ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 11 мая 2021 г. N 305-ЭС18-293(5)
Резолютивная часть объявлена 29.04.2021.
Полный текст изготовлен 11.05.2021.
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего судьи Капкаева Д.В.,
судей Разумова И.В. и Самуйлова С.В. -
рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества Банк "Финансовая корпорация Открытие" на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2020 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.09.2020 по делу N А40-111/2017.
В судебном заседании приняли участие представители:
публичного акционерного общества Банк "Финансовая корпорация Открытие" (далее - банк) - Овечкин В.Ю.;
конкурсного управляющего акционерным обществом "Энергострой-М.Н." - Кусочек Д.Р.
Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Капкаева Д.В., объяснения представителей участвующих в обособленном споре лиц, Судебная коллегия
установила:
в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества "Энергострой-М.Н." (далее - должник, принципал) публичное акционерное общество Банк "Финансовая корпорация Открытие" (далее - банк) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее - реестр) задолженности в размере 1 827 718 829 руб. 14 коп.
Определением суда первой инстанции от 29.01.2020, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 22.06.2020 и округа от 17.09.2020, требования банка признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр.
В кассационной жалобе на указанные судебные акты, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, банк, ссылаясь на существенные нарушения судами норм права, просит их отменить в части, касающейся определения очередности удовлетворения его требования.
Определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2021 кассационная жалоба банка с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.
В письменных объяснениях конкурсный управляющий должником поддерживает кассационную жалобу банка.
В судебном заседании представители банка и конкурсного управляющего должником поддержали кассационную жалобу по изложенным в ней доводам.
Проверив доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав присутствующих в судебном заседании представителей участвующих в обособленном споре лиц, судебная коллегия считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям.
В обоснование заявления банк указал на возникновение у него как гаранта регрессного требования к должнику (принципалу) в связи с произведенной выплатой по банковской гарантии в пользу ПАО "ФСК ЕЭС" (далее - бенефициар).
Как установлено судами и следует из материалов обособленного спора, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 31.10.2018 по делу N А40-45189/2018 с банка в пользу бенефициара взысканы денежные средства во исполнение обязательств, предусмотренных банковскими гарантиями. На основании исполнительного листа 25.06.2019 с банка в пользу бенефициара произведено списание суммы задолженности в размере 2 138 568 436 руб. 97 коп.
Заявление банка о включении регрессного требования в реестр поступило в арбитражный суд 30.07.2019 (в пределах двух месяцев со дня платежа в пользу бенефициара).
Признавая требование банка подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, ссылаясь на положения пункта 3 статьи 61.6, абзаца 3 пункта 1 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", исходили из того, что заявление подано после закрытия реестра. Уклонение банка от исполнения обязательств по банковской гарантии с последующим принудительным взысканием с него задолженности суды расценили как недобросовестное поведение, в связи с чем сочли, что к настоящему требованию не может быть применен правовой подход, в соответствии с которым требование добросовестного гаранта считается заявленным в установленный Законом о банкротстве срок, если оно предъявлено в течение двух месяцев со дня возникновения права на регресс.
Между тем судами не учтено следующее.
В соответствии с пунктом 1 статьи 379 Гражданского кодекса Российской Федерации восполнение имущественной массы гаранта, уплатившего по банковской гарантии, осуществляется с использованием механизма регресса. При регрессе, в отличие от суброгации (пункт 1 статья 382 Гражданского кодекса Российской Федерации), возникает новое обязательство.
Регрессное требование банка к принципалу по формальным признакам возникло после уплаты денежной суммы бенефициару, то есть после возбуждения дела о банкротстве должника.
По общему правилу денежные обязательства, возникшие после дня принятия к производству заявления о признании должника банкротом, относятся к числу текущих. Требования кредиторов по таким обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов и удовлетворяются в приоритетном порядке (пункты 1 и 2 статьи 5, пункт 1 статьи 134 Закона о банкротстве).
Вместе с тем пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" дано ограничительное толкование положений пунктов 1 и 2 статьи 5 Закона о банкротстве в части регрессных обязательств по банковской гарантии: если банковской гарантией обеспечено исполнение обязательства, возникшего до дня возбуждения дела о банкротстве должника-принципала, и гарант уплатил бенефициару сумму, на которую выдана гарантия, после этого дня, требование гаранта к должнику-принципалу о возмещении указанной суммы не относится к текущим платежам и подлежит включению в реестр требований кредиторов.
Такое толкование может привести к появлению ситуации, при которой реестровое регрессное требование, основанием которого является платеж кредитору, возникнет после истечения предусмотренного абзацем третьим пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве двухмесячного срока на его предъявление к включению в реестр требований кредиторов принципала, что и имело место в рассматриваемом случае.
В подобной ситуации сложившаяся судебная арбитражная практика исходит из того, что положения абзаца третьего пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве в силу аналогии закона (пункт 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) подлежат применению к добросовестному гаранту с учетом правил пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве: требование добросовестного гаранта считается заявленным в установленный Законом о банкротстве срок, если оно предъявлено в течение двух месяцев со дня возникновения права на регресс (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2014 N 307-ЭС14-100).
В данном случае вопрос о добросовестности банка разрешен судами неправильно.
В силу принципа относительности обязательств (статья 308 Гражданского кодекса Российской Федерации), заявляя о недобросовестности гаранта, принципал (кредиторы принципала) не вправе ссылаться на возражения из чужой обязательственной связи ("гарант (банк) - бенефициар").
Ненадлежащее исполнение банком обязательства перед бенефициаром производит эффект только на это обязательство (бенефициар получает право на привлечение банка к гражданско-правовой ответственности за несовершение платежа по гарантии в отведенный срок (пункт 2 статьи 377 Гражданского кодекса Российской Федерации)) и само по себе не свидетельствует о недобросовестности банка в регрессной обязательственной связи "гарант - принципал".
Гарантия повышает уровень защиты бенефициара, создавая для него большую вероятность реального удовлетворения требования, вытекающего из отношений между принципалом и бенефициаром. Принципал (кредиторы принципала) не могут ставить в вину гаранту просрочку платежа в адрес бенефициара еще и потому, что причиной предъявления бенефициаром требования к гаранту является неисправность самого принципала в обязательстве, связывающем его с бенефициаром.
За нарушение срока платежа по гарантиям банк привлечен к гражданской ответственности: решением Арбитражного суда города Москвы от 31.10.2018 по делу N А40-45189/2018 с него в пользу бенефициара помимо денежных сумм, подлежащих выплате по гарантиям, дополнительно взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами. Свою ответственность в виде суммы процентов банк на принципала переложить не пытается.
Недобросовестность банка в обязательственной связи "гарант - принципал" судами не установлена.
При таких обстоятельствах вывод судов о понижении очередности удовлетворения требования банка является преждевременным.
Поскольку судами допущены существенные нарушения норм права, которые повлияли на исход рассмотрения дела, судебные акты на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отмене в обжалуемой банком части, обособленный спор - направлению в этой части на новое рассмотрение.
При новом рассмотрении спора суду надлежит установить, соответствовали или нет действия банка по отношению к должнику принципу добросовестности.
Руководствуясь статьями 291.11 - 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия
определила:
определение Арбитражного суда города Москвы от 29.01.2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2020 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.09.2020 по делу N А40-111/2017 отменить в части, касающейся очередности удовлетворения требования ПАО Банк "Финансовая корпорация Открытие".
В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.
Настоящее определение вступает в законную силу со дня его вынесения.
Председательствующий судья
Д.В.КАПКАЕВ
Судья
И.В.РАЗУМОВ
Судья
С.В.САМУЙЛОВ