Судебная практика ГК РФ

Как разъяснено в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", если орган государственной власти, уполномоченный на основании пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации отвечать в судах от имени Российской Федерации по искам о возмещении вреда в порядке, предусмотренном ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, имеет территориальные органы с правами юридического лица и вред причинен гражданину или юридическому лицу действиями (бездействием) должностных лиц такого территориального органа, то иск к Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств о возмещении вреда подлежит рассмотрению в суде по месту нахождения его территориального органа, действиями должностных лиц которого причинен вред (ст. 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законодательством.

части 1 статьи 1 "Право на компенсацию за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок" и статьи 3 "Порядок подачи заявления о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок и особенности его рассмотрения" Федерального закона от 30 апреля 2010 года N 68-ФЗ "О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок".

По мнению заявителя, оспариваемое положение противоречит статьям 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемом ему в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве", оно не позволяет исчислять годичный срок для предъявления требования к поручителю (и, соответственно, залогодателю, не являющемуся должником по основному обязательству) с даты открытия конкурсного производства в отношении должника по основному обязательству. АО "Металлпром" исходит из того, что абзацем вторым пункта 6 статьи 367 ГК Российской Федерации не охватывается ситуация, в которой срок исполнения основного обязательства в силу закона считается наступившим ранее, чем предусмотрено условиями этого обязательства, и что Пленумом Верховного Суда Российской Федерации создана новая норма. В жалобе также указано, что оспариваемая норма в названном истолковании противоречит пункту 1 статьи 126 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

1. Гражданин И.З. Зайнуллин оспаривает конституционность абзаца третьего (в жалобе ошибочно назван абзацем вторым) пункта 5 статьи 213.25 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а фактически его положения, предусматривающего, что с даты признания гражданина банкротом сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

Части 4 и 5.1 статьи 48 Жилищного кодекса Российской Федерации, регулирующие процедуру проведения собрания собственников помещений многоквартирного дома, применяются с учетом нормативных актов, принятых с целью конкретизации названной процедуры, в том числе во взаимосвязи с приказом Минстроя России от 28 января 2019 года N 44/пр "Об утверждении Требований к оформлению протоколов общих собраний собственников помещений в многоквартирных домах и Порядка направления подлинников решений и протоколов общих собраний собственников помещений в многоквартирных домах в уполномоченные органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляющие государственный жилищный надзор". Данные нормы ни сами по себе, ни во взаимосвязи с указанным правовым регулированием не содержат неопределенности, на которую указывают заявители в жалобе, и не могут рассматриваться как нарушающие их конституционные права.

По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 2, 8, 17 (часть 1), 18, 19 (часть 1), 35 (часть 2) и 40 (часть 1), поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они лишают граждан, являющихся собственниками жилых помещений в соответствии с Федеральным законом от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", и добросовестных приобретателей недвижимого имущества, полагавшихся при его приобретении на данные государственного реестра (абзац третий пункта 6 статьи 8.1 ГК Российской Федерации), прав на такое имущество в результате признания сделки, стороной которой они не являлись, недействительной, и при этом, ввиду своей неопределенности, лишают добросовестного приобретателя также уплаченных за это имущество денежных средств.

СТАТЬИ 706 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,

А ТАКЖЕ РЯДОМ ПОЛОЖЕНИЙ АРБИТРАЖНОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

статья 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" дополнена частью 2.4, закрепляющей, что договор страхования считается заключенным в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору потребительского кредита (займа), если в зависимости от заключения заемщиком такого договора страхования кредитором предлагаются разные условия договора потребительского кредита (займа), в том числе в части срока возврата потребительского кредита (займа) и (или) полной стоимости потребительского кредита (займа), в части процентной ставки и иных платежей, включаемых в расчет полной стоимости потребительского кредита (займа), либо если выгодоприобретателем по договору страхования является кредитор, получающий страховую выплату в случае невозможности исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа), и страховая сумма по договору страхования подлежит пересчету соразмерно задолженности по договору потребительского кредита (займа);

В силу ст. 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

1. Гражданин И.Н. Гришихин оспаривает конституционность пункта 1 части 3 статьи 19 "Жилищный фонд" Жилищного кодекса Российской Федерации, пунктов 5 и 6 статьи 132 "Имущество должника, не включаемое в конкурсную массу" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункта 5.2 статьи 64 "Удовлетворение требований кредиторов ликвидируемого юридического лица", абзаца второго пункта 3 статьи 166 "Оспоримые и ничтожные сделки", статей 301 "Истребование имущества из чужого незаконного владения" и 302 "Истребование имущества от добросовестного приобретателя" ГК Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Суд кассационной инстанции, проверяя решения нижестоящих судов, отклонил довод кассационной жалобы о применении исковой давности, сославшись на пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения, изложенные в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", указав, что в суде первой инстанции ответчиком о применении исковой давности заявлено не было.

подпункта 2 статьи 1109 ГК Российской Федерации, согласно которому не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

статьи 390.9 ГПК Российской Федерации, устанавливающей требования к содержанию определения судьи об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции;