КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 30 мая 2023 г. N 1314-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА ЖОРОВА
ВАЛЕРИЯ АЛЕКСЕЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ
ПУНКТОМ 1 СТАТЬИ 9, ПУНКТАМИ 1 И 2 СТАТЬИ 10 И ПУНКТОМ 3
СТАТЬИ 59 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
"О НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ (БАНКРОТСТВЕ)"
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Г.А. Гаджиева, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.А. Жорова к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданин В.А. Жоров оспаривает конституционность следующих положений Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)": пункта 1 статьи 9 "Обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд", пунктов 1 и 2 статьи 10 "Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве" (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года N 134-ФЗ), а также пункта 3 статьи 59 "Распределение судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим".
Из представленных материалов следует, что в рамках дела о банкротстве открытого акционерного общества постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции ряд членов совета директоров данного общества, включая В.А. Жорова, привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с одобрением - в условиях наличия признаков объективного банкротства должника - повлекшей увеличение кредиторской задолженности общества (на сумму в 750 млн руб.) сделки, которая была оценена судом как совершенная в целях наращивания такой задолженности и причинения вреда имущественным правам кредиторов; в числе других к названному виду ответственности привлечены граждане Н. и Т., также являвшиеся членами совета директоров и последовательно сменившие друг друга в должности генерального директора должника, основанием к чему, кроме принятия управленческих решений, связанных с указанной сделкой, послужил также факт неисполнения ими обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в арбитражный суд; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Суд кассационной инстанции согласился с выводами суда апелляционной инстанции о наличии оснований для привлечения В.А. Жорова, владевшего более 50% акций должника, его бывших руководителей Н. и Т. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника как контролирующих должника лиц в связи с совершением упомянутой сделки, а также с выводами о нарушении Н. и Т. обязанности по подаче заявления должника; в части вопроса о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности иных членов совета директоров общества, степень вовлеченности которых в принятие управленческих решений и возможность определять действия должника, в том числе с учетом наличия либо отсутствия у них статуса акционера, судами не оценивалась, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации В.А. Жорову, Н. и Т. отказано в передаче их кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда. При этом в мотивировочной части данного определения было отмечено, что фактически податели жалоб были привлечены к ответственности только за несвоевременное обращение с заявлением о банкротстве должника.
По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 19, 34 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволили - без учета того, что ответственность акционеров или членов совета директоров должника за неподачу заявления должника была установлена Федеральным законом от 29 июля 2017 года N 266-ФЗ, т.е. после признания должника банкротом, - привлечь В.А. Жорова, не являвшегося руководителем должника, к такой ответственности. Тем самым, как полагает заявитель, данные нормы содержат неопределенность в части отнесения тех или иных лиц к руководителям должника, допуская привлечение к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника неограниченного круга лиц, имеющих отношение к должнику.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", представленными судебными актами не подтверждается применение в деле с участием В.А. Жорова пункта 3 статьи 59 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", устанавливающего обязанность заявителя в деле о банкротстве погасить предусмотренные пунктом 1 данной статьи расходы в случае отсутствия средств, достаточных для их погашения, у должника. Соответственно, в указанной части данная жалоба не может быть признана допустимой.
2.2. Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что пункт 1 статьи 9 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" об обязанности руководителя должника в случае наличия установленных законом оснований обратиться с заявлением должника в арбитражный суд направлен на защиту интересов кредиторов в деле о банкротстве и не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан (Постановление от 5 марта 2019 года N 14-П, Определение от 23 марта 2010 года N 380-О-О).
Надлежащее исполнение указанной обязанности обеспечивали в том числе оспариваемые заявителем положения статьи 10 того же Федерального закона (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 года N 134-ФЗ) об ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.
При этом, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, обязанность возместить причиненный вред является преимущественно мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину (постановления от 15 июля 2009 года N 13-П, от 7 апреля 2015 года N 7-П, от 8 декабря 2017 года N 39-П и др.). Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо в сфере банкротства как юридических лиц, так и индивидуальных предпринимателей, а пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан (постановления от 31 января 2011 года N 1-П, от 18 ноября 2019 года N 36-П и др.). Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, притом что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности (постановления от 21 мая 2021 года N 20-П, от 16 ноября 2021 года N 49-П и от 7 февраля 2023 года N 6-П).
Оспариваемые положения с учетом, в частности, содержания абзаца шестого статьи 2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", определяющего понятие руководителя должника для целей данного Федерального закона, не содержат неопределенности в части указания на круг лиц, на который распространяется их действие, как не предполагают и произвольного применения, в том числе с нарушением правил, регулирующих действие гражданского законодательства во времени (статья 4 ГК Российской Федерации). При этом установление фактических обстоятельств дела, в том числе того, когда имели место вменяемые лицу, привлекаемому к субсидиарной ответственности, неправомерные действия (бездействие), и выбор подлежащих применению исходя из таких обстоятельств норм права относятся к компетенции суда, рассматривающего конкретное дело.
Таким образом, данные нормы не могут расцениваться как нарушающие в указанном в жалобе аспекте конституционные права В.А. Жорова, который - как следует из представленных материалов, в том числе из содержания постановления Арбитражного суда Московского округа от 29 декабря 2021 года, являющегося последним судебным актом, принятым по существу обособленного спора с участием заявителя, - был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не в связи с неподачей заявления должника в арбитражный суд, что выступило одним из оснований привлечения к ответственности бывших руководителей должника Н. и Т., а - с учетом владения им более 50% акций должника - как контролирующее должника лицо в связи с принятием управленческих решений по совершению сделки, повлекшей существенное ухудшение финансового положения должника.
Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела, а также проверка обоснованности сделанных на основе их исследования выводов судов, включая выводы, содержащиеся в определении судьи Верховного Суда Российской Федерации, в котором решался лишь вопрос о наличии оснований для передачи кассационных жалоб для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации".
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Жорова Валерия Алексеевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН