Судебная практика ГК РФ

При новом рассмотрении дела суд округа указал на необходимость, в том числе, поставить на разрешение сторон вопрос о проведении соответствующей судебной экспертизы в целях правильного, объективного и всестороннего разрешения спора; полно установить фактические обстоятельства дела; предложить сторонам представить дополнительные доказательства; запросить у уполномоченного органа регистрационное дело в отношении транспортных средств (эвакуаторов); оценить действия общества по заключению договоров от 08.10.2018 и 05.04.2019 на предмет их разумности, оперативности, добросовестности и реальности; выполнить расчеты и соотнести сальдо встречных обязательств сторон договора лизинга в соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (предложить сторонам представить расчет и контррасчет); дать оценку всем доводам, возражениям участников процесса и доказательствам по спору, указав мотивы их принятия или отклонения, верно распределить бремя доказывания между сторонами в возникших правоотношениях, и, правильно применив нормы материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

При рассмотрении дела ответчиком заявлено о пропуске истцом специального срока исковой давности, установленного статьей 797 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и статьей 126 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации" (далее - Устав железнодорожного транспорта) для требований, вытекающих из перевозки груза.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 4 статьи 20.3, пунктами 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве, статьями 15, 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в пункте 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22.05.2012 N 150, пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункте 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из недоказанности заявителями совокупности условий необходимых для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также отсутствия пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки. При этом суды указали на пропуск заявителями годичного срока исковой давности на обращение с требованиями о признании оспариваемого соглашения недействительным по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, а требования заявителей об оспаривании сделки по общегражданским основаниям расценены судами как направленные на обход специальных сроков исковой давности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь статьями 11, 12, 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, частями 3, 5 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", разъяснениями пунктов 32, 34, 52 совместного постановления от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", требования департамента удовлетворил в указанной части, в удовлетворении встречного иска отказал.

Признавая требование кредитора частично обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статей 71, 100, 134, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что обязательства по погашению ипотечного кредита (основной долг и проценты) исполняла кредитор, при наличии у нее финансовой возможности и фактической оплаты основного долга и процентов за себя и за бывшего супруга.

Разрешая спор и отменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался положениями статей 61.2 и 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 5 - 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из того, что оспариваемая сделка совершена в пределах периода подозрительности при неравноценном встречном предоставлении, о чем не мог не осознавать Нерсисян В.Р., и при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя иск, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отсутствии у общества оснований для удержания полученных от компании денежных средств ввиду непредставления доказательств выполнения им обязательств на спорную сумму.

Считая, что внесенные лизингополучателем платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, Общество, ссылаясь на постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - постановление N 17), обратилось в арбитражный суд с иском по настоящему делу.

Удовлетворяя заявление, суды руководствовались статьями 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса, положениями статей 20.3, 66, 67, 129, 232 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), пунктами 1, 10 статьи 3, частью 1 статьи 6 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных", учитывали изменения, внесенные в пункт 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве Федеральным законом от 29.12.2014 N 482-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что право конкурсного управляющего запрашивать у государственных органов и органов местного самоуправления сведения, необходимые для проведения процедур банкротства, в том числе о контрагентах должника прямо предусмотрено пунктом 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве на основании запросов в установленной форме; отказ управления в предоставлении информации и документов, запрошенных конкурсным управляющим, противоречит нормам Закона о банкротстве, нарушает права и законные интересы заявителя, а также лиц, участвующих в деле о банкротстве (кредиторов), создает препятствия для осуществления процедуры конкурсного производства; в рассматриваемом деле обращение конкурсного управляющего в арбитражный суд преследовало правомерные цели и соответствовало охраняемому законом интересу защиты прав кредиторов.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства, в том числе экспертное заключение, выполненное в соответствии с требованиями АПК РФ, положениями Федерального закона 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" и Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", не опровергнутое надлежащими доказательствами; признав доказанными факт размещения имущества ответчика на земельном участке истца без оплаты за его использование, а также размер неосновательного обогащения, руководствуясь положениями статей 65, 71 АПК РФ, статей 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные требования.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закона о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходили из того, что спорные платежи совершены в период подозрительности, установленный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в условиях неплатежеспособности должника, в отношении лица, которое знало или должно было знать о финансовых затруднениях последнего, и в результате совершения которых ответчику оказано предпочтение в удовлетворении его требований по сравнению с иными кредиторами.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание вступившие законную силу судебные акты по делам Арбитражного суда Пермского края N А50-1980/2015, А50-4926/2017, А50-16647/2019, А50-31369/2018, А50-5438/2019, А50-13047/2020, установив факт пользования предпринимателем земельным участком в спорный период без внесения платы, проверив расчет истца и признав его верным, суд, руководствуясь подпунктом 7 пункта 1 статьи 1, пунктом 1 статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации, статьей 395, пунктом 1 статьи 1102, пунктом 2 статьи 1105, пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, требования удовлетворил в указанной части.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 395, 845, 851, 854, 859, 1102, 1105, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.1999 N 5 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета" и в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4(2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, и при этом исходили из того, что удержание комиссии за совершение операции по переводу остатка средств клиента при закрытии счета, которая является для банка обязательной в силу закона, неправомерно. Из обстоятельств дела суды также усмотрели, что закрытие счета было обусловлено принятием со стороны банка в отношении общества мер по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, в то время как извлечение банком прибыли от реализации публично-правовых функций в названной сфере противоречит закону и правопорядку в Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении требований, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались положениями статей 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции, действовавшей в спорный период, и исходили из недоказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, с чем впоследствии согласился суд округа.

Суды, удовлетворяя заявленные требования, учитывали, в том числе, положения Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (далее - Закон о страховых пенсиях), Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) и Порядка оформления документов для назначения и выплаты пенсий осужденным, содержащимся в исправительных учреждениях, утвержденным ГУИН МВД России 04.11.1997 N 18/13-204 (далее - Порядок), а также разъяснения, данные в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", пришли к выводу, что Закон о банкротстве, регулирующий отношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) граждан, содержит специальные нормы, которые имеют преимущественное право перед иными нормами законодательства Российской Федерации, в том числе и имеют приоритет по отношению к нормам УИК РФ, Закона о страховых пенсиях и Порядка. По мнению судов, пенсия, выплачиваемая должнику-гражданину после введения процедуры реализации имущества гражданина, подлежит включению в конкурсную массу. При этом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе, на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 15, 322, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 42, 74 Земельного кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 24.06.1998 N 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления", статьями 1, 4, 5, 14, 75, 77, 78 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", Правилами проведения рекультивации и консервации земель, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 10.07.2018 N 800, Методикой исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 08.07.2010 N 238 (далее - Методика), разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде", приняв во внимание обстоятельства, установленные судами при рассмотрении дел N 12-78/2017, А41-45541/2017, установив факт причинения совместными действиями ответчиков вреда окружающей среде в результате незаконного размещения и утилизации на публичном земельном участке отходов IV - V класса опасности в отсутствие лицензии на технологическую разработку карьеров и лицензии на право осуществление деятельности по сбору и размещению отходов, пришли к выводу о том, что ответчики обязаны возместить причиненный вред, размер которого рассчитан на основании Методики.