ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 9 декабря 2021 г. N 66-УД21-24сп-А5
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Зеленина С.Р.,
судей Ермолаевой Т.А., Русакова В.В.
при секретаре Быстрове Д.С.
рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу адвоката Вольского В.Б. о пересмотре приговора Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от 25 марта 2021 года и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 1 июля 2021 года в отношении Захарова С.Ю.
По приговору Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от 25 марта 2021 года
Захаров Сергей Юрьевич, < ... > ранее не судимый, -
осужден по п. п. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на срок 13 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ постановлено взыскать с осужденного Захарова С.Ю. в пользу Р. компенсацию морального вреда в сумме 500000 рублей.
В соответствии с ч. 2 ст. 309 УПК РФ признано за потерпевшим Р. право на удовлетворение иска о взыскании с осужденного Захарова С.Ю. возмещения материального ущерба вследствие совершения убийства К.
Вопрос о размере возмещения гражданского иска о взыскании в пользу Р. возмещения материального ущерба вследствие совершения осужденным Захаровым С.Ю. убийства К. передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 1 июля 2021 года приговор оставлен без изменения.
Заслушав доклад судьи Ермолаевой Т.А., выступления осужденного Захарова С.Ю., адвоката Вольского В.Б., поддержавших доводы жалобы, выступление потерпевшего Р. выступление прокурора Кривоноговой Е.А., возражавшей против доводов кассационной жалобы и полагавшей судебные решения по делу оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
со ссылкой на вердикт коллегии присяжных заседателей Захаров С.Ю. по приговору суда признан виновным в убийстве, то есть умышленном причинение смерти двум лицам, совершенном организованной группой, из корыстных побуждений.
Обстоятельства совершения преступления установлены вердиктом коллегии присяжных заседателей и изложены в приговоре.
Согласно вердикту присяжных заседателей преступление в отношении К. и А. (убийство) совершено Захаровым в 2007 года при том, что объединение в преступную группу произошло не позднее 7 сентября 2004 года.
В кассационной жалобе адвокат Вольский В.Б. просит об отмене приговора и апелляционного определения и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в связи с допущенными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, повлиявшими на исход дела, несправедливостью приговора.
В обоснование данной просьбы адвокат указывает, что постановление следователя от 3 декабря 2008 года о частичном прекращении уголовного преследования и переквалификации действий по факту убийства К. отменено незаконно; при этом обращения стороны защиты о признании незаконным постановления от 22 ноября 2017 года оставлены судом без рассмотрения;
Суд не дал оценку выводам стороны защиты о наличии оснований для прекращения уголовного дела в части обвинения в совершении похищения и убийства К. в связи с наличием постановления следователя о частичном прекращении уголовного дела от 3 декабря 2008 года;
В ходе судебного следствия председательствующий неоднократно допускал действия и принимал решения, ограничивающие сторону защиты в представлении и исследовании доказательств, и не принимал надлежащих мер, препятствующих представлению стороной обвинения доказательств, не относящихся к предъявленному обвинению, сообщению в присутствии присяжных данных о личности потерпевших или подсудимого, что могло вызвать предубеждение присяжных в отношении последнего.
Судом необоснованно не приняты во внимание доводы адвоката о недопустимости использования в качестве доказательств показаний свидетеля П. суд необоснованно отказал в оглашении чистосердечного признания, а также протоколов явки с повинной Б. в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве; необоснованно отказал суд в оглашении показаний подсудимого Н. расписок З. и Н. необоснованно отклонены председательствующим судьей замечания стороны защиты относительно формулировки вопросов вопросного листа; должным образом суд не мотивировал свое решение об отсутствии оснований для применения сроков давности к Захарову С.Ю.; в приговоре суд необоснованно указал, что учел конкретные обстоятельства дела, установленные вердиктом присяжных заседателей, тогда как такие обстоятельства в мотивировочной части приговора не приведены;
Указывая о несправедливости назначенного Захарову С.Ю. наказания, адвокат ссылается на то, что выводы суда в приговоре при изложении мотивов назначения наказания Захарову С.Ю. являются непоследовательными и противоречивыми, а при указании роли и степени участия Захарова С.Ю. в совершении преступления - необоснованными.
При обосновании в приговоре вывода о необходимости назначения Захарову С.Ю. вида и размера наказания, по мнению защиты, судом неправомерно учтены совершение им преступления в составе организованной группы, из корыстных побуждений, повлекшего смерть двух человек, то есть обстоятельства, уже предусмотренные п. п. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ в качестве квалифицирующих признаков деяния;
Необоснованным, по мнению адвоката, является вывод суда о том, что он не усмотрел оснований для назначения Захарову С.Ю. условного наказания, ниже низшего предела, с учетом особой тяжести содеянного, данных о личности и всех обстоятельств дела, этот вывод суда надлежаще не мотивирован. При этом адвокат указывает на то, что суд, указав в приговоре на смягчающие наказание обстоятельства, фактически не принял их во внимание, однако они существенно уменьшают степень общественной опасности преступления и личности виновного. Не применив положения ст. 64 УК РФ, суд не мотивировал своего решения о невозможности применения указанных положений уголовного закона при назначении наказания.
Адвокат указывает о нарушении права Захарова С.Ю. на защиту в связи с допуском к участию в деле адвоката Щедриной М.Ю.
Государственным обвинителем принесены возражения на кассационную жалобу адвоката, в которых содержатся просьба оставить состоявшиеся по делу судебные решения без изменения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В соответствии с положениями части 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
По данному делу таких нарушений закона не установлено.
Настоящее уголовное дело назначено к рассмотрению с участием коллегии присяжных заседателей по ходатайству Захарова С.Ю., особенности процедур судебного разбирательства и особенности обжалования приговора, постановленного на основании вердикта коллегии присяжных Захарову С.Ю. были разъяснены.
Предварительное слушание по данному уголовному делу проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 234 - 236, 325 УПК РФ.
В стадии предварительного слушания суд отказал в удовлетворении ходатайства адвоката Вольского В.Б. о возвращении уголовного дела прокурору ввиду недостатков обвинительного заключения (т. 106 л.д. 64 - 105), поскольку обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ и не содержит недостатков, которые могли препятствовать вынесению приговора.
Вопреки доводам жалобы адвоката, постановление следователя от 3 декабря 2008 года, не противоречит положениям ч. 1 ст. 175 УПК РФ, согласно которой, если в ходе предварительного следствия появятся основания для изменения предъявленного обвинения, то следователь в соответствии со ст. 171 УПК РФ выносит новое постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и предъявляет его обвиняемому в порядке, установленном ст. 172 УПК РФ, что фактически и было выполнено в вышеуказанном постановлении, а действия Захарова С.Ю. были квалифицированы по иным статьям уголовного закона.
Постановлением от 3 декабря 2008 г. уголовное преследование в отношении Захарова прекращено только в части совершения преступления, предусмотренного ст. 33 ч. 5, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ в отношении К. Эти основания не являются реабилитирующими, уголовное преследование в отношении Захарова прекращено не было, его действия были переквалифицированы, установлен состав иного преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 УК РФ.
Таким образом, доводы жалобы о том, что в отношении Захарова С.Ю. прекращено уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, в отношении К. по реабилитирующим основаниям, являются несостоятельными.
Утверждение Захарова в судебном заседании кассационной инстанции о том, что он не знал об отмене постановления следователя от 3.12.2008 г., опровергается постановлением о привлечении Захарова в качестве обвиняемого от 23 ноября 2017 г., с которым Захаров был ознакомлен в этот же день в 12 ч. 40 мин. с участием адвоката (т. 54 л.д. 50 - 59).
Оспариваемое адвокатом в жалобе постановление руководителя 3 отдела по расследованию особо важных дел следственного управления СК РФ по Иркутской области следственного органа от 22 ноября 2017 года соответствует положениям п. 2.1 ч. 1 ст. 39 УПК РФ является законным, судебного решения для его вынесения не требовалось, что не противоречит правовой позиции Конституционного Суда от 14.11.2017 г. N 28-П.
Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при производстве предварительного следствия, влекущих отмену приговора, как об этом указывается в кассационной жалобе, не допущено, в том числе нарушений ст. 214 УПК РФ.
Государственный обвинитель во вступительном заявлении, во время судебного следствия и в прениях сторон формулировал свою позицию и представлял доказательства в соответствии с предъявленным обвинением и требованиями ст. 252 УПК РФ.
Коллегия присяжных заседателей сформирована с соблюдением требований ст. ст. 326 - 329 УПК РФ.
В ходе судебного следствия нарушения положений ст. 335 УПК РФ, не допущено.
Судебное разбирательство проведено в условиях равноправия и состязательности сторон, исследовались фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.
В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, были исследованы доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты.
Ходатайства участников процесса были судьей рассмотрены в установленной законом процедуре и по ним приняты обоснованные и мотивированные решения. Необоснованных отказов стороне защиты в удовлетворении ходатайств председательствующим судьей в ходе рассмотрения дела не допущено.
Тот факт, что ряд ходатайств адвоката Вольского В.Б. в частности, об оглашении чистосердечного признания, а также протоколов явки с повинной Б. в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве; оглашении показаний подсудимого Н. расписок З. и Н. был аргументированно оставлен без удовлетворения, о нарушениях закона, повлиявших на исход дела, не свидетельствует.
Сторона обвинения обоснованно (исходя из существа обвинения) представила присяжным заседателям доказательства участия осужденного в мошеннических схемах в отношении потерпевших, поскольку в соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию не только время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления, но и виновность лица, в том числе мотивы его преступных действий.
Поскольку Захарову С.Ю. было предъявлено обвинение в совершении преступлений в составе организованной преступной группы, цель создания которой была завладение жилыми помещениями граждан и денежными средствами с их последующей продажи, а также в убийстве граждан из корыстных побуждений, которые выразились в нежелании возвращать денежные средства, полученные после продажи квартир потерпевших, исследование фактов продажи жилых помещений потерпевших и получения преступниками денежных средств напрямую касалось обстоятельств совершения преступления и подлежало исследованию в присутствии присяжных заседателей.
Фактов доведения государственным обвинителем до сведения присяжных заседателей информации, не относящейся к обвинению, предъявленному Захарову С.Ю. не установлено.
Все исследованные с участием присяжных заседателей доказательства отвечают требованиям допустимости.
Стороны не были ограничены в возможности представления доказательств, подлежащих исследованию с участием коллегии присяжных заседателей, о чем свидетельствует и то, что по окончании судебного следствия дополнений к нему стороной защиты не было представлено.
Председательствующим процедура постановки вопросов полностью соблюдена и действия председательствующего в этой части соответствовали требованиям ст. 338 УПК РФ (т. 114 л.д. 50 - 63).
Вопросы, как это предусмотрено положениями ч. 8 ст. 339 УПК РФ, поставлены в понятных для присяжных заседателей формулировках.
Вопросы сформулированы председательствующим с учетом предъявленного обвинения и результатов судебного следствия.
Стороны активно участвовали в формулировании вопросов.
Судом правомерно отказано в удовлетворении ходатайства о постановке перед присяжными заседателями вопросов, предложенных стороной защиты, поскольку они не отвечали требованиям ст. 339 УПК РФ.
Учитывая замечания сторон по содержанию, по формулировке вопросов и предложения по постановке новых вопросов, председательствующим были сформулированы вопросы для коллегии присяжных заседателей с учетом результатов судебного следствия, прений сторон, замечаний и предложений участников процесса.
Утверждение в жалобе о необходимости повторного обсуждения вопросного листа, не основаны на нормах уголовно-процессуального закона.
Напутственное слово соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ.
В нем председательствующий наряду с другими предусмотренными законом обстоятельствами изложил позиции государственного обвинителя и защиты, напомнил об исследованных в суде доказательствах, в равной степени как уличающих подсудимых, так и оправдывающих их, разъяснил присяжным основные правила оценки доказательств в их совокупности, правомерно разъяснил присяжным заседателям, что представленные им доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, поскольку недопустимые доказательства не могут являться предметом исследования суда с участием присяжных заседателей (т. 110 л.д. 49, 51, 53).
Своего мнения по поводу достоверности исследованных доказательств председательствующий не высказывал, разъяснил присяжным заседателям, сущность принципа презумпции невиновности, положение о толковании неустраненных сомнений в пользу подсудимых, напомнил, что вердикт может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании, никакие доказательства для них не имеют заранее установленной силы, а их выводы не могут основываться на предположениях (т. 110 л.д. 49 - 52).
В соответствии с положениями ст. 340 УПК РФ сторонам было предоставлено право заявить в судебном заседании возражения в связи с содержанием напутственного слова председательствующего по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности, которым они воспользовались.
В связи с поступившими возражениями на содержание напутственного слова председательствующим судьей даны соответствующие разъяснения.
Содержание напутственного слова присяжным заседателям было понятно, вопросов и заявлений по поводу него не возникло.
Прения сторон проведены с соблюдением положений ст. 346 УПК РФ.
Сторонам была предоставлена возможность довести до суда свою позицию по предъявленному обвинению, исследованным доказательствам.
Нарушений порядка вынесения вердикта и тайны совещательной комнаты не допущено. Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным и непротиворечивым.
Действия Захарова судом правильно квалифицированы в соответствии с установленными вердиктом коллегии присяжных заседателей фактическими обстоятельствами дела по п. п. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Выводы суда относительно квалификации действий Захарова С.Ю. надлежаще мотивированы и аргументированы в приговоре.
Суд не нашел оснований для применения сроков давности к Захарову С.Ю., обоснованно приняв во внимание во внимание степень общественной опасности совершенного им деяния, а именно совершение им преступления особой тяжести, наказуемого в том числе пожизненным заключением, посягающего на жизнь и имущество, повлекшего смерть двух лиц.
Приведенные в обоснование данного решения суждения, вопреки доводам кассационной жалобы, не противоречат нормам уголовного закона.
Наказание Захарову С.Ю. назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, является законным, справедливым и соразмерным содеянному.
Суд учел характер, степень общественной опасности преступления, роль и степень участия Захарова С.Ю., влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Коллегией присяжных заседателей признано, что Захаров С.Ю. не заслуживает снисхождения, в связи с чем положения ст. 65 УК РФ обоснованно не были применены. Все обстоятельства, смягчающие наказание Захарова С.Ю., суд указал в приговоре и, вопреки доводам жалобы, учел их при назначении наказания.
Безосновательны доводы жалобы о том, что при обосновании в приговоре вывода о необходимости назначения Захарову С.Ю. вида и размера наказания, судом неправомерно учтены обстоятельства, уже предусмотренные п. п. "а", "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ в качестве квалифицирующих признаков деяния, поскольку таких данных в приговоре не имеется.
В приговоре приведены мотивированные суждения о невозможности применения положений ст. 64, ч. 6 ст. 15 УК РФ, которые не вызывают сомнении в своей обоснованности и соответствии требованиям закона.
Тот факт, что адвокат Щедрина М.Ю., участвовавшая в деле по соглашению на стадии обсуждения последствий вердикта в отношении Захарова С.Ю., ранее принимала участие в допросах несовершеннолетнего подозреваемого М. который не давал показаний в части обвинения Захарова С.Ю.), и уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с истечением срока давности, а также ознакомлении его с постановлениями о назначении экспертиз и заключениями экспертов, не свидетельствует о наличии оснований для отвода адвоката, предусмотренных п. 3 ч. 1 и ч. 2 ст. 72 УПК РФ.
Таким образом, участие адвоката Щедриной М.Ю. не свидетельствует о нарушении права Захарова С.Ю. на защиту и существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела.
Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и содержит мотивированные ответы на доводы апелляционных жалоб.
Таким образом, оснований для отмены приговора и апелляционного определения по доводам кассационной жалобы, не установлено.
В силу изложенного, руководствуясь ст. 401.14 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Иркутского областного суда с участием присяжных заседателей от 25 марта 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 1 июля 2021 года в отношении Захарова Сергея Юрьевича оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.