Судебная практика ГК РФ

Как установлено судами и следует из материалов дела, исковые требования основаны на положениях статей 606, 632, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы наличием у ответчика задолженности по договору аренды за период с ноября 2018 года по 31 августа 2019 года, т.е. по дату вынесения решения суда по делу N А68-12514/2018, которым договор аренды расторгнут и на ответчика возложена обязанность возврата переданного в аренду имущества, а также взыскан долг по арендным платежам за сентябрь и октябрь 2018 года.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 8, 209, 210, 218, 236, 307, 330, 332, 416, 421, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 N 808, Правилами коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 18.11.2013 N 1034, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что вновь созданный ответчиком участок тепловой сети от центральной магистрали до внешних стен многоквартирных домов в установленном порядке в муниципальную собственность не передан.

Рассматривая спор, суды трех инстанций, руководствуясь положениями статей 15, 309, 310, 927, 929, 930, 931, 943 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации, учитывая условия договора страхования, пришли к выводу о доказанности факта наступления предусмотренного договором страхового случая, стоимости выполненных работ по ремонту, причинения истцу ущерба и его размера, а также отсутствия доказательств выплаты страхового возмещения.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 60, 81, 126, 137 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 N 88 "О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве", и исходили из того, что в процедуре реализации имущества должника на требования кредиторов и уполномоченного органа начисляются и выплачиваются мораторные проценты, отметив при этом, что расторжение кредитного договора не лишает кредитора права на получение упомянутых процентов.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 11, 309, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами холодного водоснабжения и водоотведения, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.07.2013 N 644, Правилами осуществления контроля состава и свойств сточных вод, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.05.2020 N 728, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (абонент) от оплаты превышения норматива сброса загрязняющих веществ в составе сточных вод согласно результатам анализа проб в его контрольных колодцах, принимая во внимание исключение сброса загрязняющих веществ иных абонентов.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статей 196, 199, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что заявителем не доказана совокупность условий для взыскания убытков и пропущен установленный законом срок исковой давности, с чем впоследствии согласился суд округа.

В исследованных обстоятельствах разработки и утверждения Положения о продаже находящегося в залоге имущества суды признали отсутствие неправомерных действий банка и причинно-следственной связи между длительным неутверждением условий продажи имущества и поведением банка как залогового кредитора, необходимых в силу статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для взыскания спорных расходов в качестве убытков.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 388, 423, 575 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из недоказанности факта состоявшегося материального правопреемства в гражданско-правовом отношении, что повлекло невозможность осуществления процессуальной замены общества - кредитора в деле о банкротстве должника.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного от 19.06.2023, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.08.2023, определение суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт о признании требования общества "Завод Нижегородский Теплоход" в размере 220 676 000 руб. обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Разрешая спор в обжалуемой части, суд первой инстанции, руководствуясь пунктами 4 и 5 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из того, что кредитором пропущен двухмесячный срок для включения требования в реестр, в связи с чем признали данное требование подлежащим учету за реестром.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции, выводы которого поддержал суд округа, руководствовался статьями 438, 539 Гражданского кодекса Российской Федерации, Жилищным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика, в управлении которого находится МКД, от оплаты электроэнергии, поставленной истцом в этот дом в целях содержания общего имущества.

Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, правильно применив положения гражданского законодательства, статьи 16 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ), Федерального закона от 17.07.2001 N 101-ФЗ "О разграничении государственной собственности на землю" далее - Закон N 101-ФЗ), пришли к выводу об отсутствии у Администрации муниципального района полномочий на совершение распорядительных действий в отношении спорного земельного участка.

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались нормами гражданского и земельного законодательства регулирующими спорные отношения, положениями Федерального закона от 08.11.2007 N 257-ФЗ "Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", разъяснениями постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.03.2018 N 305-ЭС17-17260, и исходили из доказанности факта частичного нахождения спорных объектов, принадлежащих на праве собственности предпринимателю Липницкому С.Р. на земельном участке предпринимателя Черепанова Д.В.

Руководствуясь статьями 329, 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив, что переток электроэнергии потребителям компании осуществляется с использованием, в том числе, бесхозяйных объектов электросетевого хозяйства, которые эксплуатируются обществом, принимая во внимание, что компания определила "выход" электроэнергии из сетей сетевой компании по согласованным сторонами точкам поставки потребителей, суды частично удовлетворили исковые требования.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 1, 10, 12, 15, 432, 450.1, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Основами ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22.10.2012 N 1075, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика от оплаты фактически оказанных истцом услуг по передаче ресурса с учетом тарифа, установленного для предыдущей теплосетевой организации и владельца тепловых сетей, контррасчета ответчика, и исходили из недоказанности оснований встречного иска.

Удовлетворяя требование о компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции исходил из положений статьи 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) и разъяснений, изложенных в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей".

Принимая обжалуемые заявителем судебные акты, суды руководствовались нормами гражданского законодательства, регулирующими спорные отношения, разъяснениями пунктов 12 и 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", и исходили из доказанности совокупности условий, необходимой для взыскания с общества убытков, образовавшихся у истца в результате повреждения принадлежащих ему земельного участка и мелиоративной системы при осуществлении обществом незаконной деятельности по добыче на участке песчано-гравийной смеси.

Повторно разрешая спор, суд апелляционной инстанции, с которым согласился суд округа, руководствовался статьями 10, 168, 170, 807 - 818 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, исходил из реальности заемных отношений и отсутствии оснований для признания договора займа недействительным с учетом фактических обстоятельств спора (экономическая целесообразность займа, соответствия действий сторон и условий сделки обычной практике совершения подобных сделок, отсутствие ущерба от сделки и цели причинить вред хозяйственному обществу или истцу). Кроме того, истцом пропущен годичный срок исковой давности, применимый к оспоримым сделкам, что является самостоятельным основанием для отказа в признании недействительной сделки по предоставлению хозяйственному обществу заемных денежных средств.