Судебная практика ГК РФ

1. Гражданин И.Ю. Бракман оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации":

части третьей статьи 9, согласно которой туроператор и турагент несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств как друг перед другом, так и перед туристом и (или) иным заказчиком; туроператор и турагент самостоятельно отвечают перед туристом и (или) иным заказчиком;

пунктов 1 и 3 статьи 77, пункта 1 статьи 78 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", части первой статьи 56 Федерального закона от 24 апреля 1995 года N 52-ФЗ "О животном мире", статьи 53 Федерального закона от 20 декабря 2004 года N 166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов", предусматривающих в том числе, что причиненный вред окружающей среде, объектам животного мира и среде их обитания, водным биоресурсам возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда.

АО "Роскартография" оспаривает конституционность положения статьи 2, определяющего понятие "неплатежеспособность", и абзаца шестого пункта 1 статьи 9 (об обязанности должника по подаче заявления должника в арбитражный суд) Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь положениями статей 12, 15 и 18 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из отсутствия причин для удовлетворения требований по заявленным основаниям, указав, в том числе, что именно уполномоченный орган предложил саморегулируемую организацию, из числа членов которой должен быть утвержден арбитражный управляющий.

1. Общество с ограниченной ответственностью "Петрозаводскстрой" (далее также - ООО "Петрозаводскстрой") оспаривает конституционность статьи 241 ГК РСФСР (утратила силу с 1 марта 1996 года согласно Федеральному закону от 26 января 1996 года N 15-ФЗ) об обязанности продавца предупредить покупателя о правах третьих лиц на продаваемую вещь (в настоящее время обязанности продавца передать товар свободным от прав третьих лиц посвящена статья 460 ГК Российской Федерации).

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 309, 310, 382, 486, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из доказанности факта поставки ответчику товара на спорную сумму, факта ненадлежащего исполнения ответчиком принятых обязательств по оплате стоимости поставленного товара, пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами с последующим их начислением по день фактической уплаты задолженности.

Повторно разрешая спор, суды апелляционной инстанции и округа, руководствуясь статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", абзацем третьим пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из недоказанности совокупности условий для признания недействительными оспариваемых сделок по основаниям мнимости, злоупотребления правом и причинения имущественного вреда кредиторам.

Указанные нормы оспариваются заявителем во взаимосвязи с абзацем восьмым статьи 2 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", закрепляющим понятие конкурсного кредитора.

Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции А.М. Григорьеву отказано в удовлетворении требований к бывшему работодателю (хозяйственному обществу, признанному банкротом, конкурсным кредитором которого является заявитель) о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы. Определением суда апелляционной инстанции данное решение отменено, требования заявителя удовлетворены.

Утверждая мировое соглашение и прекращая производство по делу о банкротстве должника, суды первой инстанции и округа, руководствуясь статьями 139 - 151 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 154 - 159 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2005 N 97 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что по своим форме и содержанию оно отвечало требованиям законодательства, не нарушало права и законные интересов кредиторов, квалифицированным большинством проголосовавших за его заключение.

Разрешая спор, суды руководствовались статьей 375.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", Порядком открытия и ведения лицевых счетов территориальными органами Федерального казначейства, утвержденного Приказом Федерального казначейства от 29.12.2012 N 24н, и исходили из недоказанности заявителем наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями ответчика и наступившими для истца негативными имущественными последствиями. При этом суды указали, что денежными средствами, находящимися на лицевом счете открытом в управлении вправе распоряжаться только юридическое лицо, которому принадлежит такой лицевой счет, а нахождение денежных средств на нем, не равнозначно нахождению их в структуре бюджетной системы Российской Федерации и принадлежности ответчику.

Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, среди прочего, по иску публично-правового образования от Ю.А. Моргун истребовано жилое помещение, ранее находившееся в собственности гражданина Л. и признанное выморочным имуществом; удовлетворено требование о выселении из него А.Э. Моргуна, Ю.А. Моргун и их несовершеннолетней дочери. Суды отклонили довод ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности. Суд апелляционной инстанции подчеркнул, что спорное жилое помещение выбыло из владения собственника помимо его воли, а в отношении доводов апелляционных жалоб, основанных на правовых позициях Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в постановлениях от 21 апреля 2003 года N 6-П и от 22 июня 2017 года N 16-П, отметил, что они не могут быть приняты во внимание. Сославшись в том числе на то, что Ю.А. Моргун заключила договор купли-продажи в пределах шести месяцев со дня смерти Л., суд указал на отсутствие оснований полагать, что бездействие публичного собственника привело или могло привести к отчуждению спорного жилого помещения. В передаче кассационной жалобы на данные судебные постановления и определение суда кассационной инстанции, которым они оставлены без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.

статьи 309, закрепляющей, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (в действующей редакции - часть первая данной статьи; в деле же с участие заявителя статья 309 применена в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 18 марта 2019 года N 34-ФЗ, а именно до дополнения ее частью второй);

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 15, 16, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями статей 39.3, 39.16, 39.17, 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации, пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", отменил решение суда первой инстанции и отказал в иске, исходя из следующего.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что банк в лице временной администрации реализовал предоставленное ему законом право на односторонний отказ от договора, в связи с чем договор считается расторгнутым с момента получения уведомления об отказе от договора арендодателем, а последний (истец), будучи уведомлен арендатором об отказе от договора и готовности возвратить предмет аренды по акту, своевременно не обеспечил приемку помещения от арендатора, суд пришел к выводу, что в данном случае имело место необоснованное уклонение арендодателя от приемки помещения после прекращения договора, в связи с чем, руководствуясь положениями статей 165.1, 309, 310, 450.1, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 102, 189.39 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", принимая во внимание пункт 37 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой", не нашел правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца задолженности за спорный период.