КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 4 июля 2023 г. N 1784-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ГОНЧАРОВА ЕВГЕНИЯ МИХАЙЛОВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПОЛОЖЕНИЯМИ СТАТЬИ 208, ПУНКТА 3
СТАТЬИ 834 И ПУНКТА 2 СТАТЬИ 859 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
заслушав заключение судьи Л.О. Красавчиковой, проводившей на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы гражданина Е.М. Гончарова,
установил:
1. Гражданин Е.М. Гончаров оспаривает конституционность следующих норм Гражданского кодекса Российской Федерации:
статьи 208, а фактически - ее положения, согласно которому исковая давность не распространяется на требования вкладчиков к банку о выдаче вкладов (абзац третий);
пункта 3 статьи 834, предусматривающего, в частности, что к отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами главы 44 данного Кодекса или не вытекает из существа договора банковского вклада (абзац первый);
пункта 2 статьи 859 об условиях расторжения договора банковского счета по инициативе банка.
Из представленных материалов следует, что решением Первомайского районного суда города Кирова от 28 июля 2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 5 октября 2021 года и определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 18 января 2022 года, заявителю было отказано в удовлетворении требований к ПАО "Норвик Банк" о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами и штрафа за отказ в добровольном порядке выполнить требования потребителя.
При этом судами было установлено, что заявитель в период с 2013 по 2020 год работал в головном офисе этого банка в должности начальника управления по работе с просроченной задолженностью, а затем - в должности вице-президента названной коммерческой организации. 20 апреля 2015 года Е.М. Гончарову была выплачена премия в размере 2,5 млн руб. Данные денежные средства в тот же день были конвертированы заявителем в иностранную валюту и перечислены на открытый им специальный валютный счет в том же банке, а на следующий день вклад был полностью изъят со счета в одном из филиалов банка по расходному кассовому ордеру, подлинность которого установить не удалось. Об отсутствии денежных средств на счете Е.М. Гончаров узнал в апреле 2015 года, однако обратился в ПАО "Норвик Банк" с заявлением о расторжении договора банковского вклада и перечислении ему денежных средств лишь после увольнения из указанного банка в 2020 году. Исходя из этого суды пришли к выводу, что при таких обстоятельствах предусмотренное абзацем третьим статьи 208 ГК Российской Федерации положение о том, что исковая давность не распространяется на требования вкладчиков к банку о выдаче вкладов, в данном деле неприменимо, поскольку заявленное Е.М. Гончаровым требование (о взыскании денежных средств) не является требованием о выдаче вклада.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2022 года, с которым 11 октября 2022 года согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации, Е.М. Гончарову отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
По мнению заявителя, оспариваемые взаимосвязанные положения Гражданского кодекса Российской Федерации не соответствуют Конституции Российской Федерации, ее статьям 8 (часть 2), 35, 46 (часть 1) и 55 (часть 2), в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они допускают лишение гражданина-вкладчика права собственности на денежные средства вследствие их незаконного изъятия с банковского счета, на котором они были размещены на основании договора банковского вклада и прекращения этого договора по инициативе банка, что, в свою очередь, позволяет судам отказывать в удовлетворении требований вкладчика о возврате этих денежных средств в связи с истечением срока исковой давности.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", представленными судебными постановлениями не подтверждается применение в деле с участием заявителя пункта 2 статьи 859 ГК Российской Федерации. При принятии решений суды лишь констатировали, что условиями заключенного сторонами договора банковского вклада предусмотрено, что названный договор считается прекращенным, а открытый на его основании счет вкладчика закрывается банком при нулевом остатке на указанном счете в течение шести месяцев подряд, не давая при этом оценки законности названных условий прекращения договора и не исследуя вопросов фактического осуществления банком права на односторонний отказ от исполнения договора банковского счета.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что сама по себе ссылка в судебном акте на то или иное законоположение не означает, что оно применялось судом в конкретном деле (определения от 17 июля 2007 года N 503-О-О, от 24 января 2008 года N 23-О-О, от 1 декабря 2009 года N 1490-О-О, от 5 декабря 2019 года N 3274-О и др.). Соответственно, жалоба заявителя в этой части не может быть признана допустимой.
2.2. Действующее гражданское законодательство под исковой давностью понимает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК Российской Федерации). Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.
Гражданский кодекс Российской Федерации, закрепляющий в статье 196 общий трехлетний срок исковой давности, позволяет защитить нарушенное право и вне рамок сроков исковой давности. В его статье 208 перечисляются требования, на которые исковая давность не распространяется, включая как требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ (кроме случаев, предусмотренных законом), так и требования вкладчиков к банку о выдаче вкладов. Тем самым федеральный законодатель предусмотрел специальное нормативное обеспечение правовых гарантий защиты прав граждан-вкладчиков, их экономических и других охраняемых законом интересов, способствуя таким образом привлечению денежных средств во вклады и повышению уровня доверия граждан к банковской сфере в целом.
Это соотносится с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, по смыслу которой право граждан на оказываемые кредитными организациями финансовые услуги, в частности услуги по договору банковского счета, имеет фундаментальное значение для свободы экономической деятельности, поскольку доступность таких услуг является одной из ключевых предпосылок полноценного, эффективного и равноправного участия граждан и юридических лиц в имущественном обороте, т.е. условием осуществления прав, гарантированных статьями 7 (часть 1), 8 и 34 (часть 1) Конституции Российской Федерации (Постановление от 30 июня 2021 года N 31-П).
Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание на то, что при осуществлении правового регулирования отношений, в том числе связанных с совершением банковских операций, федеральный законодатель должен руководствоваться требованиями статей 1 (часть 1), 2, 15 (часть 4), 17 - 19, 34 (часть 1), 35 (части 2 и 3), 55 (часть 3) и 71 (пункты "в", "ж", "о") Конституции Российской Федерации и исходить из принципов правового государства, включая юридическое равенство и справедливость. При этом необходимо учитывать, что любые вводимые федеральным законом ограничения прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров должны предопределяться необходимостью охраны конституционных ценностей, быть обоснованными и соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существа конституционных прав, не нарушать автономии воли и имущественной самостоятельности участников соответствующих отношений, не допускать неправомерного вмешательства в частные дела собственников, кредиторов и должников и вместе с тем обеспечивать соотнесение принадлежащего лицу права собственности с правами и свободами других лиц (постановления от 22 ноября 2000 года N 14-П, от 12 июля 2007 года N 10-П, от 14 мая 2012 года N 11-П, от 12 мая 2020 года N 23-П, от 27 декабря 2022 года N 58-П и др.).
В силу Федерального закона от 2 декабря 1990 года N 395-I "О банках и банковской деятельности" банк является кредитной организацией, которая имеет исключительное право осуществлять в совокупности следующие банковские операции: привлечение во вклады денежных средств физических и юридических лиц, размещение указанных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности, срочности, открытие и ведение банковских счетов физических и юридических лиц (часть вторая статьи 1). Споры между кредитной организацией и ее клиентами (физическими и юридическими лицами) разрешаются в порядке, предусмотренном федеральными законами (часть третья статьи 21). На денежные средства и иные ценности юридических и физических лиц, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в кредитной организации, а также на остаток электронных денежных средств арест может быть наложен не иначе как судом и арбитражным судом, судьей, а также по постановлению органов предварительного следствия при наличии судебного решения (часть первая статьи 27). Вкладчиками банка могут быть граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства; вкладчики свободны в выборе банка для размещения во вклады принадлежащих им денежных средств и могут иметь вклады в одном или нескольких банках (части первая и вторая статьи 37).
Общие правила заключения и исполнения договора банковского вклада и договора банковского счета определены Гражданским кодексом Российской Федерации. Так, его статья 834 устанавливает, что по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором (пункт 1); договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, признается публичным договором (пункт 2); к отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета, если иное не предусмотрено главой 44 "Банковский вклад" названного Кодекса или не вытекает из существа договора банковского вклада (пункт 3). Согласно статье 845 ГК Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету (пункт 1); банк может использовать имеющиеся на счете денежные средства, гарантируя право клиента беспрепятственно распоряжаться этими средствами (пункт 2); банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению (пункт 3). Помимо этого, статья 858 названного Кодекса особо оговаривает, что, если иное не предусмотрено законом или договором, ограничение распоряжения денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету, в том числе блокирования (замораживания) денежных средств в случаях, предусмотренных законом (пункт 1).
В Постановлении от 27 декабря 2022 года N 58-П Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что из приведенного законодательного регулирования вытекает, что все физические лица, включая работников (должностных лиц) банка и его филиалов, на равных основаниях обладают правом быть вкладчиком банка и заключать с ним договор банковского счета, свободно выбирать одну или несколько кредитных организаций для совершения банковских операций, которые обязаны обеспечить им возможность в любое время использовать размещенные на соответствующих счетах денежные средства. Это в полной мере согласуется с конституционным признанием и судебной защитой гарантированных каждому права иметь имущество в собственности и права свободно использовать его для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 2; статья 18; статья 34, часть 1; статья 35, части 1, 2 и 3; статья 46, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).
Таким образом, правовое регулирование, закрепленное оспариваемыми нормами статьи 208 и пункта 3 статьи 834 ГК Российской Федерации, направлено на обеспечение дополнительных гарантий защиты прав граждан-вкладчиков, достижение баланса интересов вкладчика и банка и одновременно на стимулирование надлежащего исполнения банком своих обязательств перед указанным лицом как владельцем счета (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2012 года N 2271-О, от 23 июня 2016 года N 1385-О и от 27 февраля 2018 года N 412-О). Соответственно, данные законоположения не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя в аспекте, указанном в жалобе.
Доводы, приведенные Е.М. Гончаровым в обоснование своей позиции, свидетельствуют о том, что нарушение конституционных прав он связывает не с содержанием оспариваемых законоположений, а с выбором судами подлежащих применению в конкретном деле норм права с учетом существа предъявленных требований, а также с неправильным, по его мнению, применением данных положений судами, в том числе в части наличия оснований для применения исковой давности, включая определение того, повлияли ли конкретные обстоятельства на распространение исковой давности на заявленные им требования, с чем и выражает несогласие. Между тем разрешение соответствующих вопросов, как непосредственно связанных с установлением и оценкой фактических обстоятельств конкретного дела, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определенную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гончарова Евгения Михайловича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН