КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 сентября 2024 г. N 2463-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
ТЮМЕНЦЕВОЙ ОЛЬГИ АЛЕКСЕЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ СТАТЬЕЙ 1005 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
И СТАТЬЕЙ 7 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА "О ПОТРЕБИТЕЛЬСКОМ
КРЕДИТЕ (ЗАЙМЕ)"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, М.Б. Лобова, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки О.А. Тюменцевой к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка О.А. Тюменцева оспаривает конституционность следующих положений:
статьи 1005 "Агентский договор" ГК Российской Федерации, а фактически - пункта 1 данной статьи;
статьи 7 "Заключение договора потребительского кредита (займа)" Федерального закона от 21 декабря 2013 года N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", а фактически - частей 2 и 2.7 данной статьи.
Решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении исковых требований О.А. Тюменцевой к обществу с ограниченной ответственностью и банку о взыскании упущенной выгоды, реального ущерба, судебных расходов и компенсации морального вреда.
Суды исходили в том числе из того, что факт нарушения прав потребителя со стороны ответчиков, являющихся, соответственно, продавцом по договору купли-продажи и кредитором по кредитному договору, не нашел своего подтверждения, поскольку данные организации не являются субъектами спорных отношений по договору оказания услуг (предоставление независимой гарантии в обеспечение обязательств по кредитному договору), заключенному заявительницей с другим обществом.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам данного суда.
По мнению О.А. Тюменцевой, оспариваемые положения статьи 1005 ГК Российской Федерации не соответствуют статьям 29 (часть 4) и 35 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они позволяют судам приходить к выводам о том, что действия продавца, выступающего агентом, по навязыванию потребителю дополнительных платных услуг и сокрытию информации о таких услугах порождают ответственность принципала.
Кроме того, заявительница утверждает, что оспариваемые нормы статьи 7 Федерального закона "О потребительском кредите (займе)" не соответствуют статье 29 (часть 4) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют судам приходить к выводам, что финансовая организация не несет ответственности за неполное и недостоверное раскрытие информации в документах (анкете-заявлении и кредитном договоре) о дополнительных платных услугах, включенных в стоимость кредита, если у финансовой организации отсутствуют договорные отношения с третьим лицом, предоставляющим такие услуги.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Пункт 1 статьи 1005 ГК Российской Федерации, содержащий общие положения об агентском договоре, определяющие в том числе понятие агентского договора и сторону, приобретающую права и являющуюся обязанной по сделке, совершенной агентом с третьим лицом в том или ином случае (от своего имени и за счет принципала либо от имени и за счет принципала), направлен на надлежащее правовое регулирование отношений в указанной сфере, обеспечение баланса интересов сторон договора.
Положения частей 2 и 2.7 статьи 7 Федерального закона "О потребительском кредите (займе)" направлены на обеспечение баланса прав и законных интересов сторон договора потребительского кредита (займа), в том числе на защиту права заемщика на полную и достоверную информацию о дополнительных услугах, оказываемых при предоставлении потребительского кредита (займа).
Таким образом, оспариваемые нормы не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы, в деле с участием которой суды, в частности, установили, что договор об оказании комплексной услуги, предполагающей выдачу независимой гарантии, был заключен путем акцепта оферты, выраженной в заявлении О.А. Тюменцевой. Кроме того, суд апелляционной инстанции обратил внимание на то, что уплаченные денежные средства в размере стоимости услуги были ей возвращены.
Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Тюменцевой Ольги Алексеевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН