Судебная практика ГК РФ

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в котором также указано, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании (абзацы третий и пятый).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", в соответствии с положениями статей 135 и 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке. При этом суд, рассматривающий требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью либо частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

В соответствии с пунктом 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

По правилам части 4 статьи 15 Закона от 13 июля 2015 г. N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" осуществление государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав возможно по заявлению представителя лиц, указанных в частях 1 - 3 данной статьи, при условии наличия у него нотариально удостоверенной доверенности, если иное не установлено федеральным законом.

Отказывая в иске, суд первой инстанции, поддержанный судами апелляционной и кассационной инстанций, руководствуясь положениями статей 15, 53, 531 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", исходили из отсутствия совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика как бывшего руководителя общества к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, в том числе, неразумность или недобросовестность в действиях ответчика.

Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанции руководствовался статьей 129.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходил из того, что на момент обращения в суд с заявлением о намерении погасить требования уполномоченного органа и его рассмотрения судом, требования налогового органа не были включены в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем признал заявление Фоноберова Л.В. преждевременным и не подлежащим удовлетворению.

В соответствии с пунктом 6 части 1 и частью 2 статьи 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" период ухода за инвалидом I группы, ребенком-инвалидом или за лицом, достигшим возраста 80 лет, засчитывается в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, предусмотренными статьей 11 данного Федерального закона, которые им предшествовали и (или) за ними следовали (независимо от их продолжительности). Поскольку осуществляемая неработающими трудоспособными лицами деятельность по уходу за инвалидами не сопровождается уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, в целях обеспечения формирования пенсионных прав таких лиц в соответствующий период за каждый полный календарный год осуществления данной деятельности установлен размер индивидуального пенсионного коэффициента, составляющий 1,8 (часть 12 статьи 15 названного Федерального закона). Тем самым действующее правовое регулирование обеспечивает лицам, которые были вынуждены оставить работу в связи с необходимостью осуществления социально значимой функции ухода за инвалидами, возможность установления в будущем страховой пенсии в размере, определяемом с учетом суммы индивидуальных пенсионных коэффициентов.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3.4 постановления от 8 декабря 2017 г. N 39-П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г.Г. Ахмадеевой, С.И. Лысяка и А.Н. Сергеева отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

Согласно п. 1 ст. 469 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется (п. 2 той же статьи).

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 329, 330, 332, 333, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения первого ответчика (потребитель) от ответственности за просрочку оплаты поставленной истцом (продавец) электроэнергии.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 8, 12, 307, 309, 310, 420, 450, 539 - 548 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", Федеральным законом от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (абонент) от оплаты потребленной электрической энергии (мощности) согласно договору и показаниям приборов учета, находящихся на балансе абонента, с учетом коэффициента трансформации и вычета объема потребления электроэнергии транзитными потребителями.