Судебная практика ГК РФ

Отказывая во взыскании убытков с арбитражного управляющего, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 20.3, 20.4, 213.9 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и отсутствия наступления негативных последствий для конкурсной массы.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 16, 71, 100 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 88.1 Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" и исходили из того, что требования кредитора подтверждены вступившими в законную силу судебными актами, на день рассмотрения обоснованности заявления задолженность не погашена, в связи с чем подлежит включению в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди, отклонив возражения должника о зачете требований.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 1, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27 июля 2010 г. N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Основами ценообразования в сфере теплоснабжения, Правилами регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22 октября 2012 г. N 1075, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (единая теплоснабжающая организация) от оплаты поставленной в январе 2023 г. тепловой энергии по тарифу, утвержденному для истца (поставщик), принимая во внимание его экономическую обоснованность, предпринятые последним меры по соблюдению законодательства в области ценообразования.

Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 15, 393, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о недоказанности Учреждением (истцом) совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика испрашиваемых убытков (в виде стоимости похищенного имущества), а также о недоказанности наличия оснований для взыскания с ответчика предусмотренного договором охраны штрафа после того как оказанные услуги были приняты истцом без возражений и замечаний.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 309, 310, 329, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходили из отсутствия оснований для освобождения ответчика от ответственности за несвоевременную оплату поставленной истцом электрической энергии.

Установив конкретные обстоятельства заключения и исполнения спорных договоров, незначительный временной разрыв между их совершением, аффилированность сторон сделок, квалифицировав оспариваемые сделки как единую притворную сделку, совершенную с целью безвозмездного вывода ликвидного имущества должника в пользу внешне добросовестных конечных приобретателей, в результате чего уменьшился размер активов должника, причинен вред имущественным правам кредиторов, суды пришли к выводу о недействительности (ничтожности) оспариваемых сделок на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 421, 422, 445, 446 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 10 января 2003 года N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации", Федерального закона от 08 ноября 2007 года N 261-ФЗ "О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и, установив, что железнодорожные пути необщего пользования находятся за пределами границ порта, пришли к выводу о том, что заключению подлежит договор на эксплуатацию железнодорожного пути необщего пользования.

Суд апелляционной инстанции неверно применил к отношениям сторон статьи 168, 180, пункт 3 статьи 310, пункт 1 статьи 782 ГК РФ.

На основании неверного вывода о недействительности (ничтожности) согласованных истцом и третьим лицом договорных условий судом апелляционной инстанции был сделан неверный вывод о наличии признаков недобросовестности в действиях истца и третьего лица.

Установив, что задолженность перед кредитором в полном объеме не погашена, требование заявителя соответствует условиям, предусмотренным статьями 33 и 213.3 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", установив также наличие у должника признаков, необходимых для возбуждения дела о банкротстве, учитывая, что сторонами не доказано отсутствие у должника имущества и соответствующего дохода, суды признали обоснованным требование заявителя о включении в реестр требований кредиторов должника, с удовлетворением в третью очередь, ввели процедуру реструктуризации долгов в отношении должника.

Суды установили, что перевозка, в процессе которой поврежден груз, осуществлялась предпринимателем и он не доказал обстоятельств, освобождающих от ответственности за убытки, размер которых подтвержден надлежащими доказательствами, поэтому в силу статей 15, 393, 796 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворили иск.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями пункта 3.1 статьи 20.6 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями пункта 14 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30 декабря 2008 г. N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2013 г. N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" и исходили из того, что размер стимулирующего вознаграждения конкурсного управляющего подлежит снижению, поскольку привлечению к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц наряду с действиями конкурсного управляющего способствовали действия иных лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Разрешая спор, суд первой инстанции, оценил представленные доказательства и, руководствуясь статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 20.4 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из доказанности совокупности условий, необходимых для привлечения управляющего Бедака Р.И. к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков в размере 75 935 000 руб. Размер убытков определен судом по результатам судебной экспертизы, установившей рыночную стоимость дебиторской задолженности обществ с ограниченной ответственностью "Азимут", "Гонец" (далее - общества "Азимут", "Гонец"). Судом также учтены обстоятельства, установленные вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 21 февраля 2022 г. по настоящему делу о признании незаконным бездействия арбитражного управляющего Бедака Р.И., выразившегося в непринятии мер по исполнению решений суда о взыскании дебиторской задолженности на общую сумму 96 911 000 руб.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

Разрешая спор, окружной суд исходил из пропуска срока исковой давности по спорному требованию, о применении которой заявлено стороной спора, что в соответствии с положениями статей 181, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 20.3, 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", послужило основанием для отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что статья 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.