Судебная практика ГК РФ

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, установив, что рассматриваемое транспортное происшествие произошло по вине владельца железнодорожных путей необщего пользования ввиду нарушения правил их содержания, руководствуясь статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 10.01.2003 N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации", Положением о классификации, порядке расследования и учета транспортных происшествий и иных событий, связанных с нарушением правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта, утвержденным приказом Минтранса России от 18.12.2014 N 344, Правилами технической эксплуатации железных дорог Российской Федерации, утвержденными приказом Минтранса России от 21.12.2010 N 286, суды пришли к выводу о недоказанности наличия причинно-следственной связи между поведением ответчика и возникшими у истца убытками.

Отказывая в удовлетворении жалобы, окружной суд руководствовался положениями статей 20.3, 60, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Исходя из вышеизложенного, оснований для передачи кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не имеется.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 544, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.06.2008 N 102-ФЗ "Об обеспечении единства измерений" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о том, что в спорном периоде приборы учета были выведены из эксплуатации, ввиду чего последующее признание их технической исправности и коммерческой пригодности не влияет на квалификацию полученных ответчиком сумм в качестве неосновательного обогащения.

В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении страхового случая выплатить страховое возмещение страхователю или выгодоприобретателю в пределах определенной договором страховой суммы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", отношения по добровольному страхованию имущества граждан регулируются нормами главы 48 "Страхование" Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 7 ноября 1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" и Законом о защите прав потребителей в части, не урегулированной специальными законами. На договоры добровольного страхования имущества граждан Закон о защите прав потребителей распространяется лишь в случаях, когда страхование осуществляется исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции, ссылаясь на положения статей 1, 10, 166, 167, 168, 388 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения, изложенные в пунктах 1, 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходил из того, что встречное предоставление Богдановым Р.А. по договору цессии Компании предоставлено не было, что свидетельствует об экономической нецелесообразности заключенной ответчиками сделки. При этом Компания, в отсутствие доказательств получения доходов от экономической деятельности и имея непогашенную задолженность перед истцом, распорядилась дебиторской задолженностью по договору поставки, что может оказать влияние на финансовое состояние самой Компании, ее учредителей и кредиторов.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 20.2 и пункта 1 статьи 145 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", исходили из наличия существенных и неопровергнутых сомнений в независимости Михеева С.Н., что стало основанием для отстранения последнего от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником с целью исключения конфликта интересов в рамках настоящей процедуры банкротства.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности") разъяснено, что, по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 210, 539, 544, 1113, 1114, 1152, Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 153 Жилищного кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об обязанности ответчика оплатить электрическую энергию, поставленной истцом в жилое помещение, являющееся выморочным имуществом.

Согласно подпункту "б" пункта 1 статьи 18 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, осуществляется в случаях, если страховое возмещение по обязательному страхованию не может быть осуществлено вследствие отзыва у страховщика лицензии на осуществление страховой деятельности.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 330, 333, 539, 544, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признали требование долга по договору водоснабжения и водоотведения, неустойки обоснованным по праву и размеру.

определением Арбитражного суда Вологодской области от 21.04.2023 процедура реализации имущества Мхитаряна А.П. завершена, должник освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных при введении процедуры реализации имущества должника, за исключением требований кредиторов, предусмотренных пунктом 5 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества должника.

Руководствуясь статьей 126 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и установив, что исполнительный лист серии изготовлен надлежащим образом и не имеет подлежащих исправлению сведений, суды отказали в удовлетворении заявления.

Судами принято во внимание, что доказательства того, что Аксу Е.С., являясь ликвидатором общества, передавала какому-либо иному лицу, в том числе ранее утвержденному конкурсному управляющему должника документацию, а также материальные ценности должника, не представлены.

Удовлетворяя требования кредитора в обжалуемой части и отказывая в удовлетворении заявления управляющего о признании расходов обоснованными, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные в материалы спора доказательства в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 20.3, 20.4, 20.7, 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", правовой позиции, указанной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021), и признали необоснованным привлечение Струковой Т.В. специалистов и выплату привлеченным лицам вознаграждения из конкурсной массы до получения соответствующей санкции суда и в отсутствие должного экономического обоснования.

Как разъяснено в п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", к размеру процентов, взыскиваемых по п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются (п. 6 ст. 395 данного кодекса).

В настоящий момент абзац четвертый пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, введенный Федеральным законом от 3 августа 2018 г. N 339-ФЗ, также предусматривает, что самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом (далее - установленные требования), осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 данной статьи, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).