Судебная практика ГК РФ

Кроме того, заявитель усматривает нарушение своих конституционных прав абзацем третьим пункта 2 (в жалобе ошибочно именуемого частью 2) статьи 213.11 "Последствия введения реструктуризации долгов гражданина" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, были удовлетворены исковые требования юридического лица к А.В. Левкину и другим ответчикам о прекращении права собственности, признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, погашении записи в Едином государственном реестре недвижимости о государственной регистрации права на земельные участки и признании права собственности на земельные доли. При этом судами первой и апелляционной инстанций было отказано в удовлетворении ходатайств А.В. Левкина об оставлении иска без рассмотрения в связи с его неподведомственностью суду общей юрисдикции, поскольку в отношении него арбитражным судом введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Согласно пункту 2 статьи 58 ГК Российской Федерации при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят все права и обязанности присоединенного юридического лица. С учетом универсального характера такого правопреемства не исключается подтверждение факта правопреемства в том числе документом, выданным органом, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц, в котором содержатся сведения из Единого государственного реестра юридических лиц о реорганизации общества, к которому осуществлено присоединение, в отношении прав и обязанностей юридических лиц, прекративших деятельность в результате присоединения. На это обращается внимание и в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Оспариваемые положения статьи 15, пункта 4 статьи 931, пунктов 1 и 2 статьи 1064, статьи 1072 и абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК Российской Федерации направлены на защиту и обеспечение восстановления нарушенных прав потерпевших, в том числе путем полного возмещения причиненного им источником повышенной опасности вреда, а тем самым - на реализацию закрепленного в Конституции Российской Федерации принципа охраны права частной собственности законом (статья 35, часть 1).

1. Решением мирового судьи от 29 июня 2020 года, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, к гражданину В.В. Попову удовлетворено требование страховой организации о возмещении ущерба, перешедшее ей от потерпевшего на основании подпункта "ж" пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (в соответствии с Федеральным законом от 1 мая 2019 года N 88-ФЗ утратил силу с 1 мая 2019 года).

Т.В. Доронкина оспаривает конституционность статьи 61.10 "Контролирующее должника лицо" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

По мнению заявительницы, положения данной статьи, рассматриваемые во взаимосвязи с нормами статьи 61.11 того же Федерального закона, противоречат статьям 2, 8 (часть 1), 15 (части 1 и 2), 17, 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 45, 46, 50 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по своему буквальному смыслу и смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют произвольно толковать понятие "контролирующее должника лицо" и априори признавать контролирующим должника лицом главного бухгалтера, члена правления организации или иного должностного лица без учета выявленных обстоятельств уголовного дела и исследования фактического участия такого лица в управлении организацией.

По мнению Р.К. Тишкина, ссылающегося на позиции, выраженные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года N 6-П, применение пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации в деле с его участием нарушило его конституционные права. Кроме того, заявитель указывает, что он был признан недобросовестным приобретателем по основаниям, не предусмотренным законом.

И.И. Ваньев оспаривает конституционность пункта 13 статьи 20.6 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и статьи 15 ГК Российской Федерации.

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 7 (часть 1), 10, 15, 17 (часть 3), 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2), 37 (часть 3), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они допускают возможность уменьшения суммы процентов по вознаграждению конкурсного управляющего на основании судебных актов, которыми не установлено причинения конкурсным управляющим убытков должнику.

Повторно оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, проанализировав условия государственного контракта и технического задания к нему, руководствуясь статьями 421, 509 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что обязательство учреждения по оплате оставшегося объема товара не возникло, поскольку соответствующие заявки предпринимателю направлены не были, поставка товара не производилась, контракт не содержит положений об обязательной выборке учреждением определенного количества товара и может быть завершен фактическим исполнением, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необоснованности исковых требований, с чем согласился суд округа.

И.И. Ваньев оспаривает конституционность статьи 7 АПК Российской Федерации, пункта 13 статьи 20.6 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и статьи 15 ГК Российской Федерации.

По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 7 (часть 1), 10, 15, 17 (часть 3), 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2), 37 (часть 3), 45 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они допускают возможность уменьшения суммы процентов по вознаграждению конкурсного управляющего на основании судебных актов, которыми не установлено причинения конкурсным управляющим убытков должнику.

части 1, пунктов 1 и 4 части 3 статьи 39 Федерального закона от 24 июля 2007 года N 221-ФЗ "О кадастровой деятельности", согласно которым, в частности, согласование местоположения границ проводится с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве аренды (если такие смежные земельные участки находятся в государственной или муниципальной собственности и соответствующий договор аренды заключен на срок более чем пять лет).

Кроме того, В.С. Козлова просит признать противоречащим статьям 17 (часть 3), 18, 19 (часть 1) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", поскольку по смыслу, придаваемому ему в судебном постановлении по конкретному делу, он позволяет без рассмотрения в судебном заседании и без оценки доказательств взыскать с одного из супругов компенсацию за расходование задолго до подачи искового заявления (до прекращения семейных отношений) денежных средств.