Судебная практика ГК РФ

части первая и вторая статьи 56 ГПК Российской Федерации во взаимосвязи с частью первой статьи 151 и статьей 1069 ГК Российской Федерации предоставляют возможность судам по своему усмотрению разрешать вопрос о том, какие обстоятельства надлежит доказывать потерпевшему для взыскания компенсации морального вреда, а также не выносить имеющих значение для дела обстоятельств на обсуждение.

1. Гражданка Н.В. Левина оспаривает конституционность части 2 статьи 14 Федерального закона от 29 июля 2017 года N 217-ФЗ "О ведении гражданами садоводства и огородничества для собственных нужд и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", согласно которой обязанность по внесению взносов распространяется на всех членов товарищества.

СТАТЬИ 574 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,

ПУНКТОМ 3 СТАТЬИ 38 СЕМЕЙНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,

А ТАКЖЕ ПУНКТОМ 5 СТАТЬИ 1 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА

"О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ПОДРАЗДЕЛЫ 4 И 5 РАЗДЕЛА I ЧАСТИ

1. Общество с ограниченной ответственностью "Газстроймонтаж" (далее также - общество, ООО "ГСМ") оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 5 апреля 2013 года N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд":

1. Гражданин Б.Л. Данильченко оспаривает конституционность положения пункта 2 статьи 1070 ГК Российской Федерации о том, что вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Определением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, заявителю отказано в принятии иска о взыскании компенсации морального вреда, причиненного судьей при возвращении его апелляционной жалобы на судебное постановление по уголовному делу. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы Б.Л. Данильченко для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

1. Автономная некоммерческая организация "Центр арбитражного разбирательства" (далее - АНО "ЦАР") оспаривает конституционность положения части 5 статьи 44 Федерального закона от 29 декабря 2015 года N 382-ФЗ "Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации", согласно которому уполномоченным федеральным органом исполнительной власти утверждаются положение о порядке создания и деятельности Совета по совершенствованию третейского разбирательства, порядок рассмотрения документов, представляемых для рассмотрения указанным Советом вопроса о выдаче рекомендации, предусмотренной частью 6 данной статьи.

1. Решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, было отказано в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью "Престиж плюс" (далее также - ООО "Престиж плюс") к ряду граждан и юридических лиц о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам хозяйственного общества. При этом суды, руководствуясь, в частности, положениями пункта 5 статьи 61.14 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из пропуска ООО "Престиж плюс" срока исковой давности. В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано определением судьи этого суда.

Как предусмотрено ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

И ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 523 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,

Определением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, требование в размере 11 709 600 руб. долга и 1 434 230,84 руб. неустойки признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов; в остальной части заявление оставлено без удовлетворения. При этом суды исходили, в частности, из того, что ООО "ИТЦ" не является участником строительства в том смысле, который придается этому понятию Федеральным законом от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для реализации жилищных прав граждан, в связи с чем его требование о передаче жилых помещений носит реестровый характер и подлежит трансформации в денежное с удовлетворением в составе четвертой очереди.

К.Б. Никулин оспаривает конституционность абзаца третьего пункта 2 статьи 134 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому применительно к требованиям кредиторов по текущим платежам во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий.

И.И. Ваньев оспаривает конституционность статьи 15 "Возмещение убытков" ГК Российской Федерации и пункта 13 статьи 20.6 "Вознаграждение арбитражного управляющего в деле о банкротстве" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 7 (часть 1), 10, 15, 17 (часть 3), 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2), 37 (часть 3), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той части, в какой они допускают возможность взыскания с арбитражного управляющего убытков, которые возникли при установлении суммы процентов по вознаграждению конкурсных управляющих и доказанности существенного превышения вклада одного конкурсного управляющего в достижение целей соответствующей процедуры банкротства перед вкладом другого, а также позволяют уменьшить сумму процентов по вознаграждению конкурсного управляющего.

Кроме того, согласно пункту 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

1. Гражданин А.С. Хребтищев оспаривает конституционность пункта 4 статьи 10 "Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года N 134-ФЗ), а также статей 61.2 "Оспаривание подозрительных сделок должника", 61.3 "Оспаривание сделок должника, влекущих за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами" и 61.11 "Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов" того же Федерального закона.

Положения статьи 302 ГК Российской Федерации, ограничивающей в целях защиты добросовестного приобретателя перечень оснований, которые дают право собственнику истребовать у такого приобретателя имущество, по своему конституционно-правовому смыслу, выявленному в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года N 6-П, направлены на обеспечение стабильности гражданского оборота и установление баланса прав и законных интересов всех его участников (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 2006-О, от 25 апреля 2023 года N 903-О и др.).

Общество с ограниченной ответственностью "Заболотный и Кульман" оспаривает конституционность положений статьи 100 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", регламентирующих установление размера требований кредиторов.

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 15 (часть 3), 34 (часть 1), 35 (часть 2), 45 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают установление размера требований кредиторов без обязательного извещения в порядке, установленном главой 12 АПК Российской Федерации, всех основных участников дела о банкротстве - в том числе заявителя как кредитора, чье требование к должнику было признано судом обоснованным, - а также совершение кредиторами действий, направленных на необоснованное повышение очередности удовлетворения их требований, не принимая во внимание разъяснения, данные в актах Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

1. Гражданин Е.В. Ваганов оспаривает конституционность статьи 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации", предусматривающей, что действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

1. Гражданка О.В. Назарова оспаривает конституционность пункта 1 статьи 165.1 "Юридически значимые сообщения" ГК Российской Федерации, части 3 статьи 24 "Извещения и вызовы в исполнительном производстве", части 1 статьи 66 "Государственная регистрация имущества и имущественных прав" и статьи 122 "Сроки подачи жалобы" Федерального закона от 2 октября 2007 года N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве".

Разрешая спор и удовлетворяя иск, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 10, 15, 393, 425, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 46.1, 46.2 Градостроительного кодекса Российской Федерации, принимая во внимание обстоятельства, установленные при рассмотрении дел N А40-24082/2012, А40-189237/2013, А40-155790/2017, исходил из того, что ответчиком не были исполнены обязательства по инвестиционному контракту, являющемуся, как установили суды при рассмотрении указанных дел, соглашением о развитии застроенной территории; уведомление истца о расторжении инвестиционного контракта по причине неисполнения ответчиком обязанности по предоставлению жилой площади для переселения граждан признано законным; убытки истца, возникшие в связи с исполнением данной обязанности и предоставлением жилой площади для переселения граждан после возбуждения дела о банкротстве ответчика, размер которых обоснован и документально подтвержден, подлежат возмещению. Учитывая установленные по делу фактические обстоятельства, апелляционный суд не усмотрел оснований для применения срока исковой давности в отношении заявленных требований.