ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 июля 2021 г. N 32-УД21-14-А4
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Червоткина А.С.,
судей Кочиной И.Г., Таратуты И.В.,
с участием:
прокурора Полтавец И.Г.,
осужденного Баканова Д.А.,
адвоката Балалайкина А.Ю.,
при секретаре Горностаевой Е.Е.,
рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу адвоката Балалайкина А.Ю. на приговор Саратовского областного суда от 22 сентября 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 ноября 2020 года.
Приговором Баканов Дмитрий Анатольевич, < ... > , несудимый, осужден:
по ст. 116 УК РФ к обязательным работам на 300 часов,
по ч. 1 ст. 119 УК РФ к обязательным работам на 400 часов,
по ч. 1 ст. 139 УК РФ к обязательным работам на 300 часов,
по п. п. "д", "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 18 лет с ограничением свободы на 1 год,
на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний - к лишению свободы на 18 лет 1 месяц с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год, с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре.
С осужденного взыскано:
в пользу потерпевшего М. в возмещение морального вреда 1 500 000 рублей, в счет возмещения ущерба 26 868 рублей 60 копеек,
в пользу М. - 1 800 000 рублей в возмещение морального вреда,
в пользу территориального фонда обязательного медицинского страхования в Саратовской области в возмещение вреда 2 162 рубля 80 копеек.
Принято решение относительно арестованного имущества и вещественных доказательств.
Апелляционным определением приговор изменен:
исключены показания потерпевшего Т., данные им в ходе рассмотрения дела Ртищевским районным судом Саратовской области; из квалификации по ст. 116 УК РФ исключено указание на нанесение побоев; Баканов Д.А. освобожден от наказания по ст. ст. 116, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 139 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ; исключено указание на назначение наказания по правилам ч. 3 ст. 69 УК РФ. В остальной части приговор оставлен без изменения.
Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление осужденного Баканова Д.А. и адвоката Балалайкина А.Ю., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Полтавец И.Г., не усматривающей оснований для изменения или отмены приговора, Судебная коллегия
установила:
С учетом внесенных в приговор изменений Баканов Д.А. осужден:
за совершение из хулиганских побуждений насильственных действий в отношении Т., причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ;
за угрозу убийством в отношении Т. при обстоятельствах, когда у последнего имелись основания опасаться осуществления этой угрозы;
за незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающих в нем М.;
за убийство М. с особой жестокостью из хулиганских побуждений.
Преступления совершены 31 октября 2018 года в г. Ртищево Саратовской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В кассационной жалобе адвокат Балалайкин А.Ю. в защиту интересов осужденного Баканова Д.А. указывает на незаконность возбуждения уголовного дела по ст. 116 УК РФ, поскольку ни потерпевший Т., ни К., привлеченная после его смерти к участию в деле в качестве потерпевшей, с таким заявлением не обращались. Вину Баканова в совершении данного преступления считает недоказанной, поскольку потерпевший Т. в судебном заседании районного суда пояснил, что Баканов его за шею не хватал, а лишь хватал и сжимал куртку в районе груди, говоря при этом, что удушит, при этом он не расценивал действия Баканова, как опасные. Такие же показания дала свидетель Г. Полагает, что при таких обстоятельствах не имелось оснований опасаться угрозы со стороны Баканова. При проверке показаний на месте Т., показывая действия Баканова, брал манекен за шею только потому, что на манекене не было куртки, в связи с чем считает, что действия Баканова в протоколе отражены недостоверно. Вывод суда о том, что потерпевший Т. в судебном заседании подтвердил содержание оглашенных показаний в полном объеме, противоречит аудиозаписи протокола судебного заседания.
Показания потерпевших М., свидетеля К. о незаконном проникновении в жилище Баканова считает противоречивыми, полагает, что они опровергаются показаниями свидетелей Д. и И. Полагает, что выводы суда о виновности Баканова в убийстве сделаны лишь на основании судебно-медицинских экспертиз, которых являются противоречивыми, а экспертные составы незаконными. П. и Т. не являются экспертами бюро СМЭ, в связи с чем руководитель бюро не мог самостоятельно поручить им проведение исследований, при этом они не назначались следователем для проведения экспертиз в порядке, установленном УПК РФ, их кандидатуры со следователем не согласованы. При таких обстоятельствах, по мнению адвоката, следовало признать первые две экспертизы недопустимыми доказательствами и назначить повторную комиссионную экспертизу, о чем ходатайствовала сторона защиты, однако в удовлетворении данных ходатайств было необоснованно отказано. Из показаний эксперта Я. нельзя однозначно сказать, выжил ли бы М. при условии правильно оказанной медицинской помощи. При таких обстоятельствах считает, что действия Баканова необоснованно квалифицированы по ч. 2 ст. 105 УК РФ. Выражает несогласие с выводами суда о совершении преступления с особой жестокостью.
Указывает, что при первоначальном рассмотрении уголовного дела стороной защиты заявлялось ходатайство о проведении в отношении Баканова повторной комплексной стационарной психолого-психиатрической экспертизы в институте им. В.П. Сербского, в то время как суд необоснованно назначил дополнительную экспертизу.
При вынесении приговора и назначении наказания судом не учтено плохое состояние здоровья матери осужденного, назначенное наказание является чрезмерно суровым.
Просит учесть, что требования гражданского истца о возмещении ущерба Бакановым полностью выполнены. Размер компенсации морального вреда считает завышенным.
На основании изложенного просит приговор и апелляционное определение отменить и дело передать на новое судебное разбирательство, в противном случае переквалифицировать действия Баканова на ч. 4 ст. 111 УК РФ, смягчить назначенное наказание и снизить размер компенсации морального вреда.
В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Вальков Н.А. просит оставить приговор без изменения, считая его законным и обоснованным, а доводы кассационной жалобы - несостоятельными.
Заслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела Судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
Таких нарушений в ходе судопроизводства по уголовному делу не допущено.
Состав преступления, предусмотренный ст. 116 УК РФ, был установлен в действиях Баканова после смерти потерпевшего Т.
Преступление, предусмотренное ст. 116 УК РФ, относится к категории дел частно-публичного обвинения, которые возбуждаются по заявлению потерпевшего.
Согласно ч. 2 ст. 318 УПК РФ в случае смерти потерпевшего уголовное дело возбуждается путем подачи заявления его близким родственником.
Близким родственником Т. является его сестра К., которая после смерти своего брата была признана потерпевшей. Она же в соответствии с положениями ч. 2 ст. 318 УПК РФ выразила свою волю относительно уголовного преследования Баканова по ст. 116 УК РФ, подав заявление о привлечении его к уголовной ответственности.
Таким образом, вопреки доводам кассационной жалобы, нарушений процедуры возбуждения уголовного дела, предусмотренного ст. 116 УК РФ, не допущено.
Доводы кассационной жалобы в части осуждения Баканова по ст. 116 УК РФ со ссылками на показания потерпевшего Т., данные в районном суде при первоначальном рассмотрении уголовного дела, на протокол и аудиозапись первоначального судебного заседания являются недопустимыми, поскольку приговор, вынесенный по итогам первого разбирательства был отменен ввиду рассмотрения дела незаконным составом суда. При таких обстоятельствах протокол судебного заседания в районном суде является недопустимым доказательством. Исходя из этого Судебная коллегия суда апелляционной инстанции исключила из числа доказательств, приведенных в обжалуемом приговоре, показания Т., данные им в ходе первоначального рассмотрения дела.
Повторно, в областном суде уголовное дело рассматривалось в отсутствие Т. ввиду его смерти, в связи с чем его показания, данные, в ходе предварительного следствия, были оглашены. Решение суда в этой части является обоснованным, поскольку показания Т. в ходе предварительного следствия были получены с соблюдением требований УПК РФ.
Протокол проверки показаний на месте прочитан и подписан Т., замечаний не поступило. Зафиксированные в данном протоколе показания потерпевшего аналогичны тем, что даны им ранее в ходе допроса. Таким образом, вопреки доводам адвоката, у суда не имелось оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего, а, следовательно, и в правильности отражения в протоколе действий Баканова.
Из оглашенных показаний Т., данных в ходе расследования уголовного дела, следует, что Баканов начал беспричинно приставать к нему, резко схватил за руки и поцарапал их, отчего он испытал боль. О дальнейших событиях потерпевший Т., свидетель К. со слов Т., очевидцы событий Г. и Р., свидетель Г. со слов Г. пояснили, что Баканов беспричинно схватил Т. за куртку в районе груди и стал курткой сдавливать шею потерпевшего, высказывая при этом угрозы убийством.
Показания потерпевшего Т. и вышеуказанных свидетелей обоснованно признаны судом достоверными, поскольку оснований для оговора Баканова вышеуказанными лицами не имеется, их показания дополняют друг друга, согласуются между собой и с другими доказательствами, в том числе с заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей наличие ссадин на голове и руках Т., которые могли возникнуть при описанных потерпевшим обстоятельствах.
Оценив все исследованные доказательства в данной части обвинения, суд правильно пришел к выводу о доказанности вины Баканова в совершении в отношении Т. насильственных действий, причинивших физическую боль, и угрозы убийством. Исходя из конкретных обстоятельств преступления, суд правильно счел, что у потерпевшего имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.
Действия Баканова в отношении Т. правильно квалифицированы судом по ст. 116 УК РФ и ч. 1 ст. 119 УК РФ.
Выводы суда о виновности Баканова в незаконном проникновении в жилище М. и в убийстве М., как правильно отмечено адвокатом, основаны на показаниях потерпевших и свидетеля К.
Из показаний потерпевшего М. и свидетеля К., следует, что М. сказал им, что задержанный мужчина ему незнаком, что он ворвался в дом и сразу начал его бить.
Потерпевшая М. также показала, что Баканов вошел в их дом незаконно и просила привлечь его к уголовной ответственности за нарушение неприкосновенности жилища.
Показания данных лиц, вопреки мнению защиты, согласуются между собой и с показаниями свидетеля О., которая видела, что сразу после проникновения Баканова в дом М. в просвете окна начали метаться фигуры двух мужчин, а также с показаниями свидетелей И. и Д., которые задержали Баканова на месте преступления, а суду пояснили, что Баканов не реагировал на их требования о прекращении преступных действий, продолжал наносить удары по ребрам М. и кричал при этом, что убьет его. В их присутствии М. сказал, что избил его задержанный, с которым он незнаком. Такие же пояснения М. дал и фельдшеру скорой помощи Л., прибывшей на вызов, и медицинским работникам больницы, в которую был доставлен для оказания медицинской помощи, Ж. и К.
Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы смерть М. наступила от тупой сочетанной травмы тела (грудной клетки и живота), относящейся к категории тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения. На его теле также обнаружены повреждения, которые не причинили вреда здоровью или причинили легкий вред. Все повреждения, обнаруженные на теле М. являются прижизненными и возникли не менее чем от 67 травматических воздействий (т. 3 л.д. 93 - 99).
В ходе проведения комиссионной медицинской и комплексной комиссионной медицинской экспертиз эксперты пришли к выводам о том, что недостатки оказания медицинской помощи не состоят в причинной связи с наступившими последствиями в виде смерти М. (т. 3 л.д. 174 - 185, т. 4 л.д. 229 - 240).
Доводы адвоката о недопустимости вышеприведенных экспертных заключений были предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и обоснованно ими отвергнуты, поскольку противоречат материалам дела.
Судами правильно установлено, что все три заключения выполнены компетентными специалистами. В состав экспертных комиссий были правомерно, с согласия и по поручению следователя, включены специалисты П. и Т. (т. 3 л.д. 172, т. 4 л.д. 227). Выводы экспертов, изложенные в каждом из заключений, являются непротиворечивыми, взаимодополняющими. При таких обстоятельствах у суда не имелось оснований для признания имеющихся заключений недопустимыми доказательствами и назначения повторной экспертизы, в связи с чем в удовлетворении такого ходатайства стороне защиты было обоснованно отказано.
Оценив экспертные заключения в совокупности с другими исследованными доказательствами суд правильно установил, что смерть М. наступила от умышленных действий Баканова.
Принимая во внимание характер и большое количество причиненных М. повреждений, их тяжесть и прижизненность, суд пришел к обоснованному выводу о направленности умысла Баканова на причинение смерти М. с особой жестокостью.
Мотив действий осужденного верно оценен судом как хулиганский, о чем свидетельствуют показания допрошенных потерпевших и свидетелей.
Действия Баканова правильно квалифицированы судом по ч. 1 ст. 139 УК РФ как незаконное проникновение в жилище и по п. п. "д", "и" ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство с особой жестокостью из хулиганских побуждений.
Таким образом, судом при рассмотрении уголовного дела не допущено нарушения требований Уголовно-процессуального кодекса при оценке доказательств, на основании их правильно установлены фактические обстоятельства дела, действиям осужденного дана правильная квалификация.
Доводы стороны защиты о непричастности Баканова к преступлениям судом рассмотрены и отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения, в описательно-мотивировочной части приговора приведены мотивы решений по указанным вопросам.
Исследовав данные о личности осужденного, о состоянии его здоровья, заключение основной и дополнительной психолого-психиатрических экспертиз, суд сделал правильный вывод о том, что Баканов является вменяемым и должен нести уголовную ответственность за содеянное.
Заключение основной экспертизы является обоснованным и непротиворечивым, в связи с чем у суда не имелось оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 207 УПК РФ для назначения по делу повторной экспертизы.
При назначении наказания суд учитывал характер и степень общественной опасности преступлений, данные о личности осужденного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на его исправление.
Суд правильно установил перечень обстоятельств, смягчающих наказание, и в полной мере учел их при назначении наказания.
Признание факта совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, обстоятельством, отягчающим наказание, судом мотивировано.
Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. ст. 64, 73 УК РФ суд не усмотрел, не усматривает их и Судебная коллегия.
Таким образом, нарушений положений Уголовного закона при назначении наказания не допущено, по своему виду и размеру оно соответствует характеру, степени общественной опасности и обстоятельствам содеянного Бакановым, данным о его личности, в связи с чем оснований для смягчения наказания не имеется.
Решение в части гражданских исков соответствует требованиям ст. ст. 1064, 151, 1099 и 1101 ГК РФ.
Размер материального вреда, взысканного в пользу ТФОМС в Саратовской области и в пользу М. определен в соответствии с документально подтвержденными затратами, понесенными на лечение и похороны М.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывал характер и степень нравственных страданий М. и М. по поводу смерти близкого родственника, а также требования разумности и справедливости. Взысканные судом суммы таким требованиям отвечают, оснований для их снижения не имеется.
При рассмотрении дела в апелляционном порядке нарушения положений уголовного и уголовно-процессуального закона не допущено. Все доводы апелляционного представления и жалобы рассмотрены. Апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Саратовского областного суда от 22 сентября 2020 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 ноября 2020 года в отношении Баканова Дмитрия Анатольевича оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Балалайкина А.Ю. - без удовлетворения.