Судебная практика ГК РФ

При этом, как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации, в случаях, когда разрешаемый судом спор вытекает из налоговых или других финансовых и административных правоотношений, гражданами и юридическими лицами могут быть предъявлены требования о возмещении убытков на основании статей 15, 16 и 1069 ГК Российской Федерации (пункт 38 постановления от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору; по этой причине статья 234 ГК Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.). Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 ноября 2020 года N 48-П, согласно сложившейся правоприменительной практике в приведенном разъяснении имеются в виду случаи, когда лицо признает власть другого лица (собственника) над вещью и осуществляет лишь временное владение вещью, т.е. владение не "как своей".

По мнению заявителя, оспариваемая норма, примененная при рассмотрении его дела судами общей юрисдикции, не соответствует Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 2, 15 (часть 1), 19 и 55 (части 2 и 3), а также противоречит пункту 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", поскольку не позволяет лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в должностях и учреждениях, указанных в названном Списке, утвержденном Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года N 781, но не имевших на 1 января 2001 года стажа работы в данных должностях и учреждениях продолжительностью не менее 16 лет 8 месяцев, реализовать право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с условиями, установленными ранее действовавшим законодательством.

Так, в части первой статьи 264.1 УК Российской Федерации установлена уголовная ответственность за управление автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения или за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. С учетом того, что само по себе использование транспортных средств создает повышенную опасность для окружающих (пункт 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации), а управление ими в состоянии опьянения объективно снижает уровень безопасности дорожного движения, Федеральным законом от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" запрещена эксплуатация транспортных средств лицами, находящимися в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения (пункт 2.1 статьи 19). Правила дорожного движения Российской Федерации (утверждены постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090) также запрещают водителю управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения (пункт 2.7).

Статья 333 ГК Российской Федерации, закрепляющая право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, согласуется с положением статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2023 года N 364-О, от 28 сентября 2023 года N 2375-О и др.). При этом, как отмечено в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК Российской Федерации).

По мнению В.В. Курамшина, оспариваемое положение, примененное в его деле судами общей юрисдикции, не соответствует статьям 2, 15 (часть 1), 17 (часть 1), 18, 46 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку в нем отсутствует правовой механизм, гарантирующий право заявителя на увольнение со службы в органах внутренних дел по состоянию здоровья, чем создаются условия для отказа в выплатах, предоставляемых в связи с прекращением служебных отношений вследствие военной травмы, предусмотренных частью 6 статьи 43 (в жалобе ошибочно поименованной статьей 46) Федерального закона от 7 февраля 2011 года N 3-ФЗ "О полиции".

Сформулированные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П правовые позиции о снижении размера компенсации за нарушение исключительного права, имеющие общий (универсальный) характер, должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24 июля 2020 года N 40-П и от 14 декабря 2023 года N 57-П).

1. Гражданка Ю.М. Самоделкина оспаривает конституционность части 2 статьи 69 "Основания освобождения от доказывания" и статьи 308.1 "Пересмотр судебных актов в порядке надзора" АПК Российской Федерации, а также абзаца первого пункта 2 статьи 126 "Последствия открытия конкурсного производства" и пункта 1 статьи 129 "Полномочия конкурсного управляющего" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

1. Гражданин Л.Е. Соколов, которому отказано в удовлетворении требования о возложении обязанности предоставить недвижимое имущество на основании договора беспроцентного займа, оспаривает конституционность пункта 1 статьи 263 "Застройка земельного участка" и пункта 1 статьи 807 "Договор займа" ГК Российской Федерации, а также пункта 1 части 1 статьи 15 "Лица, по заявлению которых осуществляются государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав" Федерального закона от 13 июля 2015 года N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".

А.М. Брижатая оспаривает конституционность пункта 4 статьи 213.28 "Завершение расчетов с кредиторами и освобождение гражданина от обязательств" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". По мнению заявительницы, содержащиеся в нем положения противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 18 и 19 (часть 1), в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не допускают возможности освобождения гражданина от обязательств.

Как указано в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года N 28-П, от 24 июля 2020 года N 40-П и других его решениях, взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК Российской Федерации) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации).

СТАТЬИ 1101 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

И СТАТЬЕЙ 167 ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

ООО "Индустриально-технический центр" оспаривает конституционность пункта 4 статьи 201.15-2 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому при передаче приобретателю имущества и обязательств застройщика не применяются правила: получения согласия кредиторов застройщиком на перевод долга на иное лицо; предварительного уведомления кредиторов застройщиком о переводе долга застройщика на приобретателя; предъявления кредиторами застройщику требований о прекращении или досрочном исполнении застройщиком своих обязательств перед ними в связи с такой передачей. По мнению заявителя, применением данной нормы были нарушены его права, установленные статьями 46 (часть 1), 50 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, как лица, являющегося залоговым кредитором должника.

1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определениями судов апелляционной и кассационной инстанций, отказано в удовлетворении исковых требований гражданина А.А. Иванова о привлечении гражданина С. к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью, взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности и процентов за пользование чужими денежными средствами. При этом суды исходили из отсутствия оснований для применения к ответчику пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", в том числе по причине отсутствия причинно-следственной связи между действиями С. как учредителя и директора общества с ограниченной ответственностью и наличием у истца убытков в заявленном размере, а также поскольку вменяемые истцом действия имели место до вступления в силу указанного законоположения. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

ПРАВ СТАТЬЯМИ 15, 16, 1069 И 1070 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

Руководствуясь статьями 329, 330, 539, 541, 544 Гражданского кодекса Российской, статьями 154, 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике", Правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив факт и объем поставки ответчику электрической энергии в заявленном обществом размере, принимая во внимание частичную оплату долга компанией, суды пришли к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований.