, 393, 401, 405, 406, 611, 615 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами по другим делам, имеющими преюдициальное значение, пришли к выводу о недоказанности истцом факта причинения убытков в результате действий ответчика.