КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 мая 2025 г. N 1266-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНКИ
САФРОНЮК ЮЛИИ ГЕННАДЬЕВНЫ НА НАРУШЕНИЕ ЕЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ
ПРАВ ЧАСТЬЮ ЧЕТВЕРТОЙ СТАТЬИ 159 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.Ю. Бушева, Л.М. Жарковой, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, А.В. Коновалова, М.Б. Лобова, Н.В. Мельникова, В.А. Сивицкого,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Ю.Г. Сафронюк к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,
установил:
1. Гражданка Ю.Г. Сафронюк оспаривает конституционность части четвертой статьи 159 "Мошенничество" УК Российской Федерации, утверждая, что эта норма противоречит статьям 18 и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяет привлекать к уголовной ответственности сторону гражданского процесса (истца) без опровержения презумпции добросовестности действий и без установления признаков совершения обмана суда, а также возлагать наказание за реализацию гражданином своих конституционных прав, который обратился в суд общей юрисдикции с исковым заявлением и уплатил государственную пошлину за рассмотрение дела.
Согласно представленным материалам, приговором городского суда (оставленным без изменения апелляционным определением областного суда) Ю.Г. Сафронюк признана виновной в покушении на мошенничество, т.е. хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере. Как установил суд, она пыталась завладеть денежными средствами гражданина А. путем обращения с иском в суд, в котором сообщались недостоверные сведения (скрыты фактические обстоятельства, относящиеся к банковскому счету, оформленному на Ю.Г. Сафронюк с предоставлением А. возможности его использования), а также обосновывались требования о взыскании с А. неосновательного обогащения и процентов за пользование денежными средствами (фактически поступившими на указанный банковский счет в качестве оплаты продукции, произведенной А.). Доводы кассационной жалобы, в которой указывалось, что представленные Ю.Г. Сафронюк доказательства не признавались сфальсифицированными, отклонены кассационным определением кассационного суда общей юрисдикции, признавшим, что преступление совершено путем искажения действительного значения и содержания документов. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы осужденной для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, с чем согласился заместитель Председателя этого суда.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
Статья 159 УК Российской Федерации определяет мошенничество как хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При этом под хищением, согласно пункту 1 примечаний к статье 158 данного Кодекса, понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Нет оснований полагать, что приведенные нормы содержат неопределенность в части признаков преступления (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 апреля 2009 года N 422-О-О, от 17 июня 2013 года N 1021-О, от 20 марта 2014 года N 588-О, от 23 декабря 2014 года N 2859-О, от 27 июня 2023 года N 1743-О и др.). Закрепленные в этих нормах общие признаки мошенничества и предусмотренные в части третьей статьи 159 УК Российской Федерации квалифицирующие его признаки подлежат установлению во взаимосвязи с положениями Общей части данного Кодекса, в том числе определяющими принцип и формы вины, основание уголовной ответственности (статьи 5, 8, 24 и 25) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 января 2017 года N 78-О, от 19 декабря 2017 года N 2861-О и др.).
Для квалификации деяния как мошенничества необходимо обязательное установление как общих признаков преступления (в том числе общественной опасности и противоправности), так и специальных признаков, включенных в состав мошенничества (в том числе характеризующих его объективную и субъективную сторону, включая направленность умысла на хищение имущества) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 октября 2021 года N 2179-О, от 28 сентября 2023 года N 2671-О и др.). При этом действующее правовое регулирование не предполагает наступления уголовной ответственности за правомерное поведение (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22 июля 2020 года N 38-П и от 4 марта 2021 года N 5-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года N 2774-О, от 27 сентября 2018 года N 2194-О, от 26 февраля 2021 года N 368-О и от 27 мая 2021 года N 930-О).
Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не содержит объективных признаков мошенничества обращение лица в государственный орган для разрешения вопроса о праве, если при этом представлены документы, необходимые для разрешения данного вопроса и достаточные для его правильного разрешения, тем более когда эти документы не имеют признаков подделки или подлога либо их представление не сопряжено с совершением других намеренных действий с целью создать условия для принятия органом или должностным лицом ошибочного решения (постановления от 22 июля 2020 года N 38-П и от 4 марта 2021 года N 5-П; определения от 26 февраля 2021 года N 368-О, от 26 октября 2021 года N 2179-О и др.).
Поскольку гражданское судопроизводство направлено на правильное разрешение гражданских дел на основе всестороннего и полного исследования судом фактических обстоятельств (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2024 года N 53-П), то сообщение суду ложных сведений о фактических обстоятельствах или представление доказательств, содержащих такие сведения, не свидетельствует о правомерности поведения лица и не может исключать в силу этого ответственность за совершение им деяния, содержащего все признаки состава соответствующего правонарушения.
Не придается иной смысл оспариваемой норме и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", где указывается, что способами хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество при мошенничестве являются обман или злоупотребление доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другому лицу либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другим лицом (пункт 1); обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение; сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям (абзацы первый и второй пункта 2).
Тем самым статья 159 УК Российской Федерации, действуя в системе уголовно-правового регулирования, не допускает уголовной ответственности за действия, совершенные при отсутствии обязательных признаков хищения, степень определенности которых позволяет судам с учетом фактических обстоятельств конкретного дела проводить разграничение преступлений и иных противоправных, а тем более правомерных, деяний (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2021 года N 2625-О, от 21 ноября 2022 года N 3009-О, от 28 февраля 2023 года N 462-О и др.).
Таким образом, оспариваемая норма не может расцениваться в качестве нарушающей конституционные права заявительницы в указанном ею аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации
определил:
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Сафронюк Юлии Геннадьевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.
Председатель
Конституционного Суда
Российской Федерации
В.Д.ЗОРЬКИН