Судебная практика ГК РФ

Не установив противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами, либо действий, препятствующих финансовому управляющему в осуществлении полномочий в рамках дела о банкротстве по формированию конкурсной массы, руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды пришли к выводу об отсутствии оснований для неприменения правила об освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Руководствуясь статьями 20.3, 20.4, 60, 129 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 N 150 "Об обзоре судебной практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Прекращая производство по заявлению, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 112, 117 АПК РФ, разъяснениями, содержащимися в абзаце первом пункта 52 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из пропуска управляющим срока для обращения с заявлением о взыскании расходов по делу о банкротстве и отсутствия уважительных причин для его восстановления.

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и руководствуясь разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения Лоскутовой Е.О. как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Удовлетворяя заявление финансового управляющего и исключая спорные объекты недвижимости из конкурсной массы должника, суды руководствовались положениями статей 60, 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", и исходили из того, что спорный жилой дом является единственным пригодным для проживания должника жильем.

Удовлетворяя заявление должника, суды руководствовались положениями статей 20.2, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из доказанности наличия существенных и обоснованных сомнений в независимости и беспристрастности арбитражного управляющего Клемешова О.В. по отношению к мажоритарному кредитору должника МУП "ЖЭО", возможности конфликта интересов между управляющим, кредиторами и должником.

Отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными торгов и договора купли-продажи, суды руководствовались статьями 181, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", и исходили из пропуска заявителем срока исковой давности. При этом судами установлено, что нарушений порядка и процедуры проведения торгов по реализации имущества должника не допущено, реализация спорной квартиры производилась на торгах в рамках исполнительного производства на основании вступившего в законную силу судебного акта об обращении взыскания на заложенное имущество, которым установлена начальная продажная цена квартиры, победитель торгов является добросовестным приобретателем квартиры, не обладающим признаками заинтересованности по отношению к должнику.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из наличия исключений для освобождения должника от обязательств перед кредиторами, предусмотренных абзацем четвертым пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, установив недобросовестное поведение должника, выразившееся в злостном уклонении от уплаты задолженности (в том числе путем сокрытия активов через заключение брачного договора), наращивании кредиторской задолженности без намерения ее погасить, сокрытии от финансового управляющего информации об источниках дохода и увольнении с места работы, расходовании денежных средств, получении из конкурсной массы прожиточного минимума в период после увольнения.

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", суды пришли к выводу о недоказанности наличия обстоятельств, позволяющих признать должника добросовестным и освободить его от исполнения обязательств перед кредиторами.

Прекращая производство по апелляционной жалобе, апелляционный суд руководствовался положениями статей 42, 223, 257, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 34, 35 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, данными в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", и исходил из того, что Третьяков А.В. лицом, участвующим в деле или арбитражном процессе по делу о банкротстве, не являются, обжалуемое им определение суда первой инстанции выводов о его правах не содержит, какие-либо обязанности на него не возлагает, в связи с чем Третьяков А.В. не является лицом, обладающими правом на обжалование указанного судебного акта применительно к положениям статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 9, 313, 421, 431, 779, 781, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", и исходили из того, что ответчиком заключены аналогичные по своему содержанию договоры транспортной экспедиции с истцом и с третьим лицом, истец и третье лицо являются аффилированными компаниями, факт сверхнормативного использования фитинговых платформ допущен как истцом, так и третьим лицом, в каждом из выставленных счетов были поименованы все контейнеры с грузом, ответчик правомерно принял платеж от истца, исполнившего обязательство за третье лицо перед ответчиком, в связи с чем на стороне ответчика неосновательное обогащение отсутствует.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного поведения, умышленного уклонения от исполнения обязательств перед кредитором, не установив признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Условия продажи имущества определены залоговым кредитором, выразившим намерение на удовлетворение требования за счет продажи предмета залога, что основано на законе (статьи 138, 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Таким образом, при самостоятельном распоряжении залоговым кредитором законными правами у судов отсутствовало основание для вменения финансовому управляющему невыявления иного имущества для погашения долга перед таким кредитором, на что правомерно ими указано.

Суд также отметил, что сам по себе факт управления Парфеновым А.А. автомобилем на момент исследуемого дорожно-транспортного происшествия не может свидетельствовать о том, что именно водитель являлся владельцем источника повышенной опасности в смысле, придаваемом данному понятию в статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку отсутствуют доказательства реальности договора аренды от 20 декабря 2021 г., заключенного Шкирей Е.М. с Парфеновым А.А.

При принятии судебных актов суды апелляционной и кассационной инстанций руководствовались положениями статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из отсутствия обстоятельств, препятствующих применению в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, не усмотрев в действиях должника недобросовестного поведения, умышленного уклонения от исполнения обязательств перед кредитором, не установив признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 309, 310, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24.07.2007 N 209-ФЗ "О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации" (далее - Закон о малом и среднем предпринимательстве), постановления Правительства Москвы от 25.12.2012 N 800-ПП "О мерах имущественной поддержки субъектов малого предпринимательства, арендующих объекты нежилого фонда, находящиеся в имущественной казне города Москвы" (далее - постановление N 800-ПП).

Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались статьями 309, 310, 330, 539, 544 Гражданского кодекса Российской Федерации, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу об отсутствии оснований для освобождения ответчика (потребитель) от оплаты электрической энергии, поставленной истцом (гарантирующий поставщик).

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьей 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", и исходили из того, что дочь должника не достигла 23-летнего возраста, является студенткой очной формы обучения, не имеет самостоятельного дохода и находится на иждивении своих родителей. Изменяя решение суда первой инстанции и определяя начало периода исключения денежных средств - с даты подачи заявления об исключении имущества из конкурсной массы, суд апелляционной инстанции исходил из того, что исключение денежных средств на содержание лица, находящегося на иждивении должника, за прошлые периоды недопустимо, так как данные денежные средства являются целевыми, что не предполагает накопления таких средств за истекший период.