По материалам решения коллегии арбитров
Международного коммерческого арбитражного суда при
Торгово-промышленной палате Российской Федерации
от 28 июня 2018 года N М-178/2017
В Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС) поступило исковое заявление Компании, имеющей местонахождение на территории Швейцарской Конфедерации (далее - Истец либо Продавец), к Публичному акционерному обществу, имеющему местонахождение на территории Российской Федерации (далее - Ответчик либо Покупатель), о взыскании денежных средств, представляющих собой задолженность и неустойку по заключенному сторонами Контракту (далее - Контракт).
Из исковых материалов следует, что между сторонами был заключен Контракт, в соответствии с которым Продавец обязался разработать и поставить оборудование с документацией и обеспечить пуск оборудования в эксплуатацию. В свою очередь, Покупатель обязался принять и оплатить поставленное Продавцом оборудование и документацию, принять и оплатить оказанные Продавцом услуги в соответствии с условиями Контракта.
Продавец поставил Покупателю оборудование. Далее силами Покупателя и Продавца был выполнен монтаж оборудования, выполнены пусконаладочные работы, проведен его успешный запуск в эксплуатацию, проведены гарантийные испытания оборудования, в рамках которых его технологические параметры были полностью подтверждены.
Оборудование было оплачено Покупателем в сумме, установленной Контрактом.
В последующем в рамках эксплуатации произошла поломка оборудования.
Продавец исполнил взятые на себя обязательства по поставке запасных частей к оборудованию, а также направил к Покупателю своих представителей для проведения ремонта оборудования.
Поскольку стороны не пришли к единому мнению относительно причин возникновения поломки, а равно относительно того, являлась ли рассматриваемая поломка производственным браком, требующим устранения Продавцом по гарантийным обязательствам, сторонами по обоюдному согласию были привлечены эксперты.
Истец отмечает, что согласно заключению эксперта причиной возникновения неисправности оборудования явилась ошибка при выборе материала корпуса, а не производственный брак.
Истец отмечает, что материал для изготовления оборудования был заявлен именно Покупателем на стадии запроса, указан в техническом задании, выданном Покупателем Продавцу, и согласован на стадии заключения Контракта. То есть ошибка Покупателя в выборе материала, из которого было изготовлено оборудование, привела к выходу его из строя на стадии эксплуатации, что следует из заключения эксперта.
Истец утверждает, что данный случай не относится к гарантийному. Следовательно, замена запасных частей на оборудовании, выезд специалистов Продавца для проведения ремонта (устранения дефектов) должны быть оплачены Покупателем дополнительно, сверх первоначально установленной цены сделки.
Покупатель до настоящего времени долг не погасил.
На основании вышеизложенного, а также сославшись на ст. ст. 25, 53, 54, 59, 61, 62, 74, 78 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров, заключенной в г. Вене 11 апреля 1980 г. (далее - Венская конвенция) и ст. ст. 1, 10, 309, 310, 314, 454, 476, 506, 516, 702, 709, 711 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Истец обратился в МКАС с требованиями взыскать с Ответчика в пользу Истца:
- задолженность по Контракту; неустойку за просрочку оплаты;
- сумму в возмещение расходов Истца, связанных с защитой своих интересов через юридических представителей;
- расходы на уплату регистрационного и арбитражного сборов.
МОТИВИРОВОЧНАЯ ЧАСТЬ РЕШЕНИЯ
Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, коллегия арбитров Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации пришла к следующим выводам.
1. Компетенция МКАС
Поскольку настоящее арбитражное разбирательство проводится на территории Российской Федерации, коллегия арбитров констатирует, что при определении ее компетенции рассматривать настоящий спор, а также в отношении процедурных вопросов разрешения спора применимым является российское право. В состав положений такого применимого процессуального права входит Закон Российской Федерации от 7 июля 1993 г. N 5338-1 "О международном коммерческом арбитраже" (далее - Закон о МКА) с приложенным к нему в качестве неотъемлемой составной части Положением о МКАС.
В силу п. 1 ст. 1 Закона о МКА он применяется, если место арбитража находится на территории Российской Федерации. В п. 1 Положения о МКАС указывается, что данное постоянно действующее арбитражное учреждение осуществляет свою деятельность по администрированию международного коммерческого арбитража в соответствии с Законом о МКА.
Согласно п. 3 ст. 1 Закона о МКА в международный коммерческий арбитраж могут по соглашению сторон передаваться споры сторон гражданско-правовых отношений, возникающие при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, если коммерческое предприятие хотя бы одной из сторон находится за границей Российской Федерации, либо если любое место, где должна быть исполнена значительная часть обязательств, вытекающих из отношений сторон, или место, с которым наиболее тесно связан предмет спора, находятся за границей Российской Федерации, а также споры, возникшие в связи с осуществлением иностранных инвестиций на территории Российской Федерации или российских инвестиций за границей.
Рассматриваемый спор возник при осуществлении одного из видов международных экономических связей и в данном случае имело место соответствующее экономическое взаимодействие субъектов из различных государств. Истец находится в Швейцарской Конфедерации. Ответчиком по настоящему делу является Публичное акционерное общество, учрежденное по законодательству Российской Федерации, а также находящееся и функционирующее на территории Российской Федерации.
На основании изложенного коллегия арбитров приходит к выводу о том, что спор, возникший из заключенного сторонами международного договора, который коллегия арбитров квалифицирует как международный договор купли-продажи оборудования с элементами договора подряда (разработка технической документации, монтаж и последующий ремонт), может быть предметом арбитражного разбирательства.
В Контракте сторонами согласовано следующее арбитражное соглашение: "Все споры, разногласия или требования, возникающие из Контракта или в связи с ним, в том числе касающиеся его исполнения, нарушения, прекращения или недействительности, подлежат разрешению в Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации, в соответствии с его Регламентом. Место арбитража - г. Москва, Российская Федерация. Язык арбитражного разбирательства - русский язык".
Коллегия арбитров констатирует, что содержание Контракта свидетельствует о выборе арбитражного учреждения для рассмотрения спора.
Компетенцию третейского суда, сформированного по настоящему администрируемому МКАС делу, в ходе разбирательства стороны не оспаривали. Истцом был предъявлен иск в МКАС, Ответчик представил отзыв по существу заявленных требований. Таким образом, каждая из сторон конклюдентными действиями подтвердила свое согласие на разрешение возникшего спора коллегией арбитров МКАС.
Ни одна из сторон в ходе настоящего разбирательства не заявляла, что Закон о МКА и (или) Правила арбитража не могут являться применимыми для определения компетенции коллегии арбитров, а также в отношении процедурных вопросов разрешения настоящего дела.
Формирование состава коллегии было осуществлено с полным соблюдением положений Закона о МКА и Правил арбитража. Каких-либо возражений против порядка формирования коллегии арбитров по настоящему делу от сторон не поступало.
Принимая во внимание изложенное, коллегия арбитров признает, что она обладает компетенцией рассматривать настоящий спор в полном объеме заявленных исковых требований.
2. Нормы права, применимые к существу спора
2.1. Согласно § 23 Правил арбитража третейский суд разрешает спор в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора. При этом любое указание на право или систему права какого-либо государства толкуется как непосредственно отсылающее к материальному праву данного государства, а не к его коллизионным нормам. При отсутствии какого-либо указания сторон третейский суд применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми.
2.2. Контрактом предусмотрено: "Применимым правом по Контракту будет материальное право Российской Федерации".
В соответствии с п. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы; если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.
Поскольку Российская Федерация и Швейцарская Конфедерация являются участницами Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров, заключенной в г. Вена 11 апреля 1980 г. (Венская конвенция), а коммерческие предприятия сторон находятся в этих государствах, к отношениям сторон в соответствии с пп. "a" п. 1 ст. 1 Конвенции применимы положения Венской конвенции.
Согласно ст. 6 Венской конвенции стороны могут исключить применение настоящей Конвенции либо при условии соблюдения ст. 12 отступить от любого из ее положений или изменить его действие. Однако стороны применение Венской конвенции к своим отношениям не исключили.
2.3. Согласно представленным в материалах дела документам стороны в обоснование своих требований и возражений ссылаются на положения Венской конвенции и ГК РФ.
Однако в ходе устного слушания Ответчик изменил свою позицию по вопросу подлежащего применению права и заявил о неприменимости положений Венской конвенции к настоящему спору, поскольку предмет поставки по условиям Контракта представлял собой оборудование, сконструированное и произведенное для нужд конкретного заказчика, Контракт следует квалифицировать как договор подряда, но не как договор поставки.
Коллегия арбитров не может согласиться с указанным мнением Ответчика и отмечает, что согласно п. 1 ст. 3 Венской конвенции договоры на поставку товаров, подлежащих изготовлению или производству, считаются договорами купли-продажи, если только сторона, заказывающая товары, не берет на себя обязательства поставить существенную часть материалов, необходимых для изготовления или производства таких товаров. Как следует из положений Контракта, представленных в материалы дела документов и пояснений представителей сторон, Покупатель на себя подобных обязательств не брал.
Кроме того, коллегия арбитров принимает во внимание и тот факт, что Продавец в настоящем деле не является производителем оборудования, а представляет из себя связующее звено между заводом-изготовителем и конечным покупателем (пользователем) оборудования.
2.4. Вопрос о возможности применения положений Венской конвенции в смешанных договорах также нашел свое отражение в п. 2 ст. 3 Венской конвенции, согласно которому она не применяется к договорам, в которых обязательства стороны, поставляющей товары, заключаются в основном в выполнении работы или в предоставлении иных услуг. Коллегия арбитров констатирует, что в настоящем деле обстоятельства таковы, что общая стоимость поставляемого оборудования и запасных частей к нему значительно превышает стоимость согласованных сторонами работ. Таким образом, указанное основание для исключения применения положений Венской конвенции отсутствует.
2.5. Учитывая изложенное и руководствуясь ст. 28 Закона о МКА, § 23 Правил арбитража, коллегия арбитров приходит к выводу о том, что к отношениям сторон в настоящем споре подлежит применению Венская конвенция, а в части, не урегулированной Венской конвенцией, - нормы материального права Российской Федерации, включая Гражданский кодекс Российской Федерации (ГК РФ).
3. Выводы коллегии арбитров по существу спора
3.1. Вводные замечания
Коллегия арбитров считает необходимым отметить, что согласно § 20 Правил арбитража разбирательство осуществляется на основе принципов диспозитивности, состязательности и равного отношения к сторонам.
Принцип состязательности также нашел свое отражение и в п. 1 § 29 Правил арбитража, согласно которому каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований или возражений.
Как следует из абз. 4 ст. 25 Закона о МКА, если без указания уважительной причины любая сторона не представляет документальных доказательств, коллегия арбитров может продолжить разбирательство и вынести решение на основе имеющихся у нее доказательств. Сходное положение содержится и в п. 4 § 29 Правил арбитража.
Согласно п. 2 ст. 19 Закона о МКА полномочия, предоставленные коллегии арбитров, включают полномочия на определение допустимости, относимости, существенности и значимости любого доказательства.
В соответствии с п. 3 § 29 Правил арбитража оценка доказательств осуществляется третейским судом по своему внутреннему убеждению.
3.2. Краткие обстоятельства спора
3.2.1. Сторонами был заключен Контракт, по условиям которого Истец обязался разработать и поставить оборудование с документацией в полном соответствии с условиями Контракта, спецификацией к нему, объемом поставки и техническими характеристиками, а также обеспечить его запуск в эксплуатацию. В свою очередь, Ответчик обязался принять и оплатить поставленное Истцом оборудование и документацию, оказанные Продавцом услуги в соответствии с условиями Контракта.
Поставка оборудования в соответствии с условиями Контракта состоялась, что подтверждается представленным в материалы дела и подписанным сторонами без замечаний актом приема-передачи установленного и запущенного в промышленную эксплуатацию оборудования. Поставленное оборудование, а также работы по его проектированию, монтажу и пусконаладке с достижением показателей, указанных в Контракте, были приняты Ответчиком без замечаний и оплачены в полном объеме согласно условиям Контракта.
Практически сразу после ввода оборудования в эксплуатацию Ответчиком была зафиксирована поломка оборудования, о чем он уведомил Истца письмами.
В силу п. 1 ст. 35 Венской конвенции продавец должен поставить товар, который по количеству, качеству и описанию соответствует требованиям договора. Согласно п. 2 ст. 36 Венской конвенции продавец несет ответственность за любое несоответствие товара, которое является следствием нарушения им любого своего обязательства, включая нарушение любой гарантии того, что в течение того или иного срока товар будет оставаться пригодным для обычных целей или какой-либо конкретной цели либо будет сохранять обусловленные качества или свойства.
Средства правовой защиты в случае нарушения договора продавцом установлены в ст. 45 Венской конвенции, в соответствии с п. 1 которой если продавец не исполняет какого-либо из своих обязательств по договору или по настоящей Конвенции, покупатель может осуществить права, предусмотренные в статьях 46 - 52 Конвенции либо потребовать возмещения убытков, как это предусмотрено в статьях 74 - 77 Конвенции.
Как следует из материалов дела, Ответчик воспользовался своим правом, предусмотренным п. 3 ст. 46 Венской конвенции и, указав на несоответствие оборудования требованиям Контракта, потребовал от Истца устранить это несоответствие путем исправления оборудования.
В результате переговоров стороны приняли решение произвести замену части деталей оборудования для восстановления его работоспособности, а также договорились во время вскрытия определить, относятся ли дефекты оборудования к дефектам изготовления.
В связи с тем, что Истец и Ответчик не пришли к единому мнению относительно причин выхода из строя оборудования, для установления таких обстоятельств сторонами были привлечены эксперты.
Было подготовлено экспертное заключение по вопросу определения причин неисправности оборудования.
3.2.2. Третейский суд констатирует отсутствие каких-либо разногласий сторон относительно фактических обстоятельств исполнения Контракта, проведения экспертизы оборудования. При этом в вопросе толкования как положений Контракта, так и изложенных в заключении эксперта выводов, мнения сторон расходятся существенным образом.
Истец утверждает, что, поскольку согласно заключению эксперта причиной возникновения неисправности оборудования явилась ошибка при выборе материала элемента оборудования, материал для изготовления которого был выбран самим Ответчиком на стадии запроса, данный случай не относится к гарантийному. Истец также отметил, что выбор такого материала указан в техническом задании, выданном Покупателем Продавцу, и согласован сторонами на стадии заключения Контракта.
В свою очередь Ответчик настаивает на том, что дефекты оборудования имеют производственный характер, поскольку Истец спроектировал и поставил оборудование, не способное выполнять возложенные на него функции в течение гарантийного периода, и в связи с этим Ответчик не обязан оплачивать стоимость его ремонта. Ответчик также утверждает, что Истец не уведомил Ответчика о неблагоприятных последствиях данных им указаний и не вправе ссылаться на неправильный выбор Ответчиком материала корпуса оборудования.
3.3. Исковые требования и их основания
3.3.1. Истцом заявлены требования о взыскании с Ответчика задолженности по Контракту, а также неустойки за просрочку оплаты задолженности.
Данные требования основаны на утверждении Истца о том, что Ответчиком не исполнены принятые на себя обязательства. При этом объем, количество и качество поставленных Истцом запасных частей к оборудованию, а также объем и качество выполненных Истцом работ по ремонту оборудования Ответчиком не оспариваются. Согласно пояснениям представителей Ответчика, после ремонта оборудование функционирует в штатном режиме, с достижением необходимых согласно требованиям Контракта показателей.
Доводы Ответчика о ненадлежащем исполнении Истцом своих обязательств, предусмотренных Контрактом, по мнению третейского суда, выходят за рамки заявленных в настоящем разбирательстве требований. Поднятые Ответчиком вопросы касаются оценки исполнения своих обязательств Истцом, как добросовестным Продавцом, и прав Ответчика как добросовестного Покупателя на предусмотренные применимым законодательством средства правовой защиты. Между тем Ответчик каким-либо иным из предусмотренных Венской конвенцией средств правовой защиты Покупателя, помимо требования об исправлении оборудования, не воспользовался и встречных требований в ходе настоящего арбитражного разбирательства не заявил.
3.3.2. Таким образом, третейский суд приходит к выводу, что для рассмотрения настоящего спора ему требуется установить:
- является ли выход из строя оборудования в соответствии с положениями Контракта гарантийным случаем;
- возникли ли у Ответчика обязательства по оплате поставленных Истцом запасных частей к оборудованию и работ по ремонту оборудования.
3.3.3. Рассматривая вопрос наступления гарантийного случая, третейский суд отмечает, что необходимыми и достаточными критериями определения ответственности Продавца являются наличие или отсутствие дефектов изготовления оборудования.
В Заключении эксперта указан следующий вывод: "Причиной возникновения неисправности оборудования явилась ошибка при выборе материала корпуса".
3.3.4. Третейский суд не может согласиться с позицией Истца о том, что выход оборудования из строя не является гарантийным случаем, по следующим основаниям.
I) По мнению третейского суда, Истец дает чрезмерно узкое толкование используемого сторонами термина "дефект изготовления", не соответствующее действительному волеизъявлению сторон при заключении Контракта.
Истец фактически настаивает на том, что выход из строя оборудования может быть признан гарантийным случаем только при выявлении недостатков в работе завода-производителя, не принимая во внимание, что проектирование, монтаж, пусконаладка оборудования по условиям Контракта лежит на Продавце, тем самым заранее снимая с себя ответственность за возможные дефекты проектирования, монтажа и пусконаладки оборудования.
Вероятная причина для такого толкования, по мнению арбитров, кроется в изложенных в заключении эксперта аргументах. Так, предпоследний абзац заключения эксперта дает более развернутое определение причин выхода из строя оборудования: "На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что при конструировании и производстве неверно выбран материал корпуса оборудования, что привело к его преждевременному износу и выходу из строя". Третейский суд отмечает, что по условиям Контракта как конструирование, так и производство оборудования находится именно в зоне ответственности Продавца.
Третейский суд не соглашается с предложенной Истцом трактовкой и для целей определения термина "дефект изготовления" считает необходимым обратиться к разделу Контракта "Гарантия", в соответствии с которым:
- Продавец гарантирует высокое качество изготовления, а также полное соответствие оборудования условиям Контракта, которое подтверждается сертификатом качества завода-изготовителя оборудования;
- гарантия выдается против заводских дефектов, допущенных Продавцом при изготовлении оборудования и выявленных Покупателем в период действия гарантии;
- если в течение гарантийного срока оборудование окажется дефектным или не соответствующим условиям Контракта, Продавец по требованию Покупателя обязуется за свой счет устранить дефекты путем исправления или заменить дефектный товар новым в течение согласованного сторонами срока.
Таким образом, согласно условиям Контракта под определение "дефект изготовления" подпадает любое несоответствие оборудования условиям Контракта, выявленное в течение согласованного сторонами гарантийного срока.
Учитывая изложенное, третейский суд приходит к выводу о том, что несоответствие оборудования предъявляемым к нему требованиям, выявленное Покупателем в течение гарантийного срока оборудования, при его надлежащей эксплуатации является достаточным основанием для утверждения о наличии дефекта изготовления оборудования.
II) Довод Истца о том, что ошибка при выборе материала элемента оборудования была допущена самим Ответчиком и Продавец не должен нести ответственность за выход из строя оборудования по такой причине, коллегия арбитров также находит несостоятельным.
Истцом не представлено убедительных доказательств того, что сторонами был согласован материал корпуса вышедших из строя элементов оборудования.
III) Третейский суд также считает необходимым подчеркнуть, что даже если бы запрос Ответчика и техническое задание к Контракту содержали пожелание Покупателя по выбору материала корпуса вышедших из строя элементов оборудования, то данное обстоятельство все равно не освобождало бы Продавца от своих гарантийных обязательств.
По условиям Контракта Истец обязался спроектировать и поставить Ответчику оборудование согласно техническому заданию к Контракту и гарантировать его работоспособность в течение всего гарантийного периода.
В случае, если бы Продавец был не в силах спроектировать и гарантировать работоспособность такого оборудования с учетом запросов Ответчика, в том числе и по причине выбора неподходящего для таких целей материала, то он не должен был соглашаться с условиями Контракта и гарантировать работоспособность заведомо дефектного оборудования.
3.4. Выводы третейского суда
Учитывая изложенное, третейский суд приходит к выводу, что зафиксированный выход оборудования из строя является гарантийным случаем, в связи с чем осуществленные Продавцом затраты на поставку запасных частей к оборудованию и его ремонт относятся на Истца. В этой связи требование Истца о взыскании с Ответчика задолженности по Контракту удовлетворению не подлежит.
Поскольку требование Истца о взыскании с Ответчика неустойки является акцессорным требованием, вытекающим из требования о взыскании основной задолженности по Контракту, в удовлетворении которого было отказано, данное требование также подлежит отклонению третейским судом.
4. Распределение сборов между сторонами
Коллегия арбитров констатирует, что Истцом в соответствии с § 2 и 5 Положения об арбитражных расходах МКАС уплачены регистрационный и арбитражный сборы.
Согласно п. 1 § 8 Положения об арбитражных расходах МКАС, если стороны не договорились об ином, сборы возлагаются на сторону, против которой состоялось решение третейского суда. Если иск удовлетворен частично, то сборы возлагаются на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований и на истца - пропорционально той части исковых требований, в которой иск не удовлетворен.
Принимая во внимание, что третейским судом не найдено оснований для удовлетворения исковых требований, расходы на уплату регистрационного и арбитражного сборов возлагаются на Истца.
5. Издержки сторон
5.1. Истцом заявлено требование о взыскании с Ответчика издержек, понесенных в связи с проведением арбитражного разбирательства. Сумма этих издержек складывается из стоимости услуг по юридическому сопровождению Истца в рамках данного спора.
Принимая во внимание, что решение по настоящему делу вынесено в пользу Ответчика, руководствуясь принципом возмещения судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принято итоговое решение по делу, и § 11 Положения об арбитражных расходах МКАС, третейский суд считает, что в удовлетворении требования Истца о возмещении его издержек на оплату услуг юридический представителей следует отказать.
5.2. Ответчиком требований о возложении на Истца возмещения издержек, которые он понес в связи с настоящим разбирательством, в частности, расходов, связанных с защитой своих интересов через юридических представителей, в установленный § 11 Положения об арбитражных расходах МКАС срок заявлено не было.
РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ РЕШЕНИЯ
Учитывая изложенное и руководствуясь Законом Российской Федерации "О международном коммерческом арбитраже" от 7 июля 1993 г. N 5338-1, а также § 36 - 37, 42 Правил арбитража, коллегия арбитров Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации
РЕШИЛА:
В удовлетворении требований Компании, имеющей местонахождение на территории Швейцарской Конфедерации, к Публичному акционерному обществу, имеющему местонахождение на территории Российской Федерации, отказать.