Судебная практика ГК РФ

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьей 10 (в редакции, действовавшей в спорный период) Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и исходили из доказанности наличия оснований для привлечения Гребневой Е.Е. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение сделок по выводу денежных средств со счетов должника на подконтрольные общества, повлекших банкротство должника.

Руководствуясь статьями 166, 168, 421, 422, 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", Правилами организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 N 808, Требованиями к схемам теплоснабжения, порядку их разработки и утверждения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22.02.2012 N 154, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ и принимая во внимание обстоятельства, установленные при рассмотрении дела N А66-18991/2019 по иску общества "Регион ТеплоСбыт" к учреждению и обществу "Теплоснаб" о солидарном взыскании убытков, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Согласно абзацу второму пункта 5 статьи 213.25 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) с даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, от имени гражданина осуществляются только финансовым управляющим.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции оценил представлены по делу доказательства и, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходил из отсутствия оснований для признания оспариваемого платежа недействительным по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом суд отметил, что приведенные в основание заявления доводы не свидетельствовали о наличии у спорной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций оценили представленные по делу доказательства и, руководствуясь статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 20.3, 20.4, 99 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 N 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из доказанности причинно-следственной связи между действиями бывшего внешнего управляющего и возникновением убытков на стороне должника и его кредиторов. В частности, суды установили, что Дьячков А.А., исполнявший полномочия единоличного исполнительного органа должника, реализовывал продукцию должника (нефть) по цене ниже рыночной, что в свою очередь повлекло утрату возможности значительного пополнения конкурсной массы. При этом размер убытков определен судом по результатам проведенной судебной экспертизы.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2021, определение от 08.07.2021 отменено, требование признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявления, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались положениями статьей 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", и исходили из недоказанности совокупности условий, необходимых для привлечения упомянутых лиц к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков (в частности, противоправности и недобросовестности действий ответчиков, а также причинно-следственной связи между действиями ответчиков и возникновением убытков).

Разрешая спор в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций оценили представленные по делу доказательства и, руководствуясь пунктом 6 статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что расходы в размере 690 000 руб. связаны с охраной имущества, находящегося у акционерного общества "Акционерный коммерческий банк "КОР" в залоге, а потому подлежат возмещению за счет средств должника, вырученных от реализации этого имущества.

Признавая жалобу Моисеевой А.А. необоснованной, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 20.3 и 60 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и исходили из недоказанности представителем работников должника того обстоятельства, что действия (бездействие) Лебедева Д.А., связанные с поиском, выявлением и возвратом имущества должника в конкурсную массу, не соответствовали критериям добросовестности и разумности.

Отказывая во включении требования в реестр, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, руководствовались статьей 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", учли разъяснения, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и указали на отсутствие в материалах спора доказательств, опровергающих возражения управляющего и независимого кредитора относительно реальности обязательств должника перед аффилированным кредитором. Суды установили транзитный характер перечисления денежных средств, отсутствие (нераскрытие) экономической целесообразности совершения упомянутой сделки и указали, что нетипичные условия договора свидетельствуют об отсутствии намерения сторон создать правоотношения по займу и о создании формального документооборота с недобросовестной целью формирования искусственной кредиторской задолженности и установления контроля над банкротством должника, что является злоупотреблением правом.

По результатам рассмотрения жалобы в порядке статьи 18.1 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции) антимонопольным органом принято решение от 21.01.2020, в соответствии с которым жалоба признана обоснованной, в действиях финансового управляющего установлено нарушение положений пункта 11 статьи 110 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о несостоятельности (банкротстве)), приведшее к неправомерному отказу Руденко А.А. в допуске к торгам.

Отказывая в удовлетворении иска, суды, руководствуясь статьями 168, 170, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходили из того, что оспариваемые сделки были совершены обществом с ограниченной ответственностью "Сельэлектросетьстрой" в рамках мероприятий по преодолению финансового кризиса, сделки по внесению объектов недвижимости в виде вклада в уставный капитал дочерних обществ направлены на увеличение действительной стоимости доли основного общества в уставном капитале в дочернем, при этом доказательства, подтверждающие злоупотребление ответчиками правом, причинения сделками ущерба интересам общества не представлены. Кроме того, суды с учетом наличия отчетности 2017 года и утверждения отчетности 03.04.2018, указали на пропуск истцом срока исковой давности при обращении в суд с иском.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" разъяснено, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Вместе с тем исходя из буквального толкования приведенных выше норм права, а также согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства. По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218, статьей 233, статьей 130, пунктом 1 статьи 131, пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации автомобили относятся к движимому имуществу, в связи с чем при их отчуждении действует общее правило о возникновении у покупателя права собственности с момента передачи ему этого имущества.