По материалам решения единоличного арбитра
Международного коммерческого арбитражного суда
при Торгово-промышленной палате Российской Федерации
от 20 января 2022 года N М-109/2021
В Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС) поступило исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью, имеющего местонахождение на территории Российской Федерации (далее - Истец, Покупатель), к Компании, имеющей местонахождение на территории Федеративной Республики Германия (далее - Ответчик, Продавец; вместе - стороны), о взыскании денежных средств.
Между Истцом и Ответчиком был заключен Контракт (далее - Контракт), согласно которому Продавец взял на себя обязательство поставить Покупателю товар, указанный в приложениях.
В Приложении 1 к Контракту стороны определили срок поставки товара после предоплаты.
Предварительная оплата товара произведена Истцом.
Дополнительным соглашением к Приложению 1 стороны определили дату поставки.
Соглашением об отмене Приложения 1 стороны договорились о возврате Ответчиком Истцу предоплаты в установленный Контрактом срок, однако денежные средства Ответчиком Истцу не возвращены.
Досудебная претензия оставлена Ответчиком без удовлетворения.
Истец обратился в МКАС с требованием о взыскании задолженности, процентов за пользование чужими денежными средствами, возмещении расходов на уплату регистрационного и арбитражного сборов, а также расходов, связанных с защитой своих интересов через юридических представителей.
Мотивы решения
Рассмотрев материалы дела и заслушав объяснения представителя Истца в заседании, единоличный арбитр (далее - третейский суд) пришел к следующим выводам.
При определении процессуальных норм, подлежащих применению к данному разбирательству, третейский суд исходил из того, что иск был предъявлен в МКАС в связи с международным коммерческим спором и что МКАС является самостоятельным постоянно действующим арбитражным учреждением, осуществляющим в том числе деятельность по администрированию международного коммерческого арбитража в соответствии с Законом Российской Федерации от 7 июля 1993 г. N 5338-1 "О международном коммерческом арбитраже" (далее - Закон о МКА).
При определении подлежащих применению правил арбитража третейский суд исходил из того, что на дату регистрации искового заявления действовали Правила арбитража международных коммерческих споров (Приложение 2 к приказу ТПП РФ от 11 января 2017 г. N 6).
Согласно пункту 4 § 1 Правил МКАС они применяются совместно с Положением об организационных основах деятельности МКАС и Положением об арбитражных расходах (Приложения 1 и 6 к приказу ТПП РФ от 11 января 2017 г. N 6).
При рассмотрении вопроса о своей компетенции рассматривать спор по иску, предъявленному в МКАС, третейский суд установил следующее.
В Контракте содержится соглашение сторон на английском и русском языках о порядке разрешения споров, которое в русской версии выглядит следующим образом: "Все споры, вытекающие из настоящего Контракта и связанные с ним, будут разрешаться по мере возможности путем переговоров между сторонами. Если стороны не приходят к соглашению, все споры и разногласия по настоящему Контракту подлежат передаче на решение Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате России, г. Москва, в соответствии с правилами производства дел в этом суде. Решение суда является окончательным и обязательным для обеих сторон".
Пунктом 3 статьи 1 Закона о МКА установлено, что в международный коммерческий арбитраж, в частности могут передаваться споры сторон из гражданско-правовых отношений, возникающие при осуществлении внешнеторговых связей, если коммерческое предприятие хотя бы одной из сторон находится за границей.
Как следует из материалов дела, спор возник из договорных гражданско-правовых отношений (отношений по купле-продаже) при осуществлении внешнеторговых связей, и коммерческое предприятие одной из сторон Контракта (Ответчика) находится за границей (в Федеративной Республике Германия). Соответственно, такой спор относится к предметной и субъектной компетенции третейского суда, а соглашение сторон о порядке разрешения споров является арбитражным соглашением, соответствующим требованиям Закона о МКА.
Материалами дела подтверждается, что попытки Истца урегулировать спор в досудебном порядке путем направления досудебной претензии с требованием погасить задолженность не увенчались успехом.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 3 статьи 1, пунктами 1 - 3 статьи 7, пунктом 1 статьи 16 Закона о МКА, пунктом 2 § 1 Правил арбитража, третейский суд пришел к выводу о наличии у него компетенции на рассмотрение спора, возникшего из Контракта, в рамках арбитражного разбирательства, администрируемого МКАС.
По вопросу отсутствия Ответчика в заседании арбитража третейский суд установил, что Ответчик был надлежащим образом уведомлен о времени и месте устного слушания дела.
Согласно пункту 4 § 30 Правил арбитража неявка стороны, надлежащим образом извещенной о времени и месте устного слушания, не препятствует его проведению и вынесению арбитражного решения, если только неявившаяся сторона не заявила заблаговременно в письменной форме ходатайство об отложении устного слушания дела по причине, признанной третейским судом уважительной. Такого письменного ходатайства об отложении устного слушания от Ответчика не поступало.
Исходя из изложенного третейский суд пришел к выводу о возможности проведения устного слушания дела в отсутствие представителей Ответчика и вынесения арбитражного решения на основе представленных Истцом доказательств.
Согласно статье 28 Закона о МКА и § 23 Правил арбитража спор разрешается в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу такого спора, а при отсутствии указания сторон подлежит применению право, определенное в соответствии с применимыми коллизионными нормами. Во всех случаях решение должно приниматься в соответствии с условиями договора и применимых обычаев.
Третейский суд установил, что Контракт, из которого возник спор, представляет собой договор международной купли-продажи товаров и не содержит договоренности сторон о применимом праве. В Приложении 1, являющемся неотъемлемой частью Контракта, определены лишь условия поставки - DAP (Инкотермс-2010).
Ввиду отсутствия соглашения сторон о применимом праве данный вопрос был решен в соответствии с коллизионными нормами, закрепленными в части 3 ГК РФ, которые третейский суд счел применимыми.
Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1211 ГК РФ при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, где на момент заключения договора находится основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора, коей в договоре купли-продажи считается продавец.
Поскольку, как указано в Контракте, Продавцом является организация, зарегистрированная и осуществляющая деятельность в Федеративной Республике Германия, третейский суд пришел к выводу о применении к отношениям сторон по Контракту материального права Федеративной Республики Германия.
Вместе с тем третейский суд констатировал, что стороны Контракта находятся в государствах (Российской Федерации и Федеративной Республике Германия), являющихся участницами Венской конвенции, которая в силу этого обстоятельства может быть применена к отношениям сторон по Контракту согласно пункту 1 "a" ее статьи 1.
Третейский суд установил, что предмет Контракта не подпадает под ограничения, установленные Венской конвенцией, что спор не касается вопросов, разрешение которых выведено за пределы действия Конвенции и что в материалы дела не представлено доказательств исключения применения Конвенции к отношениям сторон по Контракту, что допускается статьей 6 Венской конвенции при условии соблюдения статьи 12 Конвенции.
Пунктом 2 статьи 7 Венской конвенции предусмотрено, что вопросы, которые прямо в ней не разрешены, подлежат разрешению в соответствии с общими принципами, на которых она основана (принципом добросовестности прежде всего), а при отсутствии таких принципов - в соответствии с правом, применимым в силу норм международного частного права. Таковым третейский суд определил материальное право Федеративной Республики Германия.
Таким образом, спор подлежит разрешению на основании положений Контракта, Инкотермс-2010, Венской конвенции и субсидиарно - на основании права Федеративной Республики Германия.
При рассмотрении требования Истца о взыскании с Ответчика задолженности третейский суд установил следующее.
В Приложении 1 к Контракту стороны договорились о поставке товара в течение определенного количества недель после 100-процентной предоплаты.
Материалами дела подтверждается, что предоплата была внесена Истцом.
Дополнительным соглашением стороны продлили срок поставки, однако ввиду невозможности поставки соглашением об отмене Приложения 1 стороны договорились о возврате Ответчиком Истцу предоплаты в установленный срок.
По утверждению Истца, требуемая предоплата не была ему возвращена Ответчиком ни в установленный дополнительным соглашением срок, ни после получения досудебной претензии.
В данных обстоятельствах третейский суд пришел к следующим выводам.
Контракт составлен на русском и английском языках. Поскольку никакой из версий Контракта не придано преимущественной силы, третейский суд исходит из их равной юридической силы. Случаи расхождения между версиями, если таковые будут установлены и могут повлиять на выводы суда, будут отмечены третейским судом.
Контракт представляет собой рамочный договор, определяющий общие условия обязательственных отношений, которые подлежали уточнению в приложениях (спецификациях). Приложения (спецификации) были, по сути, самостоятельными договорами, заключенными на согласованных общих условиях.
Таким самостоятельным договором являлось Приложение 1, которое было прекращено соглашением сторон на указанных в нем условиях.
Согласно пункту 2 статьи 29 Венской конвенции письменный договор, в котором содержится положение, требующее, чтобы любое изменение договора или его прекращение соглашением сторон осуществлялось в письменной форме, не может быть иным образом изменен или прекращен соглашением сторон.
В Контракте содержится условие о вступлении в силу изменений к Контракту только в случае подписания их обеими сторонами.
Установив, что соглашение об отмене Приложения 1 совершено в соответствии с условиями Контракта, третейский суд пришел к выводу, что оно прекращено способом, предписанным Венской конвенцией.
В соответствии с соглашением об отмене Приложения 1 Продавец возвращает Покупателю предоплату в установленный срок.
Данное соглашение сторон соответствует последствиям расторжения договора, предусмотренным пунктом 2 статьи 81 Венской конвенции.
Поскольку Ответчик не оспорил утверждения Истца о невозврате предоплаты, третейский суд полагает доказанными обстоятельства иска в этой части.
Исходя из вышеизложенного и на основании соглашения об отмене Приложения 1 третейский суд признал требование Истца о взыскании с Ответчика предоплаты обоснованным и подлежащим удовлетворению.
При рассмотрении требования Истца о взыскании с Ответчика процентов за неправомерное удержание денежных средств третейский суд установил следующее.
Право одной стороны на взыскание процентов в случае просрочки другой стороны в уплате цены или иной суммы предусмотрено статьей 78 Венской конвенции, которая, однако, не определяет размера ставки процентов годовых, метода, места и времени ее исчисления. Данные вопросы должны решаться в соответствии с применимым национальным правом.
Как следует из приложенного к исковому заявлению расчета процентов и объяснений представителя Истца в заседании, Истец произвел этот расчет исходя из норм российского законодательства, которое, как установлено выше, к данному спору не применяется.
Исходя из изложенного третейский суд полагает данное требование не подлежащим удовлетворению. Вместе с тем третейский суд констатирует, что данный вывод не лишает Истца права на предъявление отдельного иска о взыскании процентов годовых с просроченной суммы вплоть до даты исполнения обязательства по ее возврату в соответствии с нормами применимого права, установленного данным арбитражным решением.
Согласно § 8 Положения об арбитражных расходах если стороны не договорились об ином, сборы возлагаются на сторону, против которой состоялось решение третейского суда, а если иск удовлетворен частично, то сборы распределяются пропорционально, при этом § 12 Положения об арбитражных расходах предоставляет третейскому суду право распределить сборы по-иному.
Учитывая, что иск не удовлетворен только в незначительной части, касающейся взыскания процентов годовых, из-за неверного применения Истцом ставки, предусмотренной российским законодательством, а в целом право Истца на взыскание процентов подтверждено настоящим решением, установившим недобросовестное поведение Ответчика, который не вернул Истцу предоплату непоставленного товара вопреки достигнутому сторонами соглашению, третейский суд полагает возможным возложить на Ответчика расходы Истца на уплату регистрационного и арбитражного сборов в полном объеме.
Согласно § 11 Положения об арбитражных расходах сторона может потребовать возложить на другую сторону возмещение разумных издержек, в том числе и расходов, связанных с защитой своих интересов через юридических представителей.
Учитывая, что Истцом представлены надлежащие доказательства несения расходов на оплату услуг юридических представителей и что эти расходы представляются третейскому суду разумными в данных обстоятельствах, третейский суд возлагает на Ответчика обязательство возместить Истцу расходы на оплату услуг юридических представителей.
Резолютивная часть решения
Учитывая вышеизложенное и руководствуясь статьей 31 Закона о МКА и § 36, 37 Правил арбитража международных коммерческих споров, МКАС
решил:
1. Взыскать с Ответчика, имеющего местонахождение на территории Федеративной Республики Германия, в пользу Истца - Общества с ограниченной ответственностью, имеющего местонахождение на территории Российской Федерации, основной долг, возместить расходы Истца на уплату регистрационного и арбитражного сборов и расходы, связанные с защитой своих интересов через юридических представителей.
2. В остальной части иска отказать.