Судебная практика ГК РФ

Руководствуясь статьями 539, 543, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Основными положениями функционировании розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 г. N 442, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции удовлетворил заявленные обществом исковые требования. Суд исходил из отсутствия признаков видимого вмешательства в работу прибора учета, недоказанности скрытого вмешательства, предположительного характера способа безучетного потребления, описанного в акте о безучетном потреблении.

Самохвалов М.Ю. полагал, что ввиду его незаконного уголовного преследования он на основании статей 151, 1070, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 руб., поскольку его незаконное уголовное преследование длилось семь месяцев, Самохвалов М.Ю. в этот период находился в статусе подозреваемого в совершении тяжкого преступления, с ним неоднократно проводились следственные действия (очная ставка, обыск), то есть факт его нахождения в статусе подозреваемого по уголовному делу был предан огласке, что причиняло нравственные страдания не только ему, но и его родным и близким. Самохвалов М.Ю. также обращал внимание на то, что он испытывал постоянный стресс, связанный с заведомо несправедливым подозрением в совершении преступления, которого он не совершал.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации статей 20.3, 20.4 Закона о банкротстве и исходили из отсутствия доказательств, позволяющих установить наличие необходимых условий для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков должнику.

Суды руководствовались статьями 49, 51, 61, 63, 64, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 8, 57 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 г. N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств", правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 21 октября 2019 N 308-ЭС19-12135, от 5 августа 2019 г. N 308-ЭС17-21032(2,3), от 2 сентября 2020 г. N 302-ЭС20-9010(1,2).

В исследованных обстоятельствах исполнения обязательств перед кредиторами суды установили действия должника, не допускающие в силу пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сложения долгов.

При оценке действий должника учитывались его доводы о предпринятых по розыску имущества мерах и влиянии на исполнение обязательств состояния здоровья.

Признавая иск подлежащим удовлетворению в части, суды руководствовались положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 6 мая 2011 г. N 354, Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2012 г. N 442, и, с учетом установленного факта передачи электроэнергии через находящиеся во владении ответчика объекты электросетевого хозяйства, в которых возникли потери электроэнергии, пришли к выводу об обязанности ответчика по их оплате.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 60, 139, 213.26 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из нерациональности раздельной продажи связанного между собой имущества: спорные объекты недвижимости объединены общими коммуникациями, имеют общее снабжение электричеством и подъездную дорогу, фактически все залоговое имущество являются единой производственно-торговой базой, положение о порядке, сроках и условиях продажи залогового имущества должника в редакции банка утверждено собранием кредиторов и направлено на получение максимальной выручки от реализации имущества, что соответствует целям процедуры банкротства.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признав доказанным факт безосновательного сбережения ответчиком денежных средств за счет истца, руководствуясь положениями статей 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об обоснованности иска, признав не пропущенным срок исковой давности.

В соответствии с Программой деятельности Государственной компании "Российские автомобильные дороги" на долгосрочный период, утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2009 г. N 2146-р, ответственной за строительство автомобильной дороги является Компания.

С целью реализации указанной Программы Федеральное дорожное агентство (арендодатель) и Компания (арендатор) 1 февраля 2021 г. заключили договор аренды N ДМ12-2021-98 для строительства автомобильной дороги М-12.

Руководствуясь статьей 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", оценив представленные в материалы дела доказательства с соблюдением статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что первоначальная сделка по отчуждению имущества совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в отсутствии встречного предоставления, финансовая возможность ответчика на приобретение спорного объекта недвижимости не доказана; последующий договор дарения заключен в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, при заключении оспариваемых договоров стороны заведомо не намеревались создать соответствующие сделкам правовые последствия, спорные сделки совершены с противоправной целью, результатом оспариваемых сделок между ответчиками явился вывод ликвидного имущества, в отсутствие какого-либо встречного предоставления, во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов.

Удовлетворяя заявление в части, суды руководствовались статьей 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что сделки по отчуждению имущества в пользу Бондарева А.С. и Гармалюка М.Б. совершены в период неплатежеспособности должника, между заинтересованными лицами, в отсутствии встречного предоставления, с целью вывода ликвидного имущества и предотвращения возможного обращения на него взыскания.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что суды неверно оценили факт приемки работ; не учли, что разработанная обществом с нарушением пунктов договора и технического задания проектно - сметная документация так и не нашла применения при благоустройстве исторической части города Алатыря Чувашской Республики; неправильно применили статьи 309, 310, 753, 758, 760, 762 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ); не применили статьи 720, 721, 723, 761 ГК РФ; не приняли во внимание, что на заседании межведомственной комиссии проектная документация рассматривалась до внесения в нее изменений по замечаниям заказчика; неправильно распределили бремя доказывания между сторонами; неправомерно отказали в назначении судебной экспертизы; не исследовали представленные организацией письма с замечаниями на выполненные обществом работы.