По материалам решения единоличного арбитра
Международного коммерческого арбитражного суда
при Торгово-промышленной палате Российской Федерации
от 24 мая 2023 года N М-87/2022
В Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС) поступило исковое заявление Общества, имеющего местонахождение на территории Российской Федерации (далее - Истец, Заказчик), к Обществу, имеющему местонахождение на территории Великобритании (далее - Ответчик, Исполнитель, а совместно с Истцом - стороны), о взыскании денежных средств.
Как следует из искового заявления и приложений к нему, между Истцом (Заказчиком) и Ответчиком (Исполнителем) был заключен Договор на оказание услуг (далее - Договор), согласно которому Исполнитель обязался оказать Заказчику консультационные услуги в форме семинара-тренинга для работников Заказчика (далее - работники, слушатели).
Однако, как указал Истец, в нарушение условий Договора услуги Ответчиком были оказаны не в полном объеме.
Обосновывая компетенцию третейского суда по рассмотрению данного спора и МКАС по его администрированию ссылкой на пункты Договора и ст. ст. 309, 310, 723 и 783 ГК РФ (далее - ГК РФ), Истец, считая свои права нарушенными, просил третейский суд взыскать с Ответчика задолженность (неотработанный аванс).
Учитывая отсутствие заявлений сторон о проведении устного слушания по делу, а также достаточность имеющихся в деле доказательств для разрешения спора, третейский суд констатировал возможность проведения разбирательства дела на основе только письменных материалов, без проведения устного слушания по делу.
МОТИВЫ РЕШЕНИЯ
Рассмотрев материалы дела, третейский суд пришел к следующим выводам.
1. При рассмотрении вопроса о процессуальных нормах, применимых при разрешении спора, единоличный арбитр констатирует, что поскольку настоящее арбитражное разбирательство проводится на территории Российской Федерации, то при определении компетенции третейского суда рассматривать настоящий спор, а также процедурных вопросов, применяется Закон Российской Федерации от 7 июля 1993 г. N 5338-1 "О международном коммерческом арбитраже" в редакции Федерального закона от 29 декабря 2015 г. N 409-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу пункта 3 части 1 статьи 6 Федерального закона "О саморегулируемых организациях" в связи с принятием Федерального закона "Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации" (далее - Закон о МКА) с приложенным к нему в качестве неотъемлемой составной части Положением о МКАС.
Принимая во внимание, что иск был подан в МКАС после даты депонирования Правил арбитража, которые применяются к разбирательствам международных споров, единоличный арбитр находит подлежащими применению при разрешении данного спора Правил арбитража.
2. При определении компетенции третейского суда рассматривать настоящий спор единоличный арбитр установил, что в пункте Договора стороны согласовали следующее: "Все споры и разногласия, которые могут возникнуть при исполнении настоящего Договора, разрешаются путем переговоров между сторонами. При недостижении согласия спор разрешается в установленном порядке в коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате Российской Федерации в Москве, с применением российского материального права, в соответствии с регламентом вышеназванного суда, решение которого является окончательным для обеих сторон. Количество арбитров - 1 (один). В случае взыскания денежных средств по требованиям, возникшим из настоящего Договора, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Договором, спор передается на разрешение суда только после предъявления претензии".
Согласно п. 1 ст. 1 Закона о МКА он применяется, если место арбитража находится на территории Российской Федерации. На основании п. 3 ст. 1 Закона о МКА и п. 2 § 1 Правил арбитража в МКАС могут по соглашению сторон передаваться споры из договорных и иных гражданско-правовых отношений, возникающие при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, в том числе споры с участием физических лиц, если коммерческое предприятие хотя бы одной стороны находится за границей либо если любое место, где должна быть исполнена значительная часть обязательств, вытекающих из отношений сторон, или место, с которым наиболее тесно связан предмет спора, находится за границей, а также споры в связи с осуществлением иностранных инвестиций на территории Российской Федерации или российских инвестиций за границей.
Поскольку спор возник из Договора оказания услуг и его стороны находятся в разных государствах (коммерческое предприятие Истца находится в России, а коммерческое предприятие Ответчика - на территории Великобритании), он подпадает под категорию споров, которые в соответствии с п. 2 ст. 1 Закона о МКА и п. 2 § 1 Правил арбитража могут быть рассмотрены третейским судом.
Стороны компетенцию третейского суда по разрешению настоящего спора не оспаривали, возражений в отношении его персонального состава не заявляли.
Третейский суд отмечает, что Истцом неоднократно предпринимались меры к досудебному урегулированию спора, в частности Ответчику были направлены претензионные письма, которые тем не менее были оставлены без удовлетворения.
Исходя из изложенного и руководствуясь п. п. 1, 2 и 3 ст. 1, ст. 7 и п. 1 ст. 16 Закона о МКА, а также п. п. 1 и 2 § 1 Правил арбитража, третейский суд пришел к выводу о наличии у него компетенции рассматривать данный спор в полном объеме.
3. При решении вопроса об уведомлении Ответчика о третейском разбирательстве единоличный арбитр руководствовался ст. ст. 3, 4, ч. 3 ст. 25 Закона о МКА, п. п. 3 и 5 § 10 Правил арбитража.
Материалами дела подтверждается, что копия искового заявления и приложенных к нему документов была направлена Секретариатом МКАС и доставлена Ответчику.
Третейский суд также констатирует, что все иные письма Секретариата МКАС направлялись в адрес Ответчика и, как следует из материалов дела, им получены.
Ответчик представил в МКАС и Истцу свою позицию по существу спора.
С учетом изложенных выше обстоятельств единоличный арбитр пришел к выводу, что Ответчик был надлежащим образом уведомлен МКАС о процедуре арбитражного разбирательства, не заявив каких-либо возражений против этого, и спор может быть рассмотрен по существу.
4. По вопросу о применимом материальном праве третейский суд полагает необходимым отметить следующее.
Согласно п. 1 ст. 28 Закона о МКА и п. 1 § 23 Правил арбитража третейский суд разрешает спор в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора. При этом любое указание на право или систему права какого-либо государства толкуется как непосредственно отсылающее к материальному праву данного государства, а не к его коллизионным нормам.
Стороны в пункте Договора определили в качестве применимого права - право Российской Федерации, указав следующее: "...с применением российского материального права...".
Основываясь на указанных обстоятельствах и принимая во внимание, что Договор между сторонами является Договором оказания услуг, третейский суд приходит к выводу, что при рассмотрении и разрешении спорного дела по вопросам, не урегулированным в Договоре, следует применять положения российского материального права, в частности ГК РФ.
5. Рассмотрев требование Истца о взыскании с Ответчика суммы задолженности, единоличный арбитр пришел к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, между сторонами отсутствует спор о том, что Истец произвел предоплату за услуги. Вместе с тем стороны расходятся в оценке объема оказанных Ответчиком услуг на указанную выше сумму.
Как полагал Истец, Ответчик не полностью оказал услуги. В связи с чем, основываясь на пункте Договора, Истец считал, что сумма денежных средств подлежит возврату, как неотработанный аванс.
Ответчик, не оспаривая вышеуказанные утверждения Истца, кроме требования о возврате неотработанного аванса, полагал, что в силу пункта Договора имел право изменить маршруты, указанные в пункте Договора, если того требует организация программы семинара-тренинга.
Ответчик также считал, что пункт Договора позволяет ему ссылаться на наступление обстоятельств форс-мажора в связи с ограничениями, вызванными распространением коронавирусной инфекции (COVID-19).
По мнению третейского суда, буквальное толкование пункта Договора не позволяет сделать вывод о том, что Ответчик мог в одностороннем порядке изменять согласованные сторонами места проведения семинара-тренинга. Ответчик мог лишь менять маршруты, необходимые для организации семинара-тренинга, но не места его проведения.
Ссылка Ответчика на обстоятельства форс-мажора не может быть принята третейским судом во внимание, поскольку Ответчик не представил каких-либо убедительных доказательств того, что распространение коронавирусной инфекции (COVID-19) сделало невозможным исполнение им своих обязательств по Договору.
Довод Ответчика о том, что невозможность посещения частью работников Истца некоторых предприятий связана с отсутствием у части слушателей ПЦР-тестов, которые Истец (Заказчик) должен был обеспечить им самостоятельно, не подтверждается материалами дела. В связи с чем указанный довод не может быть принят во внимание третейским судом.
Третейский суд отмечает, что акт сдачи-приемки услуг, предусмотренный пунктом Договора, сторонами так и не подписан.
Третейский суд учитывает также, что хотя Ответчик и не признал требования Истца, но тем не менее представил в настоящее арбитражное разбирательство кредитный ваучер, который, по мнению Ответчика, может быть использован Истцом во время следующих поездок (стажировок) его работников в определенный период.
Оценивая такое поведение Ответчика, третейский суд считает возможным определить его как нарушение предусмотренной Договором обязанности по своевременному оказанию услуг в полном объеме, согласованном сторонами в Договоре.
Таким образом, третейский суд, изучив в совокупности и взаимосвязи все имеющиеся в деле документы и доказательства, руководствуясь вышеприведенными условиями Договора и ст. ст. 309, 310 и 779 ГК РФ, приходит к выводу, что требование Истца о взыскании с Ответчика задолженности подлежит удовлетворению.
6. Обратившись к вопросу о распределении регистрационного и арбитражного сборов, единоличный арбитр констатировал, что какие-либо договоренности об их распределении между сторонами отсутствуют. Регистрационный и арбитражный сборы, установленные по настоящему делу, уплачены Истцом полностью.
В соответствии с п. 1 § 8 Положения об арбитражных расходах (Приложение 6 к приказу ТПП РФ от 11.01.2017 N 6), если стороны не договорились об ином, сборы возлагаются на сторону, против которой состоялось решение третейского суда.
Поскольку в соответствии с настоящим решением исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, третейский суд пришел к выводу об обязанности Ответчика возместить Истцу фактически понесенные последним расходы на уплату регистрационного и арбитражного сборов.
О наличии каких-либо иных расходов или издержек по делу стороны не заявляли.
РЕЗОЛЮТИВНАЯ ЧАСТЬ РЕШЕНИЯ
Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст. 31 Закона о МКА и § 36, 37 Правил арбитража, единоличный арбитр Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации
РЕШИЛ:
Взыскать с Общества, имеющего местонахождение на территории Великобритании, в пользу Общества, имеющего местонахождение на территории Российской Федерации, сумму задолженности и расходы на уплату регистрационного и арбитражного сборов.
Единоличный арбитр
Д.Е.БАРАНОВ