Судебная практика ГК РФ

Рассмотрев ходатайство об отмене обеспечительных мер, суды, руководствуясь положениями статей 90, 97 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 7 статьи 213.26 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 июня 2023 г. N 15 "О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты", пришли к выводам о том, что дальнейшее приостановление проведения торгов по реализации имущества должника необоснованно затягивает процедуру банкротства, нарушая тем самым баланс интересов кредиторов и должника; порядок реализации имущества должника и его супруги не зависит от вида общей собственности, супруге должника подлежит выплате часть денежных средств, вырученных от реализации совместно нажитого имущества, соответствующая ее доле в праве общей долевой собственности.

Отказывая в удовлетворении жалобы, суды руководствовались статьями 20.3, 60, 213.9, 213.27 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и исходили из отсутствия оснований для признания бездействия финансового управляющего незаконным; прибыль общества не распределялась между участниками в силу принятого единоличным исполнительным органом решения о направлении прибыли на развитие хозяйственной деятельности общества; доля должника в уставном капитале общества реализована на торгах в процедуре банкротства, стоимость доли определена на основании отчета об оценке с учетом нераспределенной прибыли в спорный период; оснований для признания договоров лизинга недействительными сделками по корпоративным основаниям не установлено, бездействие финансового управляющего не привело к уменьшению или утрате возможности увеличения конкурсной массы.

определением Арбитражного суда города Москвы от 16 июля 2024 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23 сентября 2024 г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 2 декабря 2024 г., заявление общества с ограниченной ответственностью "АйДи Коллект" (далее - общество) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, требования общества размере 2 789 398 руб. 79 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника с учетом применения пункта 3 статьи 137 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) как обеспеченное залогом имущества должника, утвержден финансовый управляющий.

Суды установили недоказанность ответчиком оказания услуг на полученную от истца сумму, влекущую обязанность ее возврата по правилам статей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вопросы доказывания и оценки доказательств, на которых основаны доводы жалобы, разрешены судами в соответствии с компетенцией и не создают оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 9, 11, 12, 210, 225, 539, 541, 542 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27 июля 2010 г. N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13 августа 2006 г. N 491, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности оснований для возложения на ответчиков обязанности по содержанию спорных инженерных сетей.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт оказания истцом в период с мая по июнь 2019 года услуг по организации перевозки груза (газового конденсата) посредством железнодорожного транспорта, ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по их своевременной оплате, учитывая обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делу N А60-13516/2020, руководствуясь статьями 424, 779, 781, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска, произведя с учетом положений пункта 2 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации перерасчет суммы процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем 5 мая 2023 г. финансовый управляющий имуществом Полякова Д.Б. (продавец) и Костенко И.А. (покупатель) заключили договор купли-продажи 75% долей уставного капитала Общества, по цене, определенной по результатам торгов (1 487 812 руб. 50 коп.). В договоре указано, что он заключен с участником Общества с целью реализации его преимущественного права покупки в соответствии с пунктом 4 статьи 21 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) и пунктом 9 статьи 9 устава Общества.

Суды признали требование обоснованным как подтвержденное судебным актом и соответствующее статьям 71, 100 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

При определении размера убытков суды руководствовались приговором суда и условиями для взыскания убытков вследствие причинения вреда, действующими в гражданском судопроизводстве.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 5 статьи 46 Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)", статьи 342.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что досрочное истребование ПАО "Промсвязьбанк" задолженности у обоих заемщиков изменило срок исполнения основного обязательства, который в результате одновременного направления таких требований стал совпадать, в связи с чем вопрос о старшинстве залогов надлежит разрешать исходя из даты возникновения залога, то есть регистрации обременения. При этом судом учтено, что при подписании договоров залога в обеспечение исполнения обязательств общества "Типография Новости" залогодержатель был осведомлен о наличии обременения в отношении предмета ипотеки, о чем говорят как сами названия договоров "Договор о последующей ипотеке", так и содержащийся в каждом из них пункт 10.1.7, в котором указано, что объекты передаются с ранее зарегистрированным обременением по договорам об ипотеке N Н-1/0917-14-2-0 и Н-2/0917-14-2-0.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 395, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861, и, исследовав и оценив представленные по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, исходили из наличия на стороне истца переплаты за оказанные ответчиком услуги в спорный период.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 307, 310, 779, 781, 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 7 декабря 2011 г. N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 29 июля 2013 г. N 644, Правилами осуществления контроля состава и свойств сточных вод, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22 мая 2020 г. N 728, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (абонент) от внесения платы за превышение нормативов предельно допустимой концентрации загрязняющих веществ.

Суды установили отсутствие вменяемых обществом нарушений для констатации незаконности действий (бездействия) финансового управляющего, поэтому частично отклонили жалобу в соответствии со статьями 20.3, 60, 213.9 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Иная оценка деятельности управляющего не создает оснований для кассационного пересмотра судебных актов.

Руководствуясь статьями 541, 544, 1102, 1105, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 9 Федерального закона от 26.06.2008 N 102-ФЗ "Об обеспечении единства измерений", Правилами поставки газа в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 5 февраля 1998 г. N 162, ГОСТ Р 8.740-2011, повторно оценив представленные в материалы дела доказательства с соблюдением статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд удовлетворил исковые требования в части.

Отказывая в удовлетворении жалобы, суды руководствовались статьями 20.3, 20.4, 213.25 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из отсутствия оснований для признания бездействия финансового управляющего незаконным; принадлежащая должнику доля в праве собственности на спорную квартиру является его единственным жилым помещением, в связи с чем не подлежит включению в конкурсную массу должника, установленное судом за должником право пользования комнатой площадью 22,8 кв. м не соответствует критерию роскошного жилья.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредиторами, предусмотренных абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, установив недобросовестное поведение должника при получении кредита, выразившееся в умышленном предоставлении при получении кредита заведомо недостоверных сведений о своем доходе и принятии на себя заведомо неисполнимых кредитных обязательств.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание, что аудиторская проверка общества за спорный период уже проводилась независимой организацией, не признанной судом несоответствующей требованиям пункта 1 части 1 статьи 8 Федерального закона от 30 декабря 2008 г. N 307-ФЗ "Об аудиторской деятельности", не установив правовых оснований для допуска на предприятие иной организации для проведения аудиторской проверки, суды, руководствуясь статьей 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями статьи 48 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", пришли к выводу о необоснованности заявленных участником общества требований и отказали в иске.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая обстоятельства, установленные судом общей юрисдикции при рассмотрении спора о взыскании с должника задолженности по договору займа, руководствуясь статьями 10, 170, 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", суды пришли к выводам о реальности заемных отношений между должником и кредитором, отсутствии надлежащих доказательств мнимости сделки и направленности действий сторон сделки на создание искусственной кредиторской задолженности.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 110, 139 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями пунктов 1, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" и исходил из того, что уступка несуществующего требования сама по себе не приводит к недействительности договора, на основании которого должна была производиться такая уступка, а влечет возможность привлечения цедента к предусмотренной законом или соглашением сторон гражданско-правовой ответственности, в частности, в виде взыскания убытков. Однако таких требований ИП Линге Л.Г. не заявлено.

Разрешая спор в указанной части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 года N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и пришли к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать должника добросовестным и освободить его от исполнения обязательств перед кредиторами.