Судебная практика ГК РФ

Руководствуясь статьями 395, 1102, 1107 ГК РФ, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 N 442, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и установив факт бездоговорного потребления ответчиком электроэнергии, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3.4 постановления от 8 декабря 2017 г. N 39-П по делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации и части первой статьи 54 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Г.Г. Ахмадеевой, С.И. Лысяка и А.Н. Сергеева отметил, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину. Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности.

Разрешая спор, суд первой инстанции, определив состав совместно нажитого в период брака имущества, а также имущества, приобретенного за счет личных денежных средств супругов, руководствуясь положениями статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 33 - 36, 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 15, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", произвел его раздел исходя из равенства долей супругов в совместно нажитом имуществе и нуждаемости каждого из них в использовании указанного имущества, с выплатой другому супругу соответствующей денежной компенсации за передачу имущества по стоимости выше причитающейся на него доли.

В ходе исполнительного производства судебным приставом-исполнителем установлено, что в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 2001 г. N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества" и Законом Чеченской Республики от 22 марта 2013 г. N 3-РЗ "О приватизации государственного имущества Чеченской Республики" распоряжением Правительства Чеченской Республики от 12 ноября 2018 г. N 305-р ГУП "Аргунский комбинат стройматериалов и стройиндустрии" приватизировано путем преобразования в ООО "Аргунский комбинат стройматериалов и стройиндустрии".

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции исходил из несоответствия действий Бурикова Е.А. требованиям пунктов 8.1 и 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090 (далее - Правила дорожного движения), поскольку он при осуществлении на регулируемом перекрестке поворота налево не уступил дорогу автомобилю под управлением А., двигавшемуся во встречном направлении прямо на желтый сигнал светофора со скоростью 103 км/ч. При этом суд апелляционной инстанции установил степень вины Бурикова Е.А. в исследуемом дорожно-транспортном происшествии в размере 70%, с учетом которой взыскал с него в пользу УФСИН России по Краснодарскому краю материальный ущерб.

Основываясь на положениях п. 3 ст. 225 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 6 октября 2003 г. N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", прокурор в исковом заявлении указал, что на орган местного самоуправления возлагается обязанность по выявлению и постановке на учет бесхозяйных объектов недвижимого имущества, которую ответчик в настоящем случае не исполнил.

В силу статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 2 июля 2013 г. N 1057-О "По жалобе гражданина Столбунца С.П. на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации" подчеркнул, что отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве прямого указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, приняв во внимание новые доказательства, в том числе, Общие условия договора потребительского кредита под залог транспортного средства, заявление истца о включении в программу добровольной и страховой защиты заемщиков при предоставлении потребительского кредита, исходил из того, что оказанная банком и оплаченная истцом услуга по подключению к договору страхования являлась возмездной в силу положений п. 3 ст. 423, ст. 972 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственноручные подписи Киселева В.В. в заявлениях подтверждают, что истец осознанно и добровольно принял на себя обязательства, в том числе и по внесению в банк платы за оказание услуг по заключению договора страхования.

Удовлетворяя исковые требования, суды трех инстанций руководствовались статьями 424, 448 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ, Гражданский кодекс), статьями 39.7, 39.12 Земельного кодекса, статьей 24.20 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", разъяснениями пунктов 16, 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды" и исходили следующего.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).