Судебная практика ГК РФ

абзаца пятого пункта 6 статьи 213.25 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", устанавливающего, что финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином; гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

1. Гражданин А.В. Галеев оспаривает конституционность пункта 4 статьи 10 "Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 28 апреля 2009 года N 73-ФЗ) во взаимосвязи с абзацем тридцать первым статьи 2 "Основные понятия, используемые в настоящем Федеральном законе" того же Федерального закона.

1. Гражданин Л.А. Шумилин оспаривает конституционность абзаца второго части первой статьи 446 "Имущество, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам" ГПК Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 "Имущество гражданина, подлежащее реализации в случае признания гражданина банкротом и введения реализации имущества гражданина" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Д.Г. Гайдельшинова оспаривает конституционность пункта 10 статьи 110 "Продажа предприятия должника" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявительницы, данное положение (применяемое и к реализации имущества гражданина с учетом пункта 1 статьи 213.26 того же Федерального закона) противоречит статьям 2, 8, 15 (части 1 и 2), 17 (часть 3), 18, 19 (часть 1), 34, 35 (части 1 и 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 55 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, ограничивает возможность компетентных государственных органов выполнять свои обязанности по обеспечению государственной защиты прав и свобод граждан при разрешении вопроса о привлечении финансового управляющего к административной ответственности, допуская:

И.Д. Федотов оспаривает конституционность пункта 4 статьи 134 "Очередность удовлетворения требований кредиторов", пунктов 1 и 3 статьи 142 "Расчеты с кредиторами в ходе конкурсного производства" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 17 (часть 3) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают сохранение в реестре требований кредиторов требования лица, контролировавшего должника и привлеченного к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

А.Д. Прокопенко оспаривает конституционность подпункта 2 пункта 1 статьи 201.7 "Реестр требований участников строительства" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявителя, данное законоположение противоречит статьям 18, 19, 35 (части 1 и 2), 40, 46 (часть 1) и 55 (часть 2) Конституции Российской Федерации, поскольку оно в силу своей неопределенности позволяет судам в том числе признавать обоснованными и включать в реестр требований участников строительства неисполненные обязательства перед застройщиком по договору, предусматривающему передачу жилого помещения, которые не закреплены условиями договора об участии в долевом строительстве, а также лишать гражданина единственного пригодного для проживания жилого помещения.

1. Постановлением суда апелляционной инстанции определение арбитражного суда отменено в части разрешения разногласий между конкурсным управляющим застройщика и гражданином Г.С. Назаровым по вопросу о порядке учета в реестре требований кредиторов и удовлетворения требования заявителя об уплате процентов, предусмотренных частью 2 статьи 9 Федерального закона от 30 декабря 2004 года N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации". Суд апелляционной инстанции указал, что упомянутые проценты являются мерой ответственности и что оценка доводов Г.С. Назарова относительно очередности учета его требования дана во вступившем в законную силу судебном акте. В передаче кассационной жалобы на данное постановление суда апелляционной инстанции и постановление суда кассационной инстанции, которым оно оставлено без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.

1. В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью было установлено наличие оснований для привлечения гражданина З.Б. Расулова к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Определением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, с З.Б. Расулова в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника взыскано 7 339 868,19 руб. При этом, определяя размер субсидиарной ответственности З.Б. Расулова как контролирующего должника лица и руководствуясь, в частности, положениями пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года N 134-ФЗ), суды исходили из того, что такой размер субсидиарной ответственности равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

(БАНКРОТСТВЕ)", СТАТЬЯМИ 15 И 1064 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.Ю. Бушева, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова,

1. Гражданка И.В. Владимирович оспаривает конституционность абзаца второго части первой статьи 446 "Имущество, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам" ГПК Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 "Имущество гражданина, подлежащее реализации в случае признания гражданина банкротом и введения реализации имущества гражданина" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

В связи с этим А.С. Якимов оспаривает конституционность пункта 4 (фактически - только его абзаца первого) статьи 100 "Установление размера требований кредиторов" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявителя, оспариваемое законоположение противоречит статьям 45 (часть 2) и 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой допускает самостоятельную подачу конкурсным управляющим возражений на заявление работника по требованиям из трудовых отношений и позволяет арбитражному суду в деле о банкротстве работодателя проверить указанные требования против воли работника на предмет обоснованности, фактически рассмотреть трудовой спор при наличии индивидуального трудового спора, рассматриваемого в суде общей юрисдикции, а также оценить заявленные работником требования на предмет тождественности с требованиями, ранее разрешенными судом общей юрисдикции.

1. Определением арбитражного суда, вынесенным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью и оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, было признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица - гражданки Ж.С. Егоровой к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по обособленному спору по заявлению о привлечении Ж.С. Егоровой к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приостановлено до окончания расчетов с кредиторами в деле о банкротстве. При этом суды исходили, в частности, из того, что поскольку у должника фактически отсутствовал руководитель, то именно Ж.С. Егорова, являющаяся единственным участником должника, действуя добросовестно и разумно, как лицо, контролировавшее деятельность должника, должна была обеспечить сохранность документов должника и надлежащую их передачу; неисполнение данной обязанности не позволили конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу должника; доказательств, опровергающих презумпцию наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и бездействием Ж.С. Егоровой, последней не представлено; доказана вся совокупность условий, необходимых для привлечения Ж.С. Егоровой к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Е.Е. Усов оспаривает конституционность подпункта 3 пункта 19 и пункта 24 статьи 189.50 "Изменение размера уставного капитала банка и (или) состава акционеров (участников) банка по решению Банка России" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".