Судебная практика ГК РФ

Суды, придя к выводу о необходимости частичного удовлетворения требований, учитывали, в том числе, положения статей 309, 310, 469, 474, 475, 513, 518 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 154 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), и исходили из того, что ответчик обязательство по поставке угольного концентрата выполнил ненадлежащим образом, поскольку в результате приемки товара покупателем было выявлено увеличение показателя стандартного отклонения над урегулированным в договоре; размер соразмерного уменьшения следует определять без учета НДС.

Согласно пункту 1 статьи 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

Суды, удовлетворяя заявление, руководствовались положениями статей 16, 113, 176, 182, 183 АПК РФ, статьи 309.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статей 47, 110 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", разъяснениями, содержащимися в пунктах 9, 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении", правовой позицией, выраженной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июля 2018 г. N 35-П, от 22 июля 2021 г. N 40-П, от 20 июня 2024 г. N 31-П.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 7 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации", статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", статьи 70 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве) и исходил из отсутствия у банка правовых оснований для неисполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, и, как следствие, наличия с его стороны незаконного бездействия.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался пунктом 2 статьи 61.2, статьей 61.6 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из доказанности наличия совокупности условий, необходимой для признания действий бывшей супруги должника недействительными, как совершенных в период неплатежеспособности должника, с целью причинения вреда кредиторам.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды трех инстанций, руководствуясь положениями статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - Земельный кодекс), статьи 3.3 Федерального закона от 25 октября 2001 г. N 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" (далее - Закон N 137), статей 1, 77 Федерального закона от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" (далее - Закон N 7-ФЗ), разъяснениями, изложенными в пунктах 6, 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 г. N 49 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде" (далее - постановление Пленума N 49), пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25), исходили из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие определить лицо, осуществившее загрязнение, источник образования загрязняющих веществ, попадание которых привело к причинению вреда почвам, в связи с чем пришли к выводу о недоказанности причинения вреда природной среде действиями Администрации.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции руководствовался пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", и исходил из того, что оспариваемые платежи совершены в отсутствие встречного предоставления, с целью недопущения возможности обращения взыскания на имущество должника, в результате совершения многочисленных операций по перечислению денежных средств, в том числе оспариваемых в настоящем споре, должник ухудшил свое финансовое положение и стал отвечать признаку неплатежеспособности.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции руководствовался положениями статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", статьи 7 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации", статьи 70 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве), статей 4, 91 Федерального закона от 10 июля 2002 г. N 86-ФЗ "О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)" и исходил из отсутствия у банка правовых оснований для неисполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, и, как следствие, наличия с его стороны незаконного бездействия.

Правовые основы государственной политики в области охраны окружающей среды, обеспечивающие сбалансированное решение социально-экономических задач, сохранение благоприятной окружающей среды, биологического разнообразия и природных ресурсов в целях удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений, укрепления правопорядка в области охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности определяет Федеральный закон от 10 января 2002 года N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды", закрепляющий право каждого гражданина на благоприятную окружающую среду, на ее защиту от негативного воздействия, вызванного хозяйственной и иной деятельностью (преамбула, пункт 1 статьи 11).

Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Камчатского краевого суда от 18 января 2024 года решение отменено в части возложения на Собрание депутатов муниципального района обязанности рассмотреть вопрос о досрочном прекращении полномочий депутата. В этой части принято новое решение, которым прекращены полномочия депутата Костиной Е.Ю. в связи с утратой доверия за несоблюдение ограничений, запретов, неисполнение обязанностей, которые установлены Федеральным законом от 25 декабря 2008 года N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" и Федеральным законом от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации". В остальной части решение оставлено без изменения.

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Н.Н. о признании недействующим пункта 3 приложения N 4 к особенностям возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2018 г. N 1730,

Отказывая в удовлетворении заявления, суд апелляционной инстанций руководствовался положениями статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29 июля 2017 г. N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)"), положениями главы III.2 (в действующей редакции), с учетом разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", и исходил из недоказанности всей совокупности условий, необходимой для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, с чем впоследствии согласился суд округа.

Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьей 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, приведенными в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", и исходили из обстоятельств недобросовестного поведения должника, выразившегося в отчуждении заложенного имущества в отсутствие согласия залогодержателя и умышленном уклонении от исполнения обязательств перед залоговым кредитором.

Согласно статье 2 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон об исполнительном производстве) задачами исполнительного производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, а также в целях обеспечения исполнения обязательств по международным договорам Российской Федерации.