Судебная практика ГК РФ

1. Граждане А.В. Панов и Е.Ф. Черничкин оспаривают конституционность абзаца третьего пункта 13 статьи 61.16 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому по результатам рассмотрения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности выносится определение о привлечении к субсидиарной ответственности с указанием суммы, подлежащей взысканию с лица (лиц), привлеченного к субсидиарной ответственности, с учетом выбранного кредиторами способа распоряжения полученным правом требования, 17 предусмотренного статьей 61.16 указанного Федерального закона, либо об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

статьи 6 Федерального закона от 26 мая 1996 года N 54-ФЗ "О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации" о государственном учете музейных предметов и музейных коллекций, в том числе включенных в состав Музейного фонда Российской Федерации;

пункта 26.22 Основных положений формирования и государственного регулирования цен на газ, тарифов на услуги по его транспортировке и платы за технологическое присоединение газоиспользующего оборудования к газораспределительным сетям на территории Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2000 года N 1021 (согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 1 ноября 2021 года N 1899 наименование этого оспариваемого нормативного акта изменено);

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 71, 100, 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из обоснованности заявленного требования, наличия доказательств, подтверждающих задолженность, отсутствия доказательств расходования подотчетных сумм и оприходования товарно-материальных ценностей, приобретенных за счет этих денежных средств должником, отклонив доводы относительно пропуска срока исковой давности.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления о взыскании убытков, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 20.3, 20.4, 60, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), исходил из того, что в ином споре кредиторам отказано в удовлетворении жалобы на бездействие конкурсного управляющего Белоусова А.А. (определение Арбитражного суда Московской области от 06.08.2021 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2021), а представленное им заключение от 04.06.2020 не обжаловалось.

Признавая требование банка необоснованным, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 12 и 15 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и сочли недоказанными доводы заявителя об аффилированности мажоритарного кредитора - общества с ограниченной ответственностью "Арт-инвест групп" - по отношению к должнику.

Представленные кредитором доказательства наличия заемного обязательства должника признаны судами не отвечающими критериям статей 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" для установления основанного на них требования в реестре должника.

Суды установили, что спорное недвижимое имущество являлось совместной собственностью супругов и было реализовано без нарушений процедуры проведения торгов, поэтому в силу статей 110, 139, 213.25, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации признали отсутствие основания для признания торгов недействительными.

1. Гражданин А.И. Ястребов, которому с 15 ноября 2008 года назначена трудовая (с 1 января 2015 года - страховая) пенсия по старости на общих основаниях, оспаривает конституционность части 3 (в жалобе ошибочно названной пунктом 3) статьи 36 статьи Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", согласно которой со дня вступления в силу данного Федерального закона (1 января 2015 года) Федеральный закон от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с данным Федеральным законом в части, не противоречащей данному Федеральному закону.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статей 1102, 1005, 1009 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из доказанности истцом факта возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения, образовавшегося в результате произведенных спорных перечислений в отсутствие между сторонами реальных договорных отношений.

пункта 3 статьи 17 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (с 1 января 2015 года не применяющегося, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" в части, не противоречащей данному Федеральному закону), определяющего порядок перерасчета страховой части трудовой пенсии по старости для лиц, осуществлявших работу и (или) иную деятельность, предусмотренную статьей 10 названного Федерального закона, не менее чем в течение 12 полных месяцев со дня ее назначения либо предыдущего перерасчета;

Из представленных материалов следует, что суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводом суда первой инстанции о подсудности мировому судье гражданского дела с участием Е.С. Отиновой и отклоняя ее ссылку на пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", согласно которому дела по спорам о защите неимущественных прав потребителей, равно как и требование имущественного характера, не подлежащее оценке, а также требование о компенсации морального вреда подсудны районному суду, отметил, что упомянутым пунктом дано разъяснение о применении процессуального закона только в случае, если названные требования носят самостоятельный характер; поскольку же требование истца о расторжении договора купли-продажи направлено на удовлетворение основного требования о взыскании денежных средств, то доводы ответчика о предъявлении иска в суд с нарушением правил подсудности являются несостоятельными.

подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в той мере, в какой он по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, исключает возможность признания лицом, контролирующим должника, лица, непосредственно участвовавшего в единой цепочке признанных этим же составом арбитражного суда мнимыми сделок, способствовавшего выводу активов должника на свои личные банковские счета и непосредственно создавшего искусственную задолженность для обоснования других сделок.