Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 309, 310, 330, 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), положениями Закона N 116-ФЗ и разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", суды удовлетворили заявленные требования, установив факт существенного нарушения Обществом условий соглашения, которые не были устранены.

Отказывая в удовлетворении иска, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых впоследствии согласился суд округа, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 15, 393, 779, 781, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходили из недоказанности истцом совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 15, 53, 53.1, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", и исходили из доказанности конкурсным управляющим всей совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчиков заявленных убытков, с чем впоследствии согласился суд округа.

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 309, 310, 395, 1102 Гражданского кодекса и исходил из подтверждения фактического выполнения работ и их принятия ответчиком.

При этом суд указал, что признание агентского договора недействительным лишило истца права требовать выплаты агентского вознаграждения, но не права требования возврата всего полученного по иным договорам, являющегося неосновательным обогащением ответчика за счет истца.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение судебной экспертизы, установив факт выполнения компанией (подрядчик) работ по спорному договору стоимостью 27 111 082 руб. 93 коп., учитывая произведенную обществом (заказчик) оплату в размере 9 000 000 руб., руководствуясь статьями 309, 310, 702, 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии на стороне общества задолженности в сумме 18 111 082 руб. 93 коп. и удовлетворил исковые требования в указанной части, с чем впоследствии согласился суд округа.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 153, 421, 422, 432, 434, 438, 702, 708, 740 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 1, 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда", суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели оснований для удовлетворения иска, исходя из отсутствия надлежащих и достоверных доказательств заключения сторонами договора и его исполнения, волеизъявления общества на выполнение компанией предъявленных к оплате работ, равно как и доказательств согласования сторонами этапов, объемов, стоимости и сроков выполнения работ, а также фактической передачи компанией выполненных работ и использования их результата обществом.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, в том числе заключение судебной строительно-технической экспертизы, установив, что качество работ, выполненных компанией, не соответствует требованиям договора и строительным нормам; договор расторгнут обществом в одностороннем порядке, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о возникновении на стороне компании неосновательного обогащения. Определив размер неосновательного обогащения с учетом экспертного заключения и произведенной обществом оплатой, осуществив перерасчет процентов за пользование чужими денежными средствами, признав правомерным начисление неустойки ввиду нарушения компанией сроков сдачи работ, усмотрев основания для ее снижения в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав на недоказанность совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения компании к ответственности в виде возмещения убытков, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 330, 395, 450, 453, 702, 720, 740, 746, 753, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", суды частично удовлетворили исковые требования.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, установив, что завод (заказчик) перечислил в пользу общества (подрядчик) аванс по спорному договору; договор расторгнут заводом в одностороннем порядке в связи с нарушением обществом обязательств; доказательств выполнения обществом работ и передачи их результата заводу, как и доказательств освоения аванса в полном объеме, не представлено; обществом пропущен срок исковой давности по требованию об обязании принять товар путем подписания универсального передаточного акта, руководствуясь статьями 196, 199, 200, 309, 310, 395, 431, 450.1, 453, 702, 706, 708, 711, 715, 717, 746, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили первоначальные исковые требования о взыскании неосновательного обогащения и процентов, отказав в удовлетворении встречного иска.

Согласно справке военного комиссариата Ярославской области от 31 мая 2016 г. Сапожников А.А. с 9 декабря 1995 г. является получателем пенсии за выслугу лет, назначенной ему в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. N 4468-1 "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, и их семей" (наименование закона приведено в редакции на момент назначения Сапожникову А.А. пенсии за выслугу лет) 1 .

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что после перечисления ответчику денежных средств, право требования части задолженности было отчуждено должником в пользу общества с ограниченной ответственностью "СГМ" на основании двух договоров уступки прав требований (не оспоренных, в том числе заявителем, и недействительными не признанных), а после состоявшееся уступки оставшаяся часть задолженности была погашена ответчиком должнику. При таких условиях суды пришли к выводу о недоказанности заявителем фактов наличия у оспариваемых платежей признаков мнимой сделки, совершения последних со злоупотреблением правом, оставив заявление по заявленным основаниям без удовлетворения.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в редакции, действовавшей в спорный период, и исходили из доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения Спектора Б.М. к субсидиарной ответственности на основании презумпций, содержащихся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, с чем впоследствии согласился суд округа.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31.03.2022 "По делу о проверке конституционности подпункта 3 пункта 2 статьи 256 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с запросом Правительства Санкт-Петербурга и жалобой государственного унитарного предприятия "Топливно-энергетический комплекс Санкт-Петербурга" отметил, что конституционные критерии правомерного регулирования налогообложения распространяются на все структурные элементы налогового обязательства и предполагают определение понятного и непротиворечивого порядка уплаты налога (постановления от 22 июня 2009 года N 10-П и от 13 апреля 2016 года N 11-П). Это, однако, не исключает из правил налогообложения категорий, содержание которых в составе различных правоотношений определяет их корреспонденция с нормативно установленными критериями без полного перечисления элементов соответствующей категории, в том числе применительно к видам деятельности, со спецификой которых связаны особенности налогового обязательства. Конституционно-правовое требование определенности правового регулирования в такого рода случаях может быть обеспечено выявлением взаимосвязей среди правовых предписаний, в частности в судебном разъяснении их применения (постановления от 11 ноября 2003 года N 16-П, от 14 апреля 2008 года N 7-П, от 5 марта 2013 года N 5-П, от 23 мая 2013 года N 11-П и от 28 ноября 2017 года N 34-П; Определение от 20 мая 2021 года N 879-О.

Признавая требование Бородина П.А. необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьей 71 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и сочли, что заявитель не доказал реальность заемных отношений, на которые он сослался в обоснование предъявленного к Ширай Л.А. требования.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды пришли к выводу о наличии в действиях Мироновой И.А. правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ, установив факт неисполнения в установленный срок обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Выявленные нарушения пункта 4 статьи 20.3, абзаца 6 пункта 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), выразившееся в непринятии мер по обеспечению сохранности имущества должника, послужили основанием для составления административным органом в отношении арбитражного управляющего протокола и обращения в Арбитражный суд Алтайского края с настоящим заявлением.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, протолковав условия спорного договора, установив отсутствие у предприятия денежного обязательства перед компанией, руководствуясь статьями 307, 421, 424, 431, 450.1, 713, 728, 740 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения иска, с чем впоследствии согласился суд округа.