КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 31 января 2023 г. N 120-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
ЧЕРНЫШЕВА АЛЕКСЕЯ ЮРЬЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ АБЗАЦЕМ ПЕРВЫМ ПУНКТА 11 СТАТЬИ 61.11, ПУНКТОМ 7
И АБЗАЦЕМ ПЕРВЫМ ПУНКТА 9 СТАТЬИ 61.16 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.Ю. Чернышева к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Определением арбитражного суда, вынесенным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью и оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, было удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности гражданина А.Ю. Чернышева как контролирующего должника лица и с него взыскано в конкурсную массу должника 13 346 870,40 руб. При этом суды исходили, в частности, из того, что ранее вступившим в законную силу определением арбитражного суда по данному делу установлено наличие оснований для привлечения А.Ю. Чернышева к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.
А.Ю. Чернышев оспаривает конституционность абзаца первого пункта 11 статьи 61.11 "Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов", пункта 7 и абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 "Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве" Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".
По мнению заявителя, данные законоположения противоречат статьям 1, 2, 17 - 19, 21, 46 и 55 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют суду не устанавливать причинно-следственную связь между причиненным вредом кредиторам и действиями контролирующего должника лица, не определять степень вины указанного лица после вынесения судебного акта, содержащего вывод о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, и приостановления производства по делу до окончания расчетов с кредиторами, и вследствие этого привлекать контролирующего должника лица к гражданско-правовой ответственности исходя из простого арифметического подсчета размера требований в реестре требований кредиторов, игнорируя принципы справедливости и соразмерности.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что обязанность возместить причиненный вред - мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину; строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо и в сфере банкротства юридических лиц, пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан, и прежде всего права собственности, соответственно, установление состава гражданского правонарушения требуется при привлечении к гражданско-правовой ответственности, даже если бездействие, повлекшее возникновение убытков, вызвано нарушением специальных норм Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (постановления от 5 марта 2019 года N 14-П, от 18 ноября 2019 года N 36-П и др.).
Согласно абзацу первому пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Статья 61.16 того же Федерального закона также устанавливает, что, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 данного Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами; указанное определение и определение об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности могут быть обжалованы; обеспечительные меры, принятые в соответствии с пунктом 5 указанной статьи, сохраняют действие также на период приостановления рассмотрения заявления о привлечении лица к субсидиарной ответственности (пункт 7); после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 данного Федерального закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности (абзац первый пункта 9).
Вместе с тем Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", в числе прочего, предусматривает, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует; такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11).
Кроме того, как было отмечено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы; суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16).
Таким образом, оспариваемые положения, определяющие размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, рассматриваемые во взаимосвязи с иными нормами Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", предусматривают учет вины контролирующего должника лица в признании должника несостоятельным (банкротом), а также добросовестность и разумность его действий, преследуют цель надлежащего исполнения указанными лицами установленных названным Федеральным законом обязанностей, а также обеспечения имущественных интересов кредиторов, не противоречат общим правилам привлечения к гражданско-правовой ответственности и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, в деле с участием которого суды пришли к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения А.Ю. Чернышева, как контролирующего должника лица, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.
Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Чернышева Алексея Юрьевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН