По материалам решения коллегии арбитров
Международного коммерческого арбитражного суда при
Торгово-промышленной палате Российской Федерации
от 21 февраля 2019 года N М-142/2018
В Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС) поступило исковое заявление Компании, имеющей местонахождение на территории Республики Корея (далее - Истец), к Обществу, имеющему местонахождение на территории Российской Федерации (далее - Ответчик), о взыскании денежных средств (долл. США).
Между Истцом (Исполнителем) и Ответчиком (Заказчиком) (далее вместе - стороны) был заключен Договор морской перевозки (далее - Договор), в соответствии с которым Истец (далее также - Исполнитель) обязуется принять от отправителя груз в порту отправки, доставить в порт назначения и выдать его получателю, а Ответчик (далее также - Заказчик) обязуется оплатить перевозку груза в объеме и за плату, установленную в приложениях к Договору.
Истец указывает, что стороны продлили действие Договора на неопределенный срок в порядке, установленном пунктом 3 статьи 434 и пунктом 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), когда письменная оферта в виде счета Истца была акцептована Ответчиком путем оплаты соответствующих услуг со ссылкой на Договор.
Истец сообщил, что для непосредственного осуществления морской перевозки Истец привлекал перевозчика - компанию (далее - Перевозчик), которая за получаемую от Истца плату доставляла грузы Ответчика в порт Владивосток и выдавала их последнему, также выпуская свой коносамент на этот груз. Истец также отметил, что в выдававшихся им коносаментах имелись ссылки на номера коносаментов Перевозчика и указание на сумму, подлежащую уплате Ответчиком.
Истец утверждал, что факт наличия задолженности был признан Ответчиком в соглашении о порядке погашения задолженности, в котором Ответчик гарантировал оплату на сумму долларов США до определенной даты, однако до настоящего времени денежные средства, по словам Истца, от Ответчика не поступили.
Как указал Истец, претензия осталась без ответа.
Истец обратился в МКАС на основании пункта Договора, предусматривающего рассмотрение споров в МКАС, с требованиями о взыскании с Ответчика денежных средств, а также регистрационного, арбитражного сборов и "услуг представителя в общей сумме".
Письмом МКАС Истец был проинформирован, что его исковое заявление зарегистрировано, Истцу было предложено уплатить арбитражный сбор и избрать арбитров.
Представитель Истца поддержал заявленные исковые требования о взыскании с Ответчика задолженности за перевозки контейнеров, регистрационного и арбитражного сборов. По мнению Истца, факт исполнения Истцом обязательств по перевозке контейнеров для Ответчика подтверждается материалами дела, в том числе распоряжениями о выдаче груза Ответчику и распечаткой данных из информационной системы.
Отвечая на вопросы арбитров об относимости спорных перевозок 2016 - 2018 гг. к Договору, срок действия которого истек в 2015 г., представитель Истца сослался на то, что представленные в материалы дела коносаменты соответствуют условиям Договора и что при оплате других счетов за имевшие место в этот же период аналогичные перевозки Ответчик ссылался на номер Договора. Представитель Истца также пояснил, что заявки Ответчика и инвойсы Истца направлялись по электронной почте и что Договор фактически является договором транспортной экспедиции, а не морской перевозки.
МОТИВЫ РЕШЕНИЯ
Рассмотрев материалы дела и выслушав объяснения представителя Истца в заседании, коллегия арбитров МКАС (далее также - третейский суд) пришла к следующим выводам.
1. При определении процессуальных норм, подлежащих применению к данному разбирательству, третейский суд исходил из того, что иск был предъявлен в МКАС, который является самостоятельным, постоянно действующим арбитражным учреждением, осуществляющим деятельность по администрированию международного коммерческого арбитража и других видов третейского разбирательства в соответствии с Законом Российской Федерации от 7 июля 1993 г. N 5338-1 "О международном коммерческом арбитраже" (далее - Закон о МКА) и Федеральным законом от 29 декабря 2015 г. N 382-ФЗ "Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации" (пункт 1 Положения о МКАС - Приложение I к Закону о МКА, пункт 1 Положения об организационных основах деятельности МКАС - Приложение 1 к Приказу ТПП РФ от 11 января 2017 г. N 6). Функции по администрированию арбитража рассматриваемых в МКАС споров осуществляет Секретариат МКАС (пункт 1 § 9 Положения об организационных основах деятельности МКАС).
Поскольку место арбитража находится на территории Российской Федерации (далее - РФ), то к данному спору применим Закон о МКА в силу пункта 1 статьи 1. Коллегия арбитров констатировала, что применению подлежит Закон о МКА в редакции Федерального закона от 29 декабря 2015 г. N 409-ФЗ, вступившей в силу согласно пункту 1 статьи 13 названного Закона с 1 сентября 2016 г., если иное прямо не установлено самим Законом о МКА.
При определении подлежащих применению Правил арбитража коллегия арбитров МКАС исходит из того, что на дату, указанную в письме МКАС, как дату регистрации искового заявления, действовали Правила арбитража международных коммерческих споров (Приложение 2 к Приказу ТПП РФ от 11 января 2017 г. N 6), депонированные распоряжением Минюста России от 27 января 2017 г. N 109-р и, соответственно, вступившие в силу с этой даты согласно § 47 названных Правил (далее - Правила арбитража).
Согласно § 47 Правил арбитража они применяются к арбитражным разбирательствам с даты депонирования, если стороны не договорились об ином, либо если иное не вытекает из существа их положений или применимого законодательства об арбитраже. Обстоятельств, препятствующих применению к данному спору Правил арбитража, Коллегией арбитров МКАС не выявлено.
Согласно пункту 4 § 1 Правил арбитража они применяются совместно с Положением об организационных основах деятельности МКАС и Положением об арбитражных расходах (Приложения 1 и 6 к Приказу ТПП РФ от 11 января 2017 г. N 6).
2. При рассмотрении вопроса о своей компетенции рассматривать спор по иску, предъявленному в МКАС, третейский суд исходил из пункта 1 статьи 16 Закона о МКА, согласно которому третейский суд (единоличный арбитр или коллегия арбитров) может сам вынести постановление о своей компетенции, в том числе по любым возражениям относительно наличия или действительности арбитражного соглашения.
С учетом размера заявленного требования и в отсутствие доказательств о наличии договоренности сторон об ином, третейский суд был сформирован в составе трех арбитров (пункт 2 § 16 Правил арбитража). Истец делегировал свое право на избрание основного арбитра и запасного арбитра Комитету по назначениям. Ввиду неизбрания Ответчиком арбитров в установленный пунктом 5 § 16 Правил арбитража срок основной и запасной арбитры были назначены за него Комитетом по назначениям в соответствии с пунктом 6 § 16 Правил. Председатель третейского суда и запасной председатель были назначены Комитетом по назначениям в соответствии с пунктом 7 § 16 Правил из списка арбитров по международным коммерческим спорам. Функции арбитров были приняты арбитрами в соответствии с пунктом 2 § 3 Положения об организационных основах деятельности МКАС. Отводы арбитрам не заявлялись. Разбирательство по делу проходит в пределах срока, установленного § 35 Правил арбитража, и, соответственно, в пределах мандата третейского суда.
Как установил третейский суд, Истец утверждает о наличии компетенции третейского суда рассматривать спор, ссылаясь на пункт Договора, содержащий следующее арбитражное соглашение сторон на английском и русском языках:
"The applicable legislation shall be the Law of the Russian Federation. Adjudgement location is ICAC at the Chamber of Commerce and Industry of the Russian Federation.
Принимаемым правом является право РФ. Местом рассмотрения всех споров является МКАС при ТПП РФ в соответствии с его регламентом".
Согласно пункту Договора в случае противоречий между двумя текстами предпочтение отдается английскому варианту.
Третейский суд констатировал, что в пункте прямо выражена воля сторон Договора на передачу споров из него в МКАС, который является институциональным арбитражным учреждением, и, соответственно, в пункте содержится арбитражное соглашение сторон о передаче споров на рассмотрение в МКАС.
Вместе с тем Истец признает, что перевозки, в связи с частичной неоплатой которых возник спор, имели место после окончания срока действия Договора, определенного в пункте. Со слов представителя Истца, на протяжении 2016 - 2018 гг. Истец по заявкам Ответчика, направленным по электронной почте, перевозил контейнеры с грузом, а Ответчик получал грузы и оплачивал перевозку по инвойсам Истца с указанием реквизитов Договора в платежных документах. По мнению Истца, стороны продолжали взаимодействовать по Договору и таким образом продлили срок действия Договора на неопределенный срок.
Изучив условия Договора, обстоятельства его исполнения и документы, представленные в подтверждение практики отношений сторон в период после окончания срока действия Договора, третейский суд пришел к следующим выводам.
Согласно пункту Договора "Исполнитель обязуется принять Груз, который ему передаст Отправитель в Порту отправки, доставить его в Порт назначения и выдать его Получателю, а Заказчик обязуется оплатить перевозку Груза в объеме и за плату, установленную в Приложениях к Договору".
Согласно пункту Договора "При приемке Груза исполнитель оформляет коносамент, подлежащий согласованию с Заказчиком, и передает его Отправителю. Все условия, определенные в коносаменте, являются неотъемлемой частью Договора".
В приложении к Договору согласованы тарифы на транспортировку груза с указанием конкретных портов отправки и назначения.
Изложенное, по мнению третейского суда, является достаточным доказательством того, что стороны таким образом распространили действие Договора в целом и его условие об арбитраже, в частности, на правоотношения, существовавшие между ними в период после истечения срока действия Договора.
Согласно части 2 пункта 4 Приложения I к Закону о МКА в МКАС, в том числе, могут быть переданы в соответствии с арбитражными соглашениями, заключенными до 1 сентября 2016 г., любые споры, которые могли быть рассмотрены в порядке международного коммерческого арбитража в соответствии с указанным Законом, действовавшим на момент их заключения.
На момент заключения Договора и инкорпорированного в нем арбитражного соглашения действовал Закон РФ "О международном коммерческом арбитраже" в редакции 1993 г. (далее - Закон о МКА 1993 г.), содержащий следующие предписания.
Пунктом 2 статьи 1 Закона о МКА 1993 г. было установлено, что в международный коммерческий арбитраж, в частности, могут передаваться споры из договорных и других гражданско-правовых отношений, возникающие при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, если коммерческое предприятие хотя бы одной из сторон находится за границей.
Как следует из материалов дела, спор возник из договорных гражданско-правовых отношений (из Договора морской перевозки) при осуществлении внешнеторговых связей, поскольку коммерческое предприятие Истца находится за границей (в Корее).
Соответственно, рассматриваемый спор относился к предметной и субъектной компетенции МКАС, как она определена Законом о МКА 1993 г.
В пункте 2 статьи 7 Закона о МКА 1993 г. устанавливалось, что арбитражное соглашение заключается в письменной форме и считается заключенным в таковой, если оно содержится в документе, подписанном сторонами, или заключено, в том числе, путем обмена исковым заявлением и отзывом на иск, в которых одна из сторон утверждает о наличии соглашения, а другая против этого не возражает.
Поскольку рассматриваемое арбитражное соглашение включено в Договор, составленный в письменной форме и подписанный уполномоченными представителями сторон, то данное соглашение также заключено в письменной форме.
Исходя из изложенного, третейский суд пришел к выводу, что возникший спор мог быть рассмотрен МКАС на основании пункта 2 статьи 1 Закона о МКА 1993 г. Соответственно, такой спор может быть предметом разбирательства в МКАС в силу подпункта 2) пункта 4 Положения о МКА (Приложение I к Закону о МКА).
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 1, статьей 7 Закона о МКА 1993 г., пунктом 1 статьи 16 Закона о МКА, подпунктом 2) пункта 4 Положения о МКА (Приложение I к Закону о МКА), пунктом 3 § 1 Правил арбитража, третейский суд МКАС пришел к выводу о наличии у него компетенции по рассмотрению данного спора в рамках арбитражного разбирательства, администрируемого МКАС.
По вопросу об отсутствии представителей Ответчика в заседании арбитража третейский суд констатировал следующее.
Исковые материалы и повестка МКАС направлялись Ответчику по адресу, являющемуся согласно представленной выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 29 октября 2018 г. его зарегистрированным адресом. Этот же адрес фигурирует в реквизитах Ответчика в Договоре. Однако ни исковые материалы, ни повестка МКАС согласно имеющимся в деле уведомлениям не были вручены ввиду отсутствия адресата.
Согласно пункту 1 статьи 3 Закона о МКА если стороны не договорились об ином, любое письменное сообщение считается полученным, если оно доставлено адресату лично или на его коммерческое предприятие, а когда таковые не могут быть установлены путем разумного наведения справок, письменное сообщение считается полученным, если оно направлено по последнему известному местонахождению коммерческого предприятия заказным письмом или любым иным образом, предусматривающим регистрацию попытки доставки этого сообщения, в день такой доставки (фиксации попытки доставки).
По мнению третейского суда, представленная в дело выписка из ЕГРЮЛ является достоверным и достаточным подтверждением последнего известного местонахождения Ответчика.
Согласно пункту 5 § 10 Правил арбитража сообщение считается полученным в день, когда оно получено стороной или когда оно должно было быть получено при направлении в соответствии с предыдущими пунктами настоящего параграфа, в том числе, если лицо не явилось за получением сообщения, отказалось от его получения либо не находится или не проживает по соответствующему адресу.
Исковые материалы и повестка о слушании дела были направлены Ответчику в соответствии с пунктом 1 § 6 и пунктом 3 § 10 Правил арбитража, попытка доставки исковых материалов и повестки МКАС зафиксирована надлежащим образом, последняя попытка доставки повестки имела место 29 ноября 2018 г., соответственно, повестка считается полученной Ответчиком в этот день.
Согласно пункту 2 § 30 Правил арбитража о времени и месте проведения устного слушания стороны извещаются заблаговременно повестками, направляемыми с таким расчетом, чтобы каждая из сторон получила соответствующее уведомление, как правило, не менее чем за 20 дней до даты устного слушания.
Таким образом, Ответчик был надлежащим образом извещен о времени и месте устного слушания с соблюдением правила о заблаговременном извещении, установленного пунктом 2 § 30 Правил арбитража.
Согласно пункту 4 § 30 Правил арбитража неявка стороны, надлежащим образом извещенной о времени и месте устного слушания, не препятствует его проведению и вынесению арбитражного решения, если только неявившаяся сторона не заявила заблаговременно в письменной форме ходатайство об отложении устного слушания дела по причине, признанной третейским судом уважительной. Такое письменное ходатайство об отложении устного слушания от Ответчика не поступало.
Согласно статье 25 Закона о МКА если стороны не договорились об ином, когда без уважительной причины любая сторона не является на слушание или не представляет документальные доказательства, третейский суд может продолжить разбирательство и вынести решение на основе имеющихся у него доказательств. Непредставление Ответчиком при этом возражений по иску не рассматривается третейским судом само по себе как признание утверждений Истца.
Исходя из изложенного и на основании пункта 1 статьи 3, статьи 25 Закона о МКА, пунктов 2 и 4 § 30 Правил арбитража третейский суд пришел к выводу о возможности проведения устного слушания дела в отсутствие представителей Ответчика и вынесения арбитражного решения на основе представленных Истцом доказательств.
2. Согласно пункту 1 статьи 28 Закона о МКА и пункту 1 § 23 Правил арбитража третейский суд разрешает спор в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора.
Как указывалось выше, вопрос о применимом праве согласован сторонами в пункте Договора - это право Российской Федерации. Такая договоренность явно выражена сторонами в англоязычной редакции указанного пункта, имеющего приоритет в силу пункта Договора. С учетом характера Договора применению подлежит российское гражданское законодательство.
Согласно пункту 3 статьи 28 Закона о МКА и пункту 3 § 23 Правил арбитража во всех случаях третейский суд принимает решение в соответствии с условиями договора и с учетом применимых обычаев.
3. При рассмотрении требования Истца о взыскании с Ответчика денежных средств, составляющих задолженность по оплате перевозок морских контейнеров по Договору, третейский суд исходил из следующего.
Коллегией арбитров установлено, что Истец и Ответчик заключили Договор морской перевозки. Как следует из пункта Договора, в обязанности Истца вменялось следующее: приемка груза в порту отправки, доставка груза в порт назначения и выдача груза.
Коллегия арбитров полагает, что перечень перечисленных обязательств выходит за рамки обязательств из Договора морской перевозки грузов. С учетом мнения представителя Истца, арбитры считают, что Договор по своей правовой природе является договором транспортной экспедиции (глава 41 ГК РФ), Истец обязался предоставить Ответчику услуги, связанные с экспедированием груза, соответствующие перечисленным в статье 801 ГК РФ.
Данный вывод следует также из анализа пунктов Договора, согласно которым условия коносамента являются частью Договора, а ответственность для Истца наступает за нарушение сроков перевозки груза, несвоевременное предоставление судна для приема груза, непредоставление надлежащего количества контейнеров и просрочку доставки груза с момента принятия до момента его выдачи.
Представленные Истцом доказательства позволяют коллегии арбитров прийти к выводу, что Истец выполнил свои обязательства по отправкам в споре, у него возникло право на вознаграждение. В материалах дела отсутствуют доказательства об ином.
Согласно пунктам Договора оплата производится на основании выставленного инвойса в течение 60 банковских дней в долларах США.
Как следует из представленных в дело инвойсов и банковских выписок за спорный период, Ответчиком был оплачен только один из 47 выставленных ему инвойсов. Таким образом, задолженность Ответчика на дату рассмотрения спора составляет взыскиваемую Истцом сумму.
Исходя из изложенного и на основании пунктов 3.1 и 3.4 Договора, статьи 801 ГК РФ третейский суд признает требование Истца о взыскании с Ответчика денежных средств обоснованным и подлежащим удовлетворению.
6. Согласно пункту 1 § 8 Положения об арбитражных расходах если стороны не договорились об ином, сборы возлагаются на сторону, против которой состоялось решение третейского суда. Исковые требования удовлетворены в полном объеме.
Поскольку третейскому суду не представлены доказательства наличия между сторонами договоренности об ином распределении сборов, указанные расходы Истца возлагаются на Ответчика в полном объеме.
Резолютивная часть решения
Учитывая вышеизложенное и руководствуясь статьями 31, 32 Закона Российской Федерации "О международном коммерческом арбитраже", § 36, 37 Правил арбитража международных коммерческих споров, коллегия арбитров Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации
РЕШИЛА:
Взыскать с Ответчика - Общества, имеющего местонахождение на территории Российской Федерации, в пользу Истца - Компании, имеющей местонахождение на территории Республики Корея, денежные средства, а также денежные средства в возмещение расходов Истца на уплату регистрационного и арбитражного сборов.