Судебная практика ГК РФ

Судебные акты основаны на статьях 110, 111, 112, 139, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и их толковании пунктом 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан".

По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды руководствовались статьей 4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 195, 196, 199, 200, 323, 329, 361, 363, 382, 384, 389.1, 390, 809 - 811, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности обязанности ответчиков как поручителей ООО "Терминал "Мега" по уплате задолженности.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь статей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, возникших в результате непринятия им как конкурсным управляющим мер по обеспечению сохранности имущества должника и чье бездействие признано незаконным, верно определив размер убытков.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 20.4, 60, 134, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и не усмотрели оснований для признания оспариваемых действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными. При таких условиях суды отказали в удовлетворении заявленных требований, с чем впоследствии согласился суд округа.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 34, 35, 45 Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 213.8, 213.19, 213.24, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", установив, что часть полученных заемных денежных средств была израсходована должником на приобретение недвижимого имущества для нужд семьи, суды пришли к выводу о том, что обязательство по договору займа являются общим обязательством должника и его супруги в размере стоимости приобретенного объекта недвижимости.

Отказывая в иске, суды руководствовались статьями 438, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, Правилами организации коммерческого учета воды, сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.09.2013 N 776, и, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о непредставлении истцом относимых и допустимых доказательств бездоговорного потребления ответчиком тепловой энергии.

Отказывая в удовлетворении иска, суды, руководствуясь положениями статей 309, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из того, что из совокупности представленных в материалы дела документов не представляется возможным определить объем, качество, цену оказанных в рамках контракта услуг, обоснованность требований истца не подтверждена. При этом судами отклонены доводы, основанные на состоявшихся судебных актах по спору между теми же лицами, с учетом различных предмета и оснований таких споров.

Руководствуясь статьями 61.10, 61.11, 61.14, 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив факт неисполнения единоличным исполнительным органом должника обязанности по передаче документов бухгалтерского учета конкурсному управляющему, существенное затруднение по этой причине проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве общества, невозможность вследствие этого пополнения конкурсной массы за счет взыскания дебиторской задолженности, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Исследовав и оценив представленные доказательства, суды констатировали, что оспоренные сделки (внесение имущества в уставный капитал ООО "Юнион Лэнд" и договор купли-продажи ООО "Юнион Лэнд" с ЖСК "Парк", по которому не было предоставлено встречного предоставления) фактически представляют собой единую сделку, характеризующуюся общим умыслом ее участников на вывод активов должника в преддверии банкротства последнего, а сделки ЖСК "Парк" с Алексеевым А.В. и Миковой (Фроловой Д.В.) направлены на дальнейшую реализацию умысла, направленного на сокрытие имущества от конкурсных кредиторов ООО "Парклайн Трейд", в связи с чем, признали установленной совокупность всех обстоятельств для признания сделок недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Признавая брачный договор, соглашение о внесении изменений и дополнений в брачный договор и сделки, на основании которых осуществлена передача спорного имущества в собственность супруге должника, недействительными, суд апелляционной инстанции руководствовался статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 34, 44 Семейного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", и исходил из наличия совокупности условий для признания оспариваемых сделок недействительными и применения последствий их недействительности с учетом недобросовестного поведения должника и его супруги по изменению режима совместной собственности имущества с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника, учитывая, что сделки совершены с заинтересованным лицом, в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из доказанности недобросовестного поведения сторон договора, являющихся заинтересованными лицами, совершения сделки со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов. В частности, суды установили, что сделка совершена в целях вывода спорного автомобиля из процедуры раздела имущества в связи с расторжением брака, в отсутствие воли сторон на возмездное отчуждение имущества в собственность покупателя.

Разрешая обособленный спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьями 60, 134, Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования путем определения порядка распределения денежных средств, имеющихся на расчетном счете должника по обязательствам, относящимся к одному сроку исполнения, пропорционально между ними.

по иску общества с ограниченной ответственностью "Сеть семейных медицинских центров" (далее - общество) о взыскании с общества с ограниченной ответственностью "Макс-М" (далее - страховая медицинская организация) задолженности за оказанные медицинские услуги по договору N 512-17/76-178 от 30.12.2016 года в сумме 4 546 602 рублей 76 копеек, пени в соответствии с пунктом 7 статьи 39 Федерального закона от 29.11.2010 года N 326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации" (далее - Закон об обязательном медицинском страховании) за период с 29.12.2019 по день принятия судом решения,

Разрешая спор и отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, суд округа сослался на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 61.1 - 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что каждое из представленных в дело доказательств не является достаточным для вывода о фиктивном характере оспариваемых сделок (на которых кредитор основывает свое требование) либо о недобросовестности в поведении кредитора при их заключении. Суд отметил, что номинальный характер действия должника как заемщика не характеризует спорные договоры как притворные сделки.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что расположением на земельных участка объектов систем горячего водо- и теплоснабжения, включенных в схему теплоснабжения муниципального образования, обусловлена необходимость применения при расчете арендной платы за пользование этими участками ставки арендной платы в размере 0,7% от кадастровой стоимости участков, установленной приказом Министерством экономического развития Российской Федерации от 23.04.2013 N 217 "Об утверждении ставки арендной платы в отношении земельных участков, находящихся в собственности Российской Федерации и предоставленных (занятых) для размещения трубопроводов и иных объектов, используемых в сфере тепло-, водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод", а также исходя из того, что данная ставка подлежала применению с начала сроков договоров аренды, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 606, 610, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 1, пунктом 4 статьи 39.7, пунктом 2 статьи 49, статьей 65 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктом 5 Правил определения размера арендной платы, а также порядка, условий и сроков внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 16.07.2009 N 582, разъяснениями пунктов 16, 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды", требования удовлетворил.

Признавая сделку недействительной, суд апелляционной инстанции, с выводом которого согласился суд округа, исходил из нарушения установленной пунктом 2 статьи 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127 "О несостоятельности (банкротстве)" очередности удовлетворения требований по текущим платежам, которое привело к недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов, обладающих приоритетом перед требованием общества "777".

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы доказательства, руководствуясь статьями 15, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 34, 37, 38, 77 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", статьей 50 Федерального закона от 20.12.2004 N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов", постановлением Правительства Российской Федерации от 29.04.2013 N 380 "Об утверждении Положения о мерах по сохранению водных биоресурсов и среды их обитания", установив, что учреждение, заказав проведение работ, влекущих негативное воздействие на водные биологические ресурсы и среды их обитания, не компенсировало причиненный водному объекту вред, не опровергло наличие причиненного ущерба, не представило доказательств невозможности проведения предложенных управлением компенсационных мероприятий, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований (с учетом уменьшения размера судебной неустойки), с чем впоследствии согласился суд округа.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 8, 130 - 132, 164, 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным конституционным законом от 21.03.2014 N 6-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя", Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Федеральным законом от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", Законом города Севастополя от 25.07.2014 N 46-ЗС "Об особенностях регулирования имущественных и земельных отношений на территории города Севастополя", Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, и, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о непредставлении истцом надлежаще оформленных документов, необходимых для рассмотрения заявки на увеличение мощности.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", и исходили из того, что размер фиксированного вознаграждения, на получение которого вправе рассчитывать Шкурин Д.А., подлежит уменьшению до 180 000 руб. При этом судами учтено, что большую часть процедуры банкротства должника арбитражный управляющий Шкурин Д.А. бездействовал, либо формально выполнял возложенные на него обязанности.

Освобождая должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 42, 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из того, что по делу не установлено обстоятельств, свидетельствующих о противоправности действий должника, направленных на умышленное причинение ущерба кредиторам, уклонение от исполнения своих обязательств, сокрытие своего имущества и доходов, воспрепятствование деятельности финансового управляющего, недобросовестного поведения, признаков преднамеренного или фиктивного банкротства не выявлено.