Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 55.8, 55.13, 55.16 Градостроительного кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 1 декабря 2007 г. N 315-ФЗ "О саморегулируемых организациях", Федерального закона от 12 января 1996 г. N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях", суды удовлетворили заявленные требования, установив, что фактический совокупный размер обязательств Предпринимателя по договорам строительного подряда соответствует второму уровню ответственности члена саморегулируемой организации, в связи с чем ответчик обязан внести дополнительный взнос в компенсационный фонд обеспечения договорных обязательств.

МЧС России обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с административным исковым заявлением об обязании Правительства Сахалинской области исполнить пункт "б" статьи 2 Соглашения, ссылаясь на возможность применения к рассматриваемым правоотношениям положений пункта 1 статьи 308.3, пункта 1 статьи 309, пункта 1 статьи 310, пункта 1 статьи 314, статьи 396 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении".

При рассмотрении спора суды руководствовались положениями статьи 8 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статей 67.2, 309, 310, 330, 418, 1110 - 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также учитывали разъяснения Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" и от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из недобросовестного поведения должника при получении кредитов, выразившегося в одновременном принятии на себя заведомо неисполнимых кредитных обязательств в различных кредитных организациях на существенные суммы.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" и статьей 929 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), исходил из того, что в пункте 6.1 Приложении N 2 к договору страхования стороны согласовали условие, в соответствии с которым нарушение норм противопожарной безопасности страхователем влечет отказ страховщика в признании возгорания страховым случаем. Пожар, как установлено в ходе судебной экспертизы, возник именно в результате нарушения страхователем норм противопожарной безопасности. Следовательно, страховщик обоснованно отказал в выплате страхового возмещения.

Определением суда первой инстанции от 13 февраля 2023 г. разногласия разрешены, штраф в размере 950 000 руб. признан подлежащим оплате в порядке, предусмотренном статьей 142 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Постановлением апелляционного суда от 27 сентября 2023 г. определение от 13 февраля 2023 г. отменено, штраф в размере 950 000 руб. признан не подлежащим погашению в составе текущих обязательств должника.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды сделали вывод о том, что в силу надлежащего исполнения заемщиком условий мирового соглашения по выплате кредитору суммы займа срок исполнения денежного обязательства поручителем - должником перед кредитором, вытекающего из договора поручительства, не наступил.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредитором, предусмотренных пунктом 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, установив, что возникновение непогашенного обязательства должника связано с возмещением материального ущерба, в том числе в порядке регресса, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия по вине должника в форме грубой неосторожности, что исключает освобождение должника от дальнейшего погашения спорного требования с использованием механизма процедуры банкротства.

Согласно протоколу рассмотрения и оценки вторых частей заявок на участие в закупке и протоколу подведения итогов определения поставщика (подрядчика, исполнителя) заявка общества с ограниченной ответственностью ДРСУ "Сэттэ" (далее - ООО ДРСУ "Сэттэ", общество, участник) отклонена на основании пункта 3 части 12 статьи 48 Федерального закона от 05 апреля 2013 г. N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон N 44-ФЗ) в связи с несоответствием участника закупки требованиям, установленным в извещении об осуществлении закупки, поскольку в качестве подтверждения наличия опыта выполнения работ по капитальному ремонту общество представило договор субподряда на выполнение работ по капремонту на объекте "Капитальный ремонт ул. Труда", в рамках исполнения муниципального контракта.

Пунктом 2 статьи 46.1 Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ "О связи" (далее - Закон о связи) установлено, что операторы связи в целях обеспечения соблюдения обязанностей, предусмотренных пунктами 8, 9 и 10 статьи 46 названного Закона, обязаны подключиться к системе обеспечения соблюдения операторами связи требований при оказании услуг связи и услуг по пропуску трафика в сети связи общего пользования, направлять в систему обеспечения соблюдения операторами связи требований при оказании услуг связи и услуг по пропуску трафика в сети связи общего пользования и получать из указанной системы сведения в сроки, порядке, составе, формате и случаях, которые установлены Правительством Российской Федерации.

В числе прочих доводов заявитель жалобы указывает, что суды не применили пункт 3 статьи 328 ГК РФ; не учли, что переданная Обществом Компании денежная сумма в размере 1 100 000 руб. являлась частью денежных средств, внесенных за выполнение работ для разработки программного обеспечения в рамках договора о совместной деятельности; ООО "Детская одежда" нарушена статья 1050 ГК РФ в части расторжения договора простого товарищества (о совместной деятельности); суды пришли к ошибочному выводу относительно правовой природы заключенного договора; не оценили представленные Компанией письменные доказательства выполнения работ по разработке программного обеспечения на сумму 2 329 379 руб.

Как следует из обжалуемых актов, 10 июня 2021 г. на основании решения Инспекции Общество исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

Завершая процедуру реализации имущества должника, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и не усмотрели оснований для неприменения к Островскому И.А. правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, не выявив в его действиях признаков недобросовестности, преднамеренного и фиктивного банкротства, сокрытия или уничтожения имущества, сообщения финансовому управляющему и кредиторам недостоверных сведений.

Руководствуясь статьей 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", оценив представленные в материалы дела доказательства с соблюдением статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о доказанности конкурсным управляющим должника совокупности условий для признания договоров уступки права требования недействительными.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями Налогового кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации, статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенным в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве", постановлении Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами", постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30 декабря 2008 г. N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)".

При рассмотрении настоящего спора суды руководствовались статьями 329, 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 37 Федерального закона от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Положением о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. N 1314, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2006 г. N 21 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации", Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации".

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьей 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать должника недобросовестным и не освободить его от дальнейшего исполнения обязательств. Судами установлено отсутствие признаков преднамеренного и фиктивного банкротства и принято во внимание наличие у Колеватова Ю.Ю. на иждивении двух несовершеннолетних детей и получение не превышающего прожиточный минимум дохода.